Никаких побочных эффектов не последовало. Так же, как не последовало вообще ничего. По сути, что принимал, что не принимал — изменений ноль.
Ещё раз взглянув уже на пустую колбу, я пожал плечами, а затем выкинул ту в корзину. Возможно, эффект будет, но позже. Надеюсь, это случится в подходящий момент. Не хотелось бы обделаться в середине рабочего дня, после ночного приёма слабительного…
Далее пошла неделя изнурительных тренировок. Никакого эффекта за это время, к слову, я тоже так и не ощутил.
В первый день на тренировке присутствовали только Эн и я. Даже Гааля не было.
Благо, теперь у нас было тренировочное поле, о котором я уже упоминал, и противники (создаваемые Олимпом) тоже имелись. Любые противники на любой вкус.
Олимп был сложен таким образом, что мог поставлять полноценных людей. Ну… не совсем, но хотя бы их осязаемые образы — да. Любой образ человека, каким мы его знали, запросто появлялся перед нами по первому же желанию. Дальше всё просто — делай с ним что хочешь. Именно поэтому, скрывать не буду, я решил пойти ва-банк, начав клепать голливудских (да и не только) звёзд одну за другой. Сначала попробовал себя в теле Молодого Ди-Каприо, а затем, после нескольких минут радости управления самими Ди-Каприо, решил перейти на девушек, основательно пройдясь по диснею — Селена Гомес, Майли Сайрус и ещё с десяток менее известных актрис, — ну а закончил уже самой настоящей элитой — Кайли Дженнер.
Во время флирта аж с самой красоткой Кайли, вдруг понял, что со стороны Эн, тренирующейся совсем недалеко, в меня прилетело достаточно осуждающих взглядов, чтобы закончить весь этот парад извращений. Да уж… Дело конечно приятное, но… не хотелось бы закрепить за собой статус извращенца в глазах бывшей секретутки. Одно могу сказать наверняка — малолетний пубертат умер бы от счастья, оказавшись тут. И не только от счастья… Если вы конечно понимаете о чём я. Да чего уж греха таить! Я сам чуть не умер от невероятной возможности пообщаться с самой Кайли, а после и вовсе вселиться в неё поуправляв до тех пор, пока давление Эн не оказалось слишком сильным. Да-да, я ещё и вселиться в неё успел.
Всё, тормози! Осуждения ни к чему.
Короче, единственный урок, который я извлёк за первый день тренировок — Олимп хорош. Хорош прямо-таки во всём.
Вечером, по окончании тренировок, даже не стал включать телевизор, чтобы не дай бог не нарваться на нежелательные новости. Умывшись, поужинав и немного поболтав с Эн — как говориться, ни о чём, — в хорошем настроении я удалился в спальню. В этот раз спалось отлично.
Второй день начался с новости о том, что сегодня нам нужно оборвать большую часть контактов с предыдущей жизнью. Насчёт увольнения и двухнедельной отработки — с этим должен был разобраться Маэл. Будучи влиятельным бизнесменом у него была куча связей с другими таким же бизнесменами, поэтому моё увольнение точно не доставило бы ему хлопот. А посему основная задача на второй день — поговорить с родителями, друзьями, объяснив, что в ближайшее время ты будешь появляться в их компании нечасто. Но при этом Гааль попросил уточнить, что, возможно, совсем скоро нашим знакомым придётся узнать много нового о нас. Что именно он имел в виду — не уточнялось, но уже тогда стоило предположить, что совсем скоро мы либо продемонстрируем миру свои способности, либо мир догадается обо всём сам. Жаль, никто не сказал, что всё будет куда серьёзнее, чем простая демонстрация…
Предупреждать нужно было при условии, что такие предупреждения действительно необходимы. Мне вот, например, вообще не было нужно ничего, кроме как уволиться с работы. С родителями (а если быть более точным — с матерью) я и так виделся раз в месяц, а с друзьями так и вовсе потерял контакт с тех пор, как начал встречаться с бывшей. Вот тебе и семейная жизнь… От баб одни беды! Ты бросаешь всех ради них, а затем они бросают тебя! Ладно… что-то меня понесло. Сейчас ещё покажется, словно я обиженный на жизнь неудачник. Нет. Не совсем. Может только немножко… Но это я всё так — чтобы хоть как-то отвлечься. Хочется же иногда психануть и обвинить кого-нибудь в своих неудачах? Конечно хочется. Вот я и психанул чуть-чуть. Не обессудь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Эн тоже решила, что не нуждается в разговорах. На удивление, оказалось, что у девушки не было друзей и подруг. Парень? Так он временный, как и все предыдущие. Заносчивая на первый взгляд красотка-стерва хоть и имела толпы поклонников, но вот настоящими друзьями и товарищами так и не обзавелась. Оно и не мудрено: какие, к чёрту, друзья, если всё своё свободное время тратишь на заигрывания с богачами, а в последующем только разводишь тех на деньги?
