те руки. Единственное, что мне удалось выяснить это свойства кольца. Да и то, для этого пришлось хорошенько напрячь память и вспомнить дурацкую детскую считалку, которую он любил проговаривать перед моим сном. Кто бы мог подумать, что она послужит расшифровкой к его записям.
Ярослав был очень доволен, как своей находкой, так и своим открытием. Лицо очкарика буквально светилось от гордости, поэтому пришлось подавить в себе вновь нарастающее раздражение.
— Ты хорошо поработал, спасибо, — я постарался сказать это как можно мягче, парень не виноват в том, что без ключа кольцо было бесполезно.
Очередное преимущество, которое я мог бы заполучить, снова ускользнуло из-под носа. Потому что зная характер Бритвы, активировать кольцо могло всё что угодно. От набора непечатных ругательств, произнесённых с определённой интоцией, до крови девственницы добытой при полной луне високосного года.
Дерьмо. Мог бы дать хоть какую-нибудь подсказку перед тем, как трагично сдохнуть.
— Да без проблем, мы же друзья, — Яр беззаботно махнул рукой, а я удивлённо вздёрнул бровь.
Это насколько одиноко чувствовал себя парнишка, раз первого, кто к нему отнёсся по-человечески, готов был записать в друзья.
А ещё, мне казалось, что в этом мире дети с молоком матери впитывают в себя полное отсутствие потребности в дружбе. Есть тот, кто может быть полезен, бесполезен и тот, кто уже исчерпал свой ресурс.
И именно поэтому такая простота и непосредственность Ярослава совершенно выбивала меня из колеи. Я постоянно ожидал какого-то подвоха, и чем дружелюбнее был парень, тем сильнее я напрягался.
В трущобах, где я родился, тоже приходилось несладко. Я был постоянно начеку, всегда в ожидании подвоха и никогда не поворачивался спиной к людям. Но тем не менее, именно там я смог найти друзей, которые прошли со мной долгий путь до вершины. Моё доверие к ним было безоговорочным. Так почему сейчас я не могу найти в себе хотя бы немного веры, что в этом мире Яр сможет стать мне точно таким же другом?
Возможно, ребёнком я смотрел на мир немного иначе, а может, слишком погрузился во все эти клановые интриги. Слова Бритвы всё ещё били набатом в моей голове — здесь никому нельзя верить. Свергнутый наследник слишком хорошо прочувствовал это на своей шкуре и я не хотел бы оказаться на его месте.
— Уже придумал, что будешь делать на дуэли?
— Есть пара идей, — криво ухмыляюсь. На самом деле идей было не так чтобы много, но кое-какие сюрпризы мне всё же удалось подготовить.
— Поделишься? — по лицу Яра расползается блаженная улыбка, он даже не сомневается в том, что я выйду победителем.
Мне бы его уверенность.
— Не. Если расскажу, то смотреть будет уже не так интересно.
* * *
Арена была забита до отказа, все пришли посмотреть на то, как будут уничтожать аморала.
Я тоскливо вздохнул. Нахрен вообще надо было лезть? Яр, конечно, полезный малый, да и трофей в виде рыжей тоже грел мне душу. Но этот трофей сначала надо было выиграть, а шансов у меня объективно было мало.
Мне не оставили время на подготовку и чуть позже я понял почему.
Тяжёлая и холодная капля упала за шиворот откуда-то сверху. Кажется, кто-то сделал домашнее задание и посмотрел прогноз погоды.
Я домашнее задание тоже сделал, но так — на троечку. Грёбанный адамантовый браслет совершенно не давал мне разонаться. Всю ночь я провёл экспериментируя с магией, и в поисках как можно заглушить или хотя бы уменьшить действия адаманта.
Я окунал правую руку в кипяток, замораживал её до практически деревянного состояния и даже прожёг себе мясо до кости серной кислотой. Браслету было насрать на мои попытки обойти его антимагию. А вот ставший таким родным за прошедшую ночь терапевт знатно охренел, когда я заявился к нему под утро уже в четвёртый раз.
Не, он конечно меня подлечил, но настойчиво рекомендовал обратиться к психотерапевту. Я обещал ему подумать.
Не думаю, что открою секрет, если скажу, что пока что единственным действенным способом блокировать браслет была скверна.
Вот только идей, как этим воспользоваться у меня не было.
Ониксовое кольцо с пространственным хранилищем, это отличный вариант. Осталось бы только найти какой-нибудь сосуд, который сможет изолировать скверну. Вот только пока я не знал, как работает кольцо, данная возможность была для меня закрыта.
Поэтому в срочном порядке пришлось проверять границы моей кастрированной магии. Без скверны возможности были скудные и требовали колоссальных усилий. Но там, где невозможно в полной мере использовать силу, всегда можно использовать хитрость.
С утра я уже успел наведаться на арену и прикопать в песок несколько подарков. Оставалось только надеяться, что эффект неожиданности сработает именно так, как я и рассчитывал.
— Обалдеть тут народу, — Ярик поёжился и втянул голову в плечи. Парню явно было неуютно от пристального внимания толпы.
Я же наоборот — расправил плечи и принял максимально равнодушный вид. Толпа загудела ещё сильнее, с каких-то рядов донеслось насмешливое улюлюканье и свист. Какие же все смелые, когда их не видно.
Единственное выражение эмоций я позволил себе, только когда увидел Шиджеко в первом ряду — широко улыбнулся и помахал ей рукой. Девушка фыркнула недовольно в ответ и показала средний палец. Я картинно прижал правую руку к груди, словно она ранила меня в самое сердце.
Её спутник нахмурился, бросил на меня весьма недовольный взгляд и демонстративно приобнял Шиджеко за плечи. Плюс один в мою армию антифанатов, я становлюсь слишком популярным.
— Ева, — вдруг восхищённо выдохнул очкарик и даже как-то приосанился.
— А? — я нехотя оторвал взгляд от Шиджеко. Нет, женщины и раньше пытались меня убить, но обычно за дело, а не просто за факт моего существования.
— Ева Соболева, — повторил Ярослав, — последние несколько месяцев она не появлялась на людях, ходили слухи, что Ева заболела и… — Ярик стушевался под моим насмешливым взглядом, но затем твёрдо продолжил, — я просто беспокоился. Она не такая, как остальные из их клана.
— Ну да, ну да, просто бриллиант в кучке навоза, — хмыкнул я. Кажется, у меня уже аллергическая реакция на эту фамилию.
— Да, — с вызовом бросил Ярик, а я подавил в себе желание демонстративно закатить глаза.
— Ты правда веришь в то, что человек, выросший в окружении таких утырков, может быть нормальным?
— Она хорошая, — упрямо повторил Ярослав, — занимается благотворительностью и не смотрит на
