— Не своё, а предков. Боюсь, мне ещё далеко до их уровня.
Я-то думал, что фигуры так и продолжат стоять с накинутыми на голову тряпками, но неожиданно тот, что в центре, решил оголить лицо. Оказалось, что перед нами седовласый, короткостриженый старик с не менее седой бородой. Борода не длинная — аккуратная ухоженная.
Двое других, те, что по бокам, повторять не стали.
— Вы живёте на Земле уже несколько тысяч лет и каждый раз я слышу от вас, что вам далеко до своих предков. Может стоит перестать, как минимум, упоминать об этом, раз уж вы не собираетесь достигать тех же высот, которых достигли ваши предки? Шумеры были отличным народом. Жаль, что их сгубила глупость. Если бы не этот нелицеприятный факт, сейчас они наверняка могли бы стать властелинами всего серединного сектора.
— Что было, то было, — с горечью в голосе произнёс Гааль. Как бы сильно он не пытался этого скрыть, остатки сожаления всё ещё таились на его языке.
— Помниться, раньше здесь был целый город, — оглядывая стены столовой, произнёс старик.
— Нас пока что не так много, как хотелось бы.
Оценивающе осмотрев нас — блондинку, очкарика и меня, седовласый поинтересовался:
— Значит, это ваша новая команда?
— Верно, — подтвердил хранитель.
Напряжение между Гаалем и стариком было таким, какое бывает только между начальником и подчинённым. Моё предположение о том, что ребята не из нашего мира лишь усиливалось. Что это? Третья или четвёртая граница? А может у светлых всё иначе? Может у них нет никаких безмозглых призраков? Да и вообще странно, что эти господа носят человеческое обличие. Может вообще первая граница?
— Планируете продолжать набор?
— Зависит от того, как хорошо они себя покажут, — Гааль посмотрел на нас, как бы уточняя, кто именно должен себя показать.
На секунду мне стало даже немного обидно, ведь казалось, что с момента появления способностей я показываю себя только с лучшей стороны. Но очень быстро хранитель исправился, добавив:
— Однако, уже сейчас могу сказать, что они справляются отлично. Будь всё иначе, я бы вряд ли думал о том, чтобы открыть новый набор.
— Мы видели, что происходит с вашим миром. Думаю, будь всё иначе, вам бы даже не пришлось думать об усиленном наборе. Хаатту было бы достаточно того, что уже есть, а спасать Землю и вовсе не пришлось бы.
На лице Гааля промелькнуло недовольство. Еле заметное, практически невидимое, если не вглядываться, но оно было.
— Но вы же… — хотел было возразить Гааль, однако тут же нарвался на замечание старика. Замечание? Или обвинение?
— Ваша знакомая доставляет нам немало проблем! — чуть повышенным тоном произнёс седовласый. — До нас дошли слухи, что, помимо Земных проблем, она создаёт проблемы в своём собственном мире.
— Разве это не положительный момент?
— Был бы, если бы мы знали, чего от неё ожидать. С Глархом мы знакомы давно. Мы знаем, на что он способен и знаем, как ему противостоять. Но вот ваша подруга…
Снова Гааля задели за живое. Старая тема, на которую наложено табу всплыла по новой. Хранитель не выдержал.
— Она не моя подруга! — чуть ли не криком ответил он. Думал я, что на этом достаточно, однако, хранитель так не думал. Давление лишь нарастало: — Вы, кажется, забыли, благодаря кому был побеждён Гларх в последний раз?! Если бы не я и не моя, как вы говорите «подруга», ещё неизвестно, что было бы с вами!
Старик выдержал паузу. После недолгого молчания, он дал сдержанный ответ:
— Именно поэтому я сделаю вид, что ничего не услышал, и не лишу всех тех привилегий, которыми вы обладаете благодаря нам. Кстати, хотелось бы напомнить, для чего именно мы здесь.
Гааль виновато опустил голову.
— Простите, — тихо вывалилось из его рта.
Да уж… не самые приятные отношения. Но так ведь оно всегда и бывает. Кто-то начальник, а кто-то психует из-за того, что у него маленькая зарплата, немного выпендривается, после чего понимает, что иначе никак.
Эм… о чём это я вообще?