В плюс ко всему узналось, что Шан всё же присоединяется к группе. Точно так же поступил и качок, который, после небольшого разговора с Гаалем, принял тяжёлое решение бросить мечту (ну, значит не такая уж и большая мечта была). Но. Раз уж не ладится там, можно ведь и попробовать себя в чём-то новом? Например, в хранительстве. Охранении мира, блин. Глядишь, тут будет даже лучше.
Ага… Лучше…
После звонка матери, в котором я объяснился, что на некоторое время уезжаю в командировку в связи с повышением, я снова приступил к тренировкам.
В тот раз на занятиях присутствовал Гааль. При помощи Олимпа он создал мне аж десятерых подопытных, в которых я должен был вселяться, и которыми должен был научится управлять. Второй и третий день ушли на то, что я, научившись разделять энергию по частям, вселялся аж в пятерых, после чего тужился, удерживая контроль над каждым, и пытаясь при этом совершить хоть какие-то действия. Проблема заключалась в том, что, как только я пытался шевелить рукой там, ходить, то тут же терял контроль над четырьмя оставшимися суррогатами (Ого! Что это? Новое словечко в арсенале?! Да).
Худо-бедно к середине четвёртых суток у меня получилось совершить прогулку одним из суррогатов, не потеряв в при этом контроль над вторым. Не стоит забывать, что в это время я всё ещё управлял и своим собственным телом. То есть, под контролем было три тела, а не два, как раньше.
Так прошло шесть дней.
Все шесть дней Гааль помогал осваивать работу усилителей, создавая разнообразные боевые и бытовые ситуации. Больше всего в освоении новых сил повезло качку — для его способности не требовалось так много концентрации, как для наших. Пусть у нас и появились усилители, но нам постоянно приходилось работать с тем, что находилось за границами нашего внутреннего… э-эм… поля. В то время как качку нужно было научится подчинять только своё собственное тело (конкретно — руки). Несколько лет тренировок в зале очень помогли ему в этом — спустя каких-то шесть дней, Даг, при помощи перчаток, мог крошить стены. Разрывать людей (хоть и выдуманных) Гааль не позволял, так как не все спокойно переносят сцены расчленёнки, но вот ломать каменные блоки, гнуть громадные арматуры и поднимать над головой автомобили (с трудом, но всё же) Гааль разрешал.
Кстати, Эн тоже освоила кое-что новенькое — теперь девушка умела не только стравливать мужчин, но и немного освоилась с техникой повеления: заворожённое тело слушалось блондинку, выполняя её приказы. Не всегда в точности, как хотелось бы, но… над этим просто нужно поработать. После появления очков девушке не нужно было ничего распылять — хватало одного уверенного взгляда на жертву, чтобы та оказалась под влиянием.
Короче говоря, пока качок радовал хранителя своими невероятными успехами, мы лишь завистливо удивлялись. Меня, например, очень злило, что спустя шесть дней я хоть и научился управлять четырьмя суррогатами одновременно, даже не теряя контроль, но до сих пор отставал от Дага. А ведь у меня такая крутая способность, говорили они когда-то!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
С другой стороны, стоило ли жаловаться? В конце концов я без каких-либо проблем управлял аж четырьмя существами! Представь себе, каково это — научится управлять сразу четырьмя мыслящими существами! Нет-нет, не так, как ты подумал: не двигая одним, пока другие стоят на месте, а вот прям всеми и сразу. Все четверо идут вперёд, все четверо могут одновременно смотреть по сторонам, не вводя оператора в пространственный диссонанс и все четверо могут одновременно разговаривать. К сожалению, излагать они могли одно и то же — добиться того, чтобы каждый отдельный суррогат разговаривал о своём, у меня не вышло. Слишком уж сложная эта задача для того, кто никогда не подрабатывал коллективным разумом.
