Чтобы прикрыть и защитить свои южные границы, король связал руки своему давнему врагу графу Тулузскому Раймонду У1, отдав ему в жёны свою младшую сестру Иоанну Плантагенет с богатым приданым в виде графства Ажен. Бывший враг стал другом. Затем Ричард наладил отношения с другим врагом – графом Фландрским Балдуином Молодым, направив к нему на переговоры надёжного и преданного Уильяма Маршала и Пьера де Прео. Эти дипломатические успехи соперника сильно подрезали крылья королю Филиппу. Он скрежетал зубами, а на сторону Ричарда начали переходить предавшие его ранее приграничные бароны.
Все эти сведения о действиях и передвижениях короля с опозданием приходили в Англию и ещё дольше добирались до северных границ королевства.
Осенью 1198 года пришло очередное письмо от Брэда Лорэла. Доставивший его гонец в ответ на расспросы барона Кевина поведал, что в их поместье всё спокойно, военные действия разворачиваются, в основном, в стороне. А у них сейчас уже собирают виноград, и, кажется, в семье барона ожидается пополнение.
Брэд сообщал обо всём коротко. Он, как и раньше, восхищался военными талантами короля Ричарда, но был очень обеспокоен тем, что пожар войны охватил всю Нормандию, Бретань и Аквитанию.
«Мы здесь живём мирной жизнью, но никто не знает, сколько это продлится, – писал он отцу. – Мы молимся, чтобы это противостояние, наконец, завершилось. Наш король отвоевал почти все свои земли. Но не может смириться с потерей Жизора. Этот мощный замок всегда был могучей преградой на пути в Нормандию. И не имея возможности отбить Жизор, наш король возвёл ещё более могучую твердыню неподалёку от этой крепости, немного ближе к Руану. Этот замок – нечто особенное, отец. Видно издалека, что взять его невозможно. И наш Английский Лев очень гордится делом рук своих. Говорят, он любит этот замок, как родное дитя. Ещё бы, ведь это его детище от начала и до конца. Он сам сделал чертежи и планы, сам руководил работами и вложил в это строительство огромные деньги.
Я видел короля с полгода назад. Он немного изменился, огрузнел, но всё такой же порывистый и неуёмный. С женой у него отношения так и не складываются. Мы все видим, что королева совсем не пара нашему Льву, она похожа на монахиню, находящую радость в тихой молитве, а он весь – буря и пламень. Ему нужна другая женщина.
Наш доблестный Чарльз де Моррен не служит больше у меня сенешалем. Король дал ему разрешение, и он женился на малышке Сьюзен, сестре моей жены. У него теперь своя земля. Владения не так велики, как мои, но вполне пристойны, и есть хороший крепкий дом. Он просто счастлив, а его малютка-жена не может на него насмотреться, она влюбилась в него с первого взгляда, как только мы появились здесь. Это мне пришлось завоёвывать сердце моей несравненной Жюльетт. Я, конечно, справился, и вы можете гордиться мною».
На севере всё было спокойно. В семье рыцаря Стэнтона снова появилось пополнение. Леди Дебора родила третьего ребёнка, на этот раз дочь, о которой мечтала. Она назвала девочку Алисией, чем очень порадовала графиню Хьюберт. У молодой четы Хьюбертов тоже ожидалось пополнение, а их первенцу уже пошёл второй год. В замок Денвент-Касл также пришла радость – у сэра Патрика Эллиота родился наследник. Мальчика назвали Ричардом – в честь короля и друга семьи сэра Ричарда Лорэла.
В Лейк-Касле подрастал малыш Генрих, радуя деда и дядюшку своими успехами в военных играх. Мальчик уже уверенно сидел на своём пони и крепко держал в маленькой ручке меч, сделанный доблестным командиром гарнизона Эвансом Льюисом из твёрдой как железо древесины. Мать и бабушка смотрели на всё это не слишком радостно. Однако Нада хорошо понимала, что мальчику надо быть сильным, чтобы выжить в этом жестоком мире, где постоянно бушуют войны. И ей очень хотелось, чтобы сын вырос достойным своего великого отца.
А в конце весны следующего года на Англию обрушилось страшное известие – их доблестный король Ричард Львиное Сердце, столь успешно воевавший на континенте, погиб от арбалетной стрелы, пущенной простым лучником, под стенами замка Шалю-Шаброль неподалёку от Лиможа. Золотая корона легла на голову принца Джона, которого теперь следовало величать королём Иоанном.
Горе Нады было всепоглощающим и бездонным, как синее озеро у стен замка. Ей казалось, что её жизнь тоже кончена. И пусть она была далеко от мужчины, которого любила, пусть не имела никакой надежды встретиться с ним вновь, он всё же был, жил на земле, и это согревало ей сердце. Теперь, с его гибелью, на землю упал леденящий холод, и женщине казалось, что она не отогреется уже никогда.
Барон Кевин Лорэл тоже тяжело воспринял это известие. Но его волновало другое. Внук, которого он так любил, не просто лишился отца, пусть далёкого и не знающего о его существовании. Дед думал об угрозе, исходящей от нового короля. Уже сейчас видно, что Генрих унаследовал черты своего великого отца. А король Джон с этим вряд ли смирится, если узнает о его существовании. И барон ещё раз похвалил себя за предусмотрительность. Как правильно поступили они с Надой, скрыв ото всех происхождение мальчика. Теперь это было для него очень опасно.
Время шло. В замке Лейк-Касл жизнь текла своим порядком и, казалось, всё было по-прежнему. Но в душе барона Кевина поселилась тревога, и её не могли не чувствовать окружающие. Командир гарнизона Эванс Льюис, поглядывая на своего молчаливо замкнутого господина и друга с беспокойством в глазах, ещё строже стал следить за своими воинами, гоняя их с утра до вечера, хотя, казалось, большего совершенства в военном мастерстве и добиться трудно. Баронесса Элис понимала и разделяла тревогу мужа – их младший сын был там, на континенте, где сейчас, несомненно, проходил передел власти. Прекрасно понимал это и их наследник.
– Не стоит так сильно тревожиться, отец, – сказал как-то вечером Ричард, когда они с бароном сидели у огня, – Брэд разумный и предусмотрительный мужчина, и он барон д`Этьен, не забывай. Прошло достаточно времени, чтобы окружающие успели забыть, что он превратился в анжуйского барона из простого английского рыцаря. И там, рядом с ним, его верный друг, Чарльз де Моррен. Вдвоём они сильны. И гарнизон у Брэда вполне надёжный, я ведь сам видел. И потом, он скоро отзовётся, я уверен, пришлёт гонца как только сможет. Брэд любит тебя, отец, и, конечно, понимает твоё беспокойство.
Барон с благодарностью взглянул на старшего сына, но тревога не отпускала.
А дней через десять, и правда, прибыл гонец от Брэда – старший брат как в воду глядел.
– Я спешил, как мог, милорд, – сказал воин, представ перед хозяином замка, – но на этот раз дорога оказалась длинней обычного. Барон велел мне пробираться не через залив Сены, а тем паче через Кале, а окружным путём, через Нант. Этот путь длиннее, но надёжнее, сказал он. И оказался прав. Сейчас там у нас такое бурление.
