Алиса увидела, как из озера показалось испуганное лицо сирены и сразу исчезло, как только она заметила камеуса.
Один из камеусов увидел свет в лаборатории над озером. Он скользнул в ее дверь. И принялся пробовать клешнями приборы — может, искал что-нибудь съедобное. Алиса услышала звон и хруст стекла.
Она обернулась, глядя на Посейдона. Но тот все еще лежал с закрытыми глазами и часто дышал.
Алиса хотела заглянуть в другие залы Атлантиды, но не знала, какие надо’ кнопки нажимать, и поэтому нажимала все подряд.
Включались всё новые экраны.
На одном было видно море. Солнце склонялось к воде. Алиса взглянула на часы: седьмой час. На базе уже волнуются. Нет, успокоились. Ведь там знают, что случилось.
Включился еще один экран. На нем был виден небольшой городок на берегу моря. Белый мирный городок, несколько корабликов и глиссеров стоят у причала, над улицей медленно плывет флаер… Почему этот городок заинтересовал Посейдона? Надо будет спросить.
Шорох со стороны двери отвлек Алису.
Она поняла, что это скребутся крабы.
Посейдон открыл глаза.
— Вам плохо? — спросила Алиса. — У вас есть лекарство?
— Там, — тихо сказал Посейдон. — Синий пузырек…
Алиса достала лекарство. Протянула старику.
Он прислушивался.
— Они скребутся в дверь? — спросил он. — Это стучит смерть.
— Вы о крабах? — спросила Алиса.
— Камеусы… — Старик открыл пузырек, по комнате распространился странный острый аромат. Старик поднес пузырек к носу, понюхал… — Последний, — сказал он в ответ на взгляд Алисы. — У нас была аптека, с Крины.
Камеусы продолжали царапаться в дверь.
— Откуда они? — спросила Алиса. — Из моря?
Старику стало легче. Он опустил ноги на пол.
— Спасибо, — сказал он. — Не представляю себе, как ты меня дотащила. Отважная девочка.
Посейдон встал и подошел к мониторам.
Он увеличил изображение на мониторе, что глядел на берег подземного озера, и показал Алисе крупным планом краба, который методично рвал на клочки белый халат, забытый в лаборатории.
— Они жили здесь всегда, — сказал старик. — Правда, судя по всему, раньше они были куда меньше и совсем безвредными. Их ловили, исследовали… Это особый род пещерных крабов. Они таятся в трещинах скал и питаются тварями, что живут в пещерах, — улитками, мокрицами, если повезет, летучими собаками, даже грибами, что вырастают в темноте. Когда много тысяч лет назад эти подземелья обжили атланты, крабы стали пожирать объедки, научились ловко воровать пищу, забираться в склады.
— Но ведь Атлантида утонула, — сказала Алиса, не в силах оторвать взгляда от краба, который рвал белый халат. В движениях его клешней и в выражении белых, на стебельках, глаз была холодная жестокость.
— Камеусы мечут икру и затем обволакивают ее плотной оболочкой. В глубинах трещин икринки прожили несколько лет, пока мы не откачали отсюда воду. А затем камеусы приспособились жить рядом с нами. Мы старались их извести, травили ядами Многие крабы погибали, но те, что остались, перестали бояться ядов. Мы придумывали новые способы истребления — крабы учились с ними бороться. Мы запаковывали органические продукты в специальные контейнеры — камеусы стали прогрызать металл Пока на станции было много людей, крабы отсиживались в своих трещинах и каменных норах. Но теперь, поняв, что мы бессильны, камеусы перешли в наступление. На наше счастье, крабы становятся агрессивны лишь раз в месяц, когда над океаном поднимается полная луна. В эту ночь они впадают в бешенство. В такие ночи мы собираемся в зале совета за двойными стальными дверьми, потому что обычная дверь теперь не преграда для них… Но никогда я не видел такого нашествия…
— Что же делать? — спросила Алиса.
— Остается только одно: ждать. Как только зайдет луна, крабы исчезнут — спрячутся в своих щелях.
— Скоро прибудут спасатели, а они ничего не знают о крабах.
— Крабы, к счастью, не умеют плавать.
«Странно, — подумала Алиса. — Я спешила, бежала — и вдруг остановилась. Я сижу в осажденной крепости и жду спасения. Рядом со мной очень старый человек, пришелец с другой планеты, который сотни лет жил в подводной тюрьме и не смел ее покинуть. И даже сейчас боится. А я к нему уже привыкла. Лицо у него приятное, очень усталое, но не злое».
Алиса поглядела на мониторы.
— А почему у вас некоторые мониторы показывают наш мир? — спросила она. — Вот этот показывает море, а тот — какой-то городок.
— Привычка, — сказал Посейдон. — Я ведь не только наблюдатель. Я занимаюсь тектоникой, изучаю строение Земли. Я прихожу сюда, веду наблюдения, регистрирую процессы, которые происходят в недрах вашей планеты. Работа меня спасает… Хоть она и никому не нужна.
— Теперь все будет иначе, — возразила Алиса. — Вы же знаете многое, что неизвестно наверху. Наверху вас обязательно сделают академиком, вот увидите.
— Наивно, девочка. Кому нужен выживший из ума старик? Все наши открытия безнадежно устарели. Еще сто лет назад мы знали о вашей планете в тысячу раз больше, чем сами земляне. Но ваша наука развивалась с такой скоростью, что теперь мне впору у вас учиться.
— Как жалко, что закон запрещал вам выйти к людям раньше! — сказала Алиса. — Вы бы нам сильно помогли.
— Мы изучили морское дно. Мы знаем, где под океаном находятся очаги магмы, где — запасы полезных ископаемых. Мы знаем, как предсказывать извержения вулканов и землетрясения… Вот видишь этот гавайский городок Колау? Он спокойно спит, не подозревая, что в шесть утра на него обрушится землетрясение. И не будет больше этого городка — разлетятся на куски его дома, провалится под землю эта церковь, волна цунами смоет в море порт…
— Какой ужас! — воскликнула Алиса. — И вы так спокойно об этом говорите? Даже муравейник жалко, если он попадет в лесной пожар, а вы же говорите о целом городе, о людях, которые в нем живут!
— Это закон природы, — сказал Посейдон. — Мы не вмешиваемся.
— Вы не вмешивались, вы жили, как подземные кроты! Поглядите, до чего вы докатились! Нельзя быть только наблюдателями. Люди должны помогать друг другу. Знаете, кто вы? Вы преступники. И сами себя наказали, — возмутилась Алиса.
— Если бы мы открылись вам, то ваша судьба бы изменилась. Я не знаю, была ли бы сейчас Земля лучше или хуже, — возразил Посейдон.
— Я говорю не о том, чтобы вмешиваться или не вмешиваться! — возразила Алиса. — А о том, чтобы спасти людей, если им грозит опасность! Если бы опасность грозила вашей планете или даже вашей станции, мы пришли бы к вам на помощь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