Жест старика приказал помощникам сделать несколько шагов вперёд. Фигуры скользнули в пространстве, остановились. Подняв руки (или что там у них вообще), помощники начали вырисовывать в воздухе знаки. Неожиданно, перед каждым сидящим за столом стали появляться предметы. Кольцо у Шана, у Эн — стильные очки (не солнцезащитные), а у меня — небольшая колбочка, наполненная светлой субстанцией, перемешанной с белым паром, похожая на молоко. Отличное сравнение… Молоко, которое варится прямо в колбе… В том месте, где должен был сидеть Даг, появились перчатки, не боксёрские, а обычные себе такие перчатки. Что ж, выходит какой-то мафиозный набор. Очки для капо, перчатки для солдата и кольцо для босса. А вот у меня… хрен пойми что.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Гааль обернулся к столу. Некоторое время он разглядывал предметы, не веря собственным глазам. После чего наконец пришёл в себя и поклонился старику.
— Бросьте эти условности. Пообещайте лишь одно — что ваши люди справятся с возложенной на них ношей. Нам бы очень не хотелось, чтобы в вашей новой команде произошло то же, что произошло с шумерами.
Гааль молча кивнул. Он с благодарностью принял дар, отблагодарив старика за нас.
Теперь настала очередь старика кланяться.
— Был рад узнать, что вы до сих пор держитесь. — Положив руку на плечо Гааля (неожиданный жест, учитывая весь их разговор), старик произнёс: — Несмотря ни на что, мы признательны вам за вашу помощь и труд, который вы совершаете ради нашего общего благополучия.
После этих слов делегация направилась к выходу. Когда трое покинули комнату, в ней ещё некоторое время висело напряжение. Никто не хотел брать слово первым. Особенно, глядя на задумчивый взгляд Гааля, направленный к предметам на столе.
Наконец Шан решил взвалить столь серьёзную ответственность на себя.
— Ч-ч-что это? — спросил он.
Гааль поднял взгляд на нас.
— Это то, что поможет нам победить тьму.
Уточнений не последовало. Забрав предметы Гааль покинул помещение, но прежде не забыл пожелать приятного аппетита, отчего все тут же поняли, что хотя бы поесть можно. А то, знаете ли, после таких сцен трудно догадаться, чего ожидать дальше. Может возьмут, да отправят в самое пекло.
После сытного завтрака в комнату вошёл человек, всем своим видом заявляющий — я здесь дворецкий. Конечно же, до меня сразу дошло, что лысый, невысокий и невзрачный мужчина в самом, как говориться, расцвете сил, всего лишь очередная фича Олимпа, призывающая окунуться в атмосферу человечности и не думать, что всё вокруг — выдуманная иллюзия.
Покланявшись, но при том не представившись, дворецкий вежливо обратился к нам:
— Господа, надеюсь завтрак вам понравился. Если вы закончили, господин Гааль просил передать, что, по завершении, ждёт вас в своём офисе на четвёртом этаже.
Вот те на… а ведь я надеялся, что на сегодня представления окончены и нас ожидает ещё один полноценный выходной…
Явившись в кабинет, мы встретили Гааля, сидящего за большим дубовым столом, активно изучавшего нечто очень интересное в своём ноутбуке.
— О, друзья мои, вы уже здесь! — как будто только заметив нас, оторвался от монитора хранитель. Он поднялся с кресла, обошёл стол и встал перед нами. — Стоило бы донести эту информацию до всех сразу, но, так как Даг прибудет только к вечеру, боюсь, нет смысла держать вас здесь больше положенного, если вы не согласитесь на моё предложение.
Лица присутствующих напряглись.
— Итак, в связи с недавними обстоятельствами, мне приходится снова просить вас о серьёзном одолжении. — Указывая на стол, на котором, аккуратно сложенные в открытом ящичке лежали уже знакомые вещицы, Гааль наконец дал описание их неизвестному содержимому: — Это усилители. Вещи, созданные из светлой энергии, взятой на пятой границе светлого сектора. Из чистейшей энергии в самом чистейшем её виде. На чёрном рынке мироздания за эти вещи могут запросить непомерно высокую цену. Чтобы вы понимали всю серьёзность — уничтожение целой планеты запросто может стать расплатой за один из таких предметов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
