Я продолжал соображать.
— Поэтому ты и работаешь завхозом. Когда надо, вызывают тебя, ты приходишь и устанавливаешь все, что нужно.
— При условии, что это есть в наличии, — напомнил он.
Я кивнул.
— Тогда чего мы сидим? Пошли ко мне в классную комнату.
— Постой, так ты не для себя, а для класса пришел что-то просить? — удивился он.
— Ну да. Он у меня лысый как не знаю что. А хочется уюта, чтобы ребятам было не стыдно самим туда после занятий приходить и друзей приводить, если захочется.
— Да? — протянул джинн, явно заинтересовавшись такой перспективой. — А что у тебя за детки? Раньше психологам «колокольчиков» давали.
— Они и есть.
— И они у тебя просто так приходить в класс будут? Не смеши мои подштанники!
— И не смешу, — покровительственно улыбнулся я джинну. — Они у меня сейчас активно идут по пути примирения. Там и до дружбы недалеко.
— Не верю.
— Ну так пошли, сам посмотришь. Они после занятий придут, а мы с тобой пока провозимся туда-сюда, может, чай потом попьем, их и дождемся.
— Не, я не могу. Куда я Имиру дену?
— С собой возьмешь.
— С ума сошел? Ты что, табличек при входе не видел?
— Ну, видел. Мой переводчик так их перевел, что, мама, не горюй!
— Она ведь у меня маленькая совсем. Магию свою толком не контролирует. Как махнет рукой, так весь твой класс на кусочки разнесет. Мы потому золото и камни тут разбросали, они ее частично блокируют.
— А если на нее надеть вот это? — Я вытащил из-под ворота рубашки свой крестик.
Джинн заинтересовался.
— А я-то думаю, почему на тебя не подействовало… — задумчиво протянул он.
— Ну так что, если мы на нее нацепим эту вещицу, он ведь ее заблокирует?
— Не знаю. Попробовать бы. А ты сам без него как?
— Да мне вроде сказали, что я с ним теперь сросся. Правда, я не уточнял. Но, может, это значит, что он и так меня защищать будет?
— Надо попробовать.
— Давай, — воодушевился я и смело расстегнул цепочку.
Выяснилось, что именно это ректор и имел в виду, когда говорил, что артефакт теперь полностью мой. На меня магия не действовала, даже когда я его не носил. Мы с Фаридом провели несколько простых экспериментов, потом попросили Имиру что-нибудь колдануть, у нее не получилось. Девочка расстроилась и попыталась крестик с себя сорвать, но я нашел, чем ее утешить.
— А у меня там, в живом уголке, котятки есть.
— Котятки?
— Ма-а-аленькие такие, — я показал приблизительный размер наших новых жильцов.
— Да ладно, — вмешался Фарид. — Если ты про кошек дроу…
— Нет, я про наших земных кошек, но, если Имира снимет цепочку, я их ей не покажу. Вдруг обидишь, а они маленькие.
— Не обижу! Не обижу!
— Тогда не снимай, пока папа не разрешит, договорились?
— Угу.
— Ну что, — я распрямился и посмотрел на Фарида. — Пойдем посмотрим.
— Ну, раз уж ты моей дочке кошек каких-то пообещал, — улыбнулся джинн, мы все вместе вышли за дверь и отправились в мою классную комнату.
Собственно, за решением проблемы, какой конструкции должны быть шторы на окнах, чтобы их можно было задвигать, создавая уютный полумрак, и нужны ли будут при этом дополнительные светильники, нас и застал Фа, появившийся в аудитории подозрительно рано. По моим подсчетам занятия еще не закончились. Имира играла с котятами. Я показал ей, как нужно дергать за веревочку, к которой мы привязали фантик от одной из съеденных конфет. Малыши были довольны, носились как угорелые. То из одного угла класса, то из другого доносился веселый смех маленькой джиннии и звук маленьких кошачьих коготков, «буксующих» по паркетному полу. Это котята за ней так гонялись, что не всегда вписывались в повороты, и их заносило.
— Андрей, — раздалось от двери.
Я обернулся.
— А! — воскликнул я. — Фа, ты чего так рано?
— У нас большая перемена.
— Да? А в столовую ты что… — начал я и запнулся, заметив, какими глазами мой Фа смотрит на Фарида. Я перевел взгляд на джинна. Тот был хмур, — Фарид, не пугай мне ребенка, — строго сказал я.
— Не пугать, говоришь? — протянул он грозно, но я недолго думая панибратски ткнул его в бок.
— Нормальный он. Успеваемость хорошая, пока еще ни разу и мухи не обидел. А секрет свой, если захочет, сам расскажет. Правда, Фа? — Я снова посмотрел на парня.
Тот молча кивнул и медленно, словно боясь сделать лишнее движение, подошел к живому уголку. Встал на колени, обнаружил, что котят в домике нет, но озираться не стал. На самом деле оба котенка и Имира мирно устроились на задней парте, девочка гладила притомившихся от активных игр котиков и сама уже отчаянно клевала носом. Набегалась. Я как раз думал напомнить джинну про дочку и попросить для нее кроватку. Пусть бы поспала пока.
Коленопреклоненный Фа застыл как изваяние, словно борясь с чем-то внутри себя. Я не выдержал. Подошел к нему и попытался по-отечески погладить по голове, но отдернул руку. Не обжегся, зато в полной мере ощутил, какой он горячий. Надо было срочно что-то делать, чтобы парня привести в себя.
— Фарид, ты ведь не станешь ябедничать, даже если увидел в нем кого-то не особо желательного?
— Ябедничать? — возмущенно переспросил джинн. Натолкнулся на мой полный серьезности взгляд, махнул рукой. — Если ты говоришь, что он тут никого не обидел и ведет себя нормально, не буду. Но только потому…
— Что я за него поручился, — утвердительно кивнул я и все же погладил Фаля по волосам, которые на удивление быстро остывали и снова становились похожими на человеческие. — Ты горячий, Фа. Остынь.
— Да, — тихо ответил парнишка и поднял на меня глаза. Та благодарность, рискующая перерасти в безоговорочную преданность, которая светилась в них, меня смутила. Я кашлянул.
— Если котят ищешь, то они там, — и указал на заднюю парту.
Оттуда на него с живым любопытством смотрела проснувшаяся от наших голосов Имира. Фа встал на ноги, но явно не решался подойти к девчушке. Я строго глянул на Фарида.
— Она моя дочь, — объявил тот грозно, обращаясь больше к Фа, чем ко мне. И добавил: — Не обидь.
Фа вскинул изумленные глаза на джинна. Тот фыркнул и показал глазами на меня. Я независимо пожал плечами. Пустынник нерешительно двинулся в сторону джиннии, которая уже издалека принялась спрашивать:
— Ты со мной играть пришел, да? Да?
— Так вот, насчет штор, — напомнил я джинну причину наших жарких споров. — Я хочу…
— Ты сам-то хоть знаешь, кто он? — перебил Фарид.
— Нет. И пока сам не скажет, знать не хочу, — отрезал я. Мы переглянулись и углубились в дальнейшие споры, но ненадолго. Буквально через несколько минут в дверях появились Машка и девчонки. У джинна в этот момент в буквальном смысле слова отвисла челюсть. Он ведь все еще не верил, что в моем классе светлые и темные активно пытаются научиться мирно жить друг с другом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
