Я не очень ошибся насчет детей. А знаки на двери оказались правильными, зря я, потоптавшись перед ней, не проникся и не поостерегся. В общем, глубокоуважаемый джинн находился дома, а дом его был пещерой Али-Бабы. Это как в фильмах про Индиану Джонса или любых других, в которых фигурирует огромная пещера, доверху забитая всевозможными сокровищами. Именно в такую пещеру попал я. И, разумеется, как любой современный человек, растерялся. Во-первых, мне сначала показалось, что глаза меня обманывают. Никогда не был суеверен, но в этот раз не постеснялся себя на всякий случай ущипнуть. Собственно, именно в этот интимный момент на меня и накинулся джинн.
— Кто такой? Что, жить надоело? — пробасил здоровенный мужик, соткавшийся прямо из воздуха. Что примечательно, полностью соткавшийся, ноги у него были, а не неясный шлейф то ли сыпучего песка, то ли тумана, как принято у нас изображать джиннов. Шаровары, туфли с восточными загнутыми острыми носами, чалма на голове, смуглая кожа, литые мышцы рук, скрещенных на обнаженной безволосой груди, короткий жилет и красный кушак, на котором, собственно, и держались те шаровары. Я тут с ними скоро себя ущербным чувствовать начну. Что у них мужики-то все такие громадные! Но подлинным культурным шоком на широком лице джинна для меня стали типичные казацкие рыжие усы. Сразу закралось подозрение, что у него под чалмой по-казацки выбритый череп с хохлом на макушке. Я улыбнулся помимо воли, хотя все же не мешало бы как-нибудь разрядить обстановку, но ответить не успел.
— Папа! Папа! — раздалось откуда-то из-за груды сокровищ, и к нам выскочил постреленок лет пяти на вид. Детей не люблю, но давно усвоил, лучше быть с малышами приветливым, а то еще неизвестно, чем все может закончиться. Дети — они как кошки, если ты на них ноль внимания, делают все, чтобы это внимание заполучить, могут и когти выпустить, могут и укусить, но если ты с ними полюбовно, то как-то договориться всегда можно, каким бы ребенок ни был. Поэтому я улыбнулся и, вспоминая навыки, отточенные на сынишке Павлика, друга детства, и Алены, бывшей девушки, которая потом от меня к нему ушла, широко улыбнулся и вопросил:
— А кто это у нас тут?
Постреленок подскочил к папочке и спрятался за его широким бедром. Я поднял глаза на отца семейства.
— Не хочу обидеть, но девочка или мальчик?
— Девочка, — куда приветливее пробасил тот и даже соизволил криво улыбнуться в ответ. — У нас, джиннов, первые годы пол по внешности определить сложно.
— Тогда я правильно сделал, что не с пустыми руками пришел, — объявил и вытянул вперед руку с мешочком конфет. — Сладости, — сказал интригующе.
Джинн критически осмотрел мой целлофановый пакетик с конфетами в пестрых бумажных обертках. И полюбопытствовал:
— А из какого мира?
— С Земли.
— А! — воскликнул он и стукнул правым кулаком по левой ладони: — Психолог, значит?
— Он самый.
— Ваши до меня еще ни разу не доходили. Все записочки через ректора передавать пытались, — сообщил он мне, протянул руку, чтобы взять конфеты, но не успел.
Его дочка ловко выпрыгнула из-за папочки и выхватила мешочек прямо у меня из рук.
— Ах ты! — взвыл джинн, ребенок кинулся наутек, но неожиданно замер, когда услышал мои слова:
— Жалко, я думал, ты хорошая девочка, а ты жадина.
— Я не жадина! — возмущенно воскликнула малышка.
— Жадина-жадина.
— Не жадина! — снова крикнула маленькая джинния и махнула от досады в мою сторону рукой. Крестик на груди нагрелся. Это какая же в ней силища, что она так с ходу мой артефакт заполнила? Но испугаться я не успел. Ребенок спохватился, кинулся ко мне, бросил мешок с конфетами на груду золотых монет и с глазами, полными слез, прошептал, заглядывая снизу мне в глаза.
— Не умирай!
Я фыркнул и недолго думая подхватил девочку на руки. Джинн, изумленно взирающий на меня, даже пикнуть не успел.
— С чего бы мне умирать?
— Потому что я плохая девочка, — тихо поведала джинния.
— Почему? Жадная — да, но не плохая.
— Я не жадная, — забыв о том, что собиралась плакать, запротестовала она.
— А кто хотел все конфеты съесть и с папой не поделиться?
Ребенок пристыженно засопел, и я с чистой совестью сдал дитятко с рук на руки отцу.
— У меня жена сейчас в общежитие умчалась, опять там что-то светлые с темными не поделили, разворотили полстены, вот она восстанавливает, а я тут за Имирой приглядываю.
— Ясно, — кивнул я, подобрал конфеты, вытащил одну. Развернул и протянул девочке, предварительно глянув на старшего джинна, тот благосклонно кивнул. Имира тут же принялась сосредоточенно жевать и была спущена на пол.
— Андрей, — представился я.
Джинн недоуменно уставился на протянутую в его сторону руку.
— Нужно пожать и назвать имя, — с улыбкой пояснил я.
Джинн исполнил. Пожал крепко и представился Фаридом. Его усы, честно признаюсь, не давали мне покоя, а спросить напрямую постеснялся. А завхоз сразу перешел к делу, пока я скармливал его дочке вторую конфету. Доев первую, Имира подошла ко мне и подергала за штанину.
— Чего хотел-то, раз сунуться не побоялся?
— Уюта, — объявил я и принялся озираться, краем глаза наблюдая за тем, как пристально следит за мной джинн. Похоже, он всерьез думал, что его сейчас по-тихому попытаются ограбить. Я что, дурак? Не, золото в монетах и камни-самоцветы — это, конечно, здорово, но грабить джинна — это надо еще додуматься. Почесав в затылке, честно сказал: — Сесть бы, но что-то я у тебя тут стульев не вижу.
— А! — воскликнул джинн. — Так ты стул искал! — шагнул ко мне и дружески хлопнул по плечу. Честно скажу, пошатнулся. Рука у него была тяжелая.
А Фарид щелкнул пальцами, и возле нас мгновенно материализовались два стула.
— Какой сервис, — восхитился я.
— А ты думал, — горделиво откликнулся джинн. — Давай излагай, что тебе там понадобилось.
— Постой, — до меня наконец дотекло, — ты их не создал, — я указал на стулья. — Ты их просто откуда-то призвал, так?
— Так, — самодовольно улыбаясь, подтвердил мою догадку развалившийся на стуле джинн. К нему на колени попыталась забраться дочка, которой уже был отдан весь пакет, так как она теперь и сама могла сообразить, как вынимать конфеты из обертки. Джинний папаша весело подхватил ее на руки, а Имира задорно рассмеялась.
Я продолжал соображать.
— Поэтому ты и работаешь завхозом. Когда надо, вызывают тебя, ты приходишь и устанавливаешь все, что нужно.
— При условии, что это есть в наличии, — напомнил он.
Я кивнул.
— Тогда чего мы сидим? Пошли ко мне в классную комнату.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
