— С его нравом ненавидеть он меня будет недолго, — Дэрк посмотрел в глаза Оники. — У тебя есть одно отвратительное свойство, которое меня невероятно злит. Ты вызываешь доверие. Я уж начинаю забывать, кто из нас двоих ментальный маг.
— Главное, чтобы ты не забыл дорогу к Убежищу.
— Теперь ты скажешь, какую стихию укрощаешь?
— После того, как ты тут раскрыл мне душу? Нет, не скажу. И оставь уже это.
* * *
Дэрк обещал спутникам добраться до границы леса к полудню следующего дня, если они «не собираются плескаться в каждой луже, что встретится на пути». Всю дорогу до остановки на ночь отшельник был весел и говорлив, не переставая рассказывал о здешних местах и порядках в Берилоне.
— Берилон — это вам не добродушный Этварк, безмятежный город на холме. В Берилоне, как нигде сильно влияние Всевидящей Матери. Не верьте россказням, про ее великую сущность. Это всего лишь баба, усевшаяся на самый высокий стул на материке. Только ей это не вздумайте сказать. Да и любому в Берилоне. Приближенность к монаршей особе плохо действует на человеческую натуру. Это город напыщенных идиотов из знатных семей и напыщенных идиотов-церковников. Там даже птицы полны тщеславия и наглости! Мерзкие куски мяса на хилых лапках, снуют под ногами, лезут в сумки, один чуть не выбил мне глаз крылом!
— Я погляжу, птицы в Берилоне — главная беда, — Оника была довольна приподнятым настроением их проводника.
— Хуже них только торгаши: то и дело стараются всучить тебе всякую дрянь. Город-иждивенец. Думаешь, этот рассадник высокопоставленных особ что-то производит? Он может только поглощать и поглощать. И чем больше дерьма утопает в его ненасытном чреве, тем больше он требует. Хорошо, что он щедро платит за товары, которые стекаются к нему неиссякаемой рекой.
— Где же они берут деньги? — Мелисса с нескрываемым интересом слушала Дэрка, что приходилось не по духу Фьорду.
— Что? — Дэрк привык к замечаниям, отвешиваемым Оникой на протяжении всех его рассказов, и даже не слушал их. Заданный вопрос застал мужчину врасплох.
— Деньги. Если город ничего не производит, откуда у жителей деньги на богатую жизнь?
— Церковь, мое очаровательное дитя земли. Вот главный источник доходов казны. Всевидящая Мать наполняет сундуки одним своим существованием. Селяне привозят пищу и утварь, и увозят церковные писания, обереги и прочий мусор, который должен уберечь их дом от рождения нечисти вроде вас, — Дэрк хохотнул, когда Фьорд попытался приблизиться к нему, но Мелисса предотвратила очередную стычку.
— А еще есть пошлины на ввоз, вывоз, даже на магов есть, — Дэрк перекинул олененка с одного плеча на другое. — К тому же что-то Берилон и производит. Только, как по мне, народ мог бы прожить и без его добра.
— Этварк, значит, тебе больше по душе? — Оника сорвала с куста пару розовых ягод и теперь крутила их в пальцах, пытаясь вспомнить название.
— Плутовка, я живу в лесу, если ты не заметила. Но да, в Этварке хоть и привыкли рядиться во все цвета радуги, но это простые люди, не видящие ничего зазорного в том, чтобы поднять свою задницу и сделать что-то полезное для себя и города. А еще в нем мало птиц.
На ночлег путники остановились у небольшого ручья, стыдливо прячущего блестящие прибрежные камни в косматой траве. Расположившись ниже по течению, Дэрк свежевал олененка.
— Ну как, удачно наладила отношения? — Фьорд добавил к своей охапке хвороста сухую ветку, на которую нацелилась Оника.
— Ты это о чем?
— Как искренне ты делаешь вид, что ничего не понимаешь. Сегодня, у озера. Я ждал тебя с Мелиссой, а вернулась одна она, сказав, что ты осталась внизу с этим церковником «налаживать отношения». Вот я и спрашиваю: как прошло? — в глазах и голосе Фьорда плескалась свирепость. Опавшие на подлесок вечерние тени делали и без того резкие черты юноши колючими и враждебными.
— Уж куда лучше, чем у тебя, — Оника пропустила мимо ушей намеки Фьорда. — А ведь это тебе следовало позаботиться о том, чтобы человек, на которого полагался отец твоей подруги и к которому отправил вас, испытывал к тебе хоть каплю добрых чувств, проникнувшись сопереживанием нелегкой судьбе магов и разделив твое стремление сделать этот мир немного справедливее. Но вместо этого ты раз за разом бросаешься на него, брызжа слюной и одержимый гневом, словно бешеный крысопес. За все время Крайснер не дал и малейшего повода сомневаться в нем, и тебе следовало бы быть повежливее, хотя бы из-за этого. Я не говорю всецело довериться ему, но то, что делаешь ты…. И как только Мелиссу отпустили с тобой?
Оника вручила потерявшему речь Фьорду собранный нею хворост и отправилась глубже в лес, раздобыть еще веток, оставив юношу одного в сгущающихся сумерках.
Дэрк Крайснер, роясь в дорожном мешке, опустился возле костра, разведенного Оникой по возвращению из чащи.
— Куда подевалась соль? Растяпа, выронил на озере, видать. Это ты не уследила! — отшельник указал на Онику оленьей ногой и рассмеялся. — Значит, сойдет и так.
— С моими запасами все нормально. Вот, — Фьорд подошел к огню, протягивая мешочек с солью.
— Ладно, малец, тебе зачтется, — Дэрк принялся натирать молодое мясо солью, — когда будешь жевать не пресную оленину.
Огонь шипел, когда капли жира падали на красные от жара сучья. Вся четверка сидела у костра, обволакиваемая ароматом жаренного мяса.
— У меня дома растут груши, слаще и сочнее которых не сыщешь на всем материке, — мечтательно протянула Оника, принимая у Дэрка причитающийся ей кусок олененка.
— Ешьте до отвала, детишки. Завтра мы доберемся до Речных холмов, пересечем тракт и войдем под сень Восходящего леса. Убежище недалеко от чащи, так что до темноты уже будем сидеть за широким столом и уплетать слизней. Все равно там нет ничего лучше.
— Слизней? — Мелисса брезгливо поморщилась.
— Ты не ослышалась. Мятежники не часто высовываются на поверхность, чтобы не найти лишних хлопот. Они давно оторвали лапы у всех пещерных пауков и съели, щедро просыпав местными травами, а крысопсы сбежали из тех мест, видя такое зверство. Да ладно, тебе придутся по душе их слизефермы.
— И долго они живут так? — Фьорд, бросив кость в костер, вытер жирные пальцы о траву.
— Порядочно, малец. Уже успели обзавестись детишками, а те, в свою очередь, своими. Так что будьте готовы погрузиться в новый мир.
Дэрк отклонил предложение Фьорда дежурить сегодняшней ночью, и, дождавшись, когда юноша с Мелиссой по привычке удалятся на другой край поляны, шепнул Онике:
— Дружелюбный он пугает меня еще больше. Глянь, как присмирел на вечер. Гляди в оба, не хочу проснуться с ножом между ребер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
