— Мой долг быть рядом с вами.
— Ты сделаешь так, как я сказал, — отрезал Блэйд.
Рене продолжал хмуро смотреть на хозяина, и Блэйд, подойдя к слуге, положил руку ему на плечо.
— Я уже достаточно виноват перед ней, заморочив ей голову этой помолвкой. И не хочу, чтобы ей досталось еще больше. Ты единственный человек, который, я уверен, сможет защитить ее.
— Хорошо, месье.
Блэйд вернулся к камину и облокотился на него. Изумруд на его пальце сверкнул зеленым огнем, напоминая о совершенной им глупости.
— Прости меня, грешного, — прошептал он и закрыл глаза.
— Милорд?
Он ответил не сразу. Открыв глаза, он уставился на изумруд.
— Рене, я проклинаю себя. Но кто бы мог подумать, что все так выйдет. Я зарекся не жениться, чтобы не подвергать ту несчастную, которой выпадет жребий быть моей избранницей, опасности жить рядом со мной.
— Но ведь это же ваш отец, а не вы, кто…
— Не говори мне ничего. Теперь, когда я поддался искушению, начну постепенно высвобождаться из ее сетей. Сегодня ночью я должен встретиться с ней в старом охотничьем домике. Это будет первый шаг.
— Встретиться в домике? — Лицо Рене приняло тревожное выражение. — Но, милорд, старый охотничий домик находится в нескольких милях от Ричмонд-Холла. Как это госпожа Ориел собирается добираться туда?
— Несколько миль? — Блэйд подошел к Рене. — Несколько миль… И она хочет среди ночи проделать подобный путь? Святой Бенедикт! Я думал, что она образумилась.
Поняв, какое опасное предприятие она задумала он был готов ругать ее последними словами.
— Простите, милорд, но мне кажется, что голова госпожи Ориел больше занята красотами латинского и греческого языков, нежели познанием реальной жизни.
Блэйд в раздражении повысил голос:
— Наивная дура! — Он направился к дверям. — Я сейчас ей все выскажу!. Я… я… — Он внезапно остановился. — Черт побери, она же сейчас со своей служанкой. Придется ждать до ужина.
Он в сердцах пнул ногой дверь и вернулся в комнату. Какие глупости она наделала до его приезда? Что она еще может натворить, едва он уедет? Сегодня он поговорит с ней — да так, что она надолго запомнит его урок.
После того как все отужинали в большой гостиной, Блэйду пришлось, уступая просьбам тетушки Ливии, вновь выступить в качестве певца и музыканта. Он настраивал лютню, сидя на табурете у камина, а Ориел примостилась на подушке рядом. Они почти не разговаривали, так как Ориел, постоянно отвлекаясь, все время смотрела на Лесли. Блэйд никак не мог понять, что ее вдруг так привлекло в двоюродном брате. Остальные в ожидании музыки расселись полукругом на стульях и подушках и негромко переговаривались. Подтянув струну, Блэйд прислушался, как она звучит. Все по-прежнему были увлечены разговорами, и он уже собрался отчитать Ориел за ее безрассудное решение отправиться ночью неизвестно куда, но тут к ним подошел Лесли. Он зевнул, потом лениво улыбнулся.
— Черт побери, я сегодня сонливый, как никогда. Вообще-то это не в моих правилах засыпать при людях, как я это сделал после полудня. Я снова должен извиниться перед тобой, Фитцстивен.
— Не стоит. — Блэйд подкрутил струну. Ориел молча наблюдала за кузеном.
— На меня это никак не похоже, — продолжал Лесли. Он не отходил и с некоторым подозрением поглядывал на Блэйда. Блэйд невинными глазами взглянул на него. Тот словно чего-то ждал.
В это время вмешалась Ориел.
— Два часа назад я снова поймала тебя с Нелл в комнате дедушки Томаса. Ты опять лапал ее, и если бы не я, можно догадаться, что произошло бы дальше. Почему так? Мужчины требуют от женщин целомудрия, а сами только и норовят совратить их? Почему, пока девушка никем не тронута, около нее толпы поклонников, но стоит ей уступить кому-нибудь, как ее готовы вымазать грязью? Почему, если мужчина имеет десяток женщин, он считается героем, а если женщина позволит себе подобное, ее считают распутной?
Блэйд посмотрел на Лесли, тот на Блэйда, оба молчали. Наконец Лесли попытался ответить:
— Мужчины отличаются от женщин.
— Мужчины не честны, и ты пример этому, — отрубила Ориел. — Теперь Нелл вынуждена прятаться, опасаясь моего гнева, и в этом виноват ты.
— Я не хочу слушать твоих глупых обвинений. — Лесли повернулся и направился к братьям.
Ущипнув струну, чтобы привлечь внимание Ориел, Блэйд хмуро уставился на нее.
— Откуда у тебя такие нелепые представления?
— Они не нелепые.
Блэйд поднял руку, давая понять, что не будет продолжать спор на эту тему, и заговорил с ней, заглушая свои слова звуками лютни.
— Ладно об этом, меня волнует другое. Я хочу поговорить о лесном домике. Я узнал, что он находится в нескольких милях отсюда. Черт возьми, ты испытываешь мое терпение! Я не позволю, чтобы ты пускалась в такие рискованные авантюры. Ночью… в темном лесу… одна!
— Я была в том домике много раз, — вполголоса ответила Ориел.
— Ночью?
— Ну, может быть, не ночью.
Блэйд сильнее ущипнул струну и еще более отчетливо прошептал:
— Ты не сделаешь ни шага из этого дома. Я запрещаю тебе.
Она выпрямилась и рассерженно ткнула пальцем в его камзол.
— Не пытайся приказывать мне, Блэйд Фитцстивен. Не путай меня со своими сговорчивыми французскими куртизанками.
— Помилуй! Я и не путаю. Ни одна куртизанка не решится отправиться ночью неизвестно куда. А у тебя хватает на это храбрости.
— Я буду поступать так, как пожелаю сама. — Она подалась вперед и гневным взором посмотрела на него. — Откровенно говоря, мне не нравятся твои деспотические замашки. Я не хочу, чтобы со мной говорили, как с невольницей.
— Ты моя леди, с которой я, кроме всего прочего, обручен. Ты должна подчиняться мне и слушаться меня.
— У меня собственная голова на плечах, милорд.
— Согласно Библии, жены обязаны слушаться мужей. Я буду твоим господином, и ты должна поступать, как я скажу.
Выведенная из себя его речами, Ориел незаметно пнула его по ноге.
— В Библии еще говорится, что невеста должна быть целомудренной, однако я что-то не вижу, чтобы ты следовал этой заповеди.
Фейт постучала своим веером по ручке стула.
— Ориел, перестань отвлекать Блэйда, не мешай ему настраивать инструмент. Мы все ждем.
Блэйд вновь занялся струнами, а Фейт продолжила:
— Я чувствую, мы должны не откладывая в долгий ящик начать обучать Ориел вести хозяйство. Ты провела столько времени, забивая голову бесполезной чепухой, что совершенно не готова к замужеству, тем более с лордом, который имеет владения и в Англии, и во Франции. Как называется ваш замок, Блэйд?
— Мирефлёр.
— Ах, какое дивное название. Какая жалость, что Ориел не сможет управлять замком надлежащим образом. Джоан, например, хорошо знает, как это надо делать, ибо я ее всему обучила.
