Успокоив дыхание и разум, она вышла в лучи солнца, быстрым взглядом оценивая положение. За спиной поставленного на колени Фьорда высился юноша с торчащими в стороны ушами, закрепляя на заведенных за спину руках отступника каменные кандалы. По правую руку от него второй незнакомец осматривал округу на присутствие компаньонов Фьорда и первым заметил появление Оники. Третий копался в кучке одежды, среди которой поблескивала припавшая пылью, но все еще сохранившая свой вид, золотая вышивка на накидке, подаренной Мелиссе. Самой девочки видно не было.
Оника замерла на месте, отметив для себя печати Проклятого на лбах чужаков, и давая магам Ордена Смиренных сделать первый ход. На Фьорда, очевидно, уже посадили жука Данмиру, иначе он бы давно поверг лужайку в хаос.
— Твоя сообщница, беглец? — с беззлобной насмешкой спросил маг камня, стоящий рядом с Фьордом.
— Она обычный человек! Оставьте ее! Оника, уходи отсюда! — выкрикнул Фьорд и получил сзади легкий пинок.
— И что «обычному человеку» делать в твоем обществе, мятежник? — член Ордена, изучавший до этого вещи Мелиссы, переключил все внимание на девушку. — Будь послушна, и, если все так, как заявляет твой друг, мы передадим тебя Церкви. Пусть сами разбираются, есть ли в твоих действиях осознанное пособничество отступнику или нет.
— Ага, хороший план, — Оника улыбнулась и присела к земле, опуская голову и скрывая взгляд разномастных глаз. Когда девушка вновь посмотрела на магов, на ее лице не было улыбки, а во взгляде не осталось ничего, кроме лишенного эмоций расчета.
Распрямляясь, Оника свела и развела руки, поднимая вихрь, до этого путавшийся среди травы. Ветер ускорял вращение, окружая магов Ордена и вынуждая закрыть глаза, в попытке защитить их от взметнувшихся в воздух тысяч песчинок и маленьких грудок земли.
Первое сопротивление девушка ощутила со стороны мага, находившегося справа от Фьорда. Он оказался укротителем воздуха и сразу же попытался подавить вихрь Оники, подчинив его своей власти. Одна против троих, она должна была определить силу врага и устранить основную угрозу, не имея права на ошибку. Наличие в отряде противника мага воздуха, делало его первоочередной целью: он мог сбить ее удары по союзникам, а раскрывать владение еще и водной магией было неразумно.
Мечущийся по кругу ветер резко переменил свое направление и толкнул мага воздуха в спину. Делая шаг вперед и, смещая вес с одной ноги на другую, Смиренный крутнулся на месте, создавая вокруг себя щит из вращающегося воздуха. Вновь оказавшись лицом к Онике, он развернул окутывавшую его воздушную броню, и направил ее тонким потоком в сторону отступницы. Девушка повернулась к нападающему боком, уклоняясь от оставившего на земле длинную полосу потока, и вытянула в сторону мага правую руку, сжатую в кулак. Резко разжав пальцы, она призвала стремительное лезвие воздуха, полоснувшее врага по лицу. Маг вскрикнул; из опоясывающей лоб раны хлынула кровь. Пользуясь замешательством, Оника призвала два сжатых воздушных потока, которые, лизнув землю у ее ног, и, набрав скорости, взметнулись вверх, с невероятной силой ударив мага в плечи. Пробив суставы, они принесли сковывающую боль и полностью обездвижили верхние конечности.
Напарник выведенного из боя мага, сумевший к тому времени прорваться сквозь воздушный вихрь и подобраться к девушке со спины, схватил ее за правое предплечье, погружая его в пламя. У Смиренных был приказ: брать отступников живыми, но в случае ярого сопротивления допускались увечья, не мешающие будущей службе Ордену. Как правило, мало кто решался дать отпор, и еще меньше мятежников представляли угрозу для тренированных бойцов.
Маг с воплем одернул руку, удерживавшую Онику, и отступил назад, с ужасом в глазах глядя на покрытую коркой льда кисть. От ладони, коснувшиеся кожи девушки, холод пробирался в глубь плоти и костей.
Пока укротитель земли не вмешивался в бой, решив, что его напарникам не составит труда справиться с девчонкой-отступницей, Оника сосредоточилась на огненном маге. Плотный сгусток воздуха ударил Смиренного в грудь, и, скользнув за спину, сбил с ног.
Воздушный поток, подхвативший девушку и откинувший в сторону, позволил ей в последний момент избежать удара земляного вала, пришедшего со стороны мага земли. Оника контратаковала двумя секущими потоками воздуха, скрестившимися над головой Фьорда, не задев того. Земляной маг успел защитить себя собранной из комьев земли стеной. Встретившаяся с ней стихия скрылась в недрах, скосив часть травяных пучков, горестно повисших меж земляных груд. Стена осыпалась, выпуская мага, одетого в броню из мелких плотно сложенных камней. Он видел, что могут сделать воздушные клинки мятежницы на расстоянии, и поспешил защититься от подобной атаки.
Несколько напряженных секунд соперники изучали друг друга. Пробивать каменную броню и держать оборону в одночасье — сложная задача, а Оника не имела практического опыта сражения с земляным магом, чтобы быстро принять решение. Равновесие нарушил маг огня: обуздав боль в руке, он ринулся на девушку сломя голову, с яростью во взгляде и огненным облаком перед собой.
Пламя дыхнуло жаром в лицо Онике и отступило, подхваченное неугомонным ветром. Обняв огненную стихию со всех сторон, он швырнул ее в сторону мага земли, заставив того избавиться от раскалившейся брони.
Крепкие руки сжали девушку со спины, сковывая движения, а горячее дыхание зашептало, касаясь губами уха:
— Это я, довольно, Они, — девушка могла проделать с напавшим на нее то же, что и с рукой огненного мага, но вместо этого, услышав давно знакомый голос, застыла, позволив новому участнику боя посадить на ее шею жука Данмиру. Едва ощутимый укол, за которым не последовало разливающегося по телу холодка, о котором Оника читала в книгах. Ветер по-прежнему таился среди деревьев, готовый прийти на зов в любой миг.
— Она бьется словно бешеный хасс! Что эта мерзавка сделала с моей рукой?! — огненный маг налетел, как коршун, замахнувшись целой конечностью, метя в лицо девушки. Его руку жестко перехватил остановивший бой Смиренный, с силой оттолкнув зарвавшегося мага.
— С каких пор ты нарушаешь Кодекс Ордена, избивая схваченных отступников? — огненного мага пронзила пара чистых глаз цвета стали.
— Меня бесит твое беспрекословное следование Кодексу, Люфир! Повезло же угодить под командование любимого щенка Командора! — маг сплюнул на землю и отошел в сторону, с ненавистью смотря на командира группы.
— Ролант, браслеты, — Люфир обратился к магу камня, на лице которого читалось облегчение. Ролант кивнул и поспешил к стоящей на коленях и не оказывавшей ни малейшего сопротивления Онике. Она позволила заключить запястья в камень, сохраняя присущее ей спокойствие и уверенность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
