– Светка, я знаешь для тебя что сделать могу?
– Валера... Езжай домой, я сама доберусь. – Света взялась было за дверцу, но Ганс ее остановил, пока еще мягко.
– Что ты заладила: домой, домой... – проговорил он с обидой. – Я просто тебе сказать хочу.
– Хорошо, хорошо. Говори. Но потом я пойду.
Ганс открыл рот, но обнаружил, что все хорошие слова, что он запас для этого случая, разом куда-то делись. Он опять потряс головой, положил ее на руль. Он с трудом сдерживал свои руки, которые так и тянулись обхватить Светку, крепко прижать и не отпускать.
– Что ты вообще понимаешь? – неожиданно изрек он. – Смотришь на меня как на придурка... Что ты вообще видела?
– Ты о чем говоришь? – осторожно спросила Света.
– Знаю я вас... – Ганс на некоторое время замолчал. Потом вдруг вспомнил одну историю, несколько лет назад поразившую его в самое сердце. Со временем, правда, ее очарование немного поистерлось, но сейчас, после виски, она вновь обожгла сердце повзрослевшего Ганса.
– Свет, у нас на малолетке про одного пацана рассказывали. Винт его звали. Нет, Болт... Не помню. У него девчонка была, на каждую свиданку приходила. А потом кинула. Ему сказали, она с другим пацаном ходит. Болт с Речпорта был, а тот пацан с другого района вообще. Так он, как узнал, – знаешь, что сделал? Пошел в кладовку, а там ножницы схватил со стола – и бабке-кладовщице к горлу.
Народу понабежало, кума из дома вызвали, ОМОН приехал. А еще попа из церкви привезли и родителей. Все говорят – не дури, отпусти бабку, хуже будет. А он им: приведите Маринку. Нашли ее, привели. Он увидел в окно и крикнул: Марина, я для тебя это делаю! И бабку ножницами – в сердце. А Марину эту потом весь район чморил, суку...
Он замолчал. Светлана ничего не сказала, даже не вздохнула. И на этот раз растопить ее сердце не удалось. Вновь руки Ганса потянулись к ней, а он уже не смог их остановить. Пальцы лишь коснулись одежды – Света уже щелкнула замком и вышла из машины.
– Стой! – Ганса прошила искра внезапной злобы. – Стоять, я сказал!
Света была уже на тротуаре, она прибавила шаг.
– Я сказал, стоять! – Он споткнулся о бордюр, но быстро вскочил и догнал девушку. Та вырвалась, перебежала на другую сторону и подняла руку навстречу проезжающему такси.
– Стой, сучка!
– Что у вас тут? – опасливо поинтересовался таксист.
– Ты вообще кати отсюда, баклан, пока башку не проломили!
Таксист хлопнул дверью и дал по газам. Ганс держал Светлану за плащ, она слышала, как трещит материя.
– Креветки жрать понравилось? А теперь куда собралась? А ну, пошла за мной!
Светлана потеряла равновесие, Ганс тащил ее к машине своими непомерными лапами, как куклу.
Улица была пуста.
* * *
Покидая надежные стены клиники, Гриша на секунду почувствовал себя космонавтом, выходящим в открытый космос. Однако в следующий момент он увидел, как из ворот выкатывает машина с четырьмя охранниками, и уверенность вернулась.
Гриша закурил и, как было велено, взял прогулочный темп ходьбы. Двое охотников шли за ним, не особенно скрывались. Он сразу заметил их, остановившись почитать афишу.
У них не было большой нужды прятаться. Горожане спешили с работы, улицы были запружены, и обратить внимание на двоих совершенно обыкновенных ребят мог бы только заранее предупрежденный человек. А откуда же им было знать, что Гриша предупрежден?
Он прошел еще сотню метров, не оборачиваясь, и свернул на другую улицу. Здесь уже были расставлены столики и зонтики летнего кафе, пока еще почти пустого. Погода вечерами стояла не такая уж теплая, желающих сидеть на улице находилось мало.
Преследователи перешли на другую сторону улицы, встали на самом виду, подперев дерево. Что и говорить, наукой наружного наблюдения ребята владели из рук вон плохо. Гриша посмеялся было над ними, но согласился, что он точно такой же профан. Не сработай профессионально охрана клиники, сегодняшняя прогулка могла бы иметь совсем другой оттенок.
Вечерело. Григорий согрелся чашкой растворимого кофе и решил, что бойцов пора уводить в безлюдное место, где ими займутся профессионалы. Убедившись, что прикрытие по-прежнему рядом, он расплатился и пошел довольно быстрым шагом в сторону железнодорожной ветки. Она местами проходила через пустыри, и отыскать там тихое место было легче легкого.
Гриша понял свою ошибку, когда свернул с оживленной улицы. Преследователи прибавили шаг. Стало ясно, что машина с охраной не сможет двигаться по пустому проулку со скоростью пешехода, – это сразу насторожит или отпугнет охотников. Да и пешие наблюдатели будут торчать тут на самом виду, как три тополя на Плющихе, несмотря на наступающие сумерки.
А если сейчас перейти «железку», машина вообще может потерять его. Одним словом, он создал своей защите массу проблем.
Гриша достал зажигалку и нарочно уронил ее. Наклонился, невзначай посмотрел назад. И ошалел.
Охраны не было! Ни пешей, ни на машине. Только два наемника шагали, быстро приближаясь к нему. Теперь они даже и не пытались скрываться.
Гриша распрямился и быстро пошел вперед. Вернуться на людную улицу? Уже поздно. Бежать – догонят. Как назло, по этому переулку, ограниченному с двух сторон насыпью и забором какой-то фабрики, даже машины проезжали редко.
Далеко впереди блеснули искры на троллейбусных проводах. Успеть бы дойти туда, пока не нагнали... Или все-таки бежать? Эх, зря отказался от газового пистолета...
– Землячок, обожди маленько.
Голос раздался совсем близко. Гриша обернулся и увидел – его догнали. Во внешности обоих парней Грише показалось что-то необычное. Они были высокими, довольно плечистыми, но здоровье отнюдь не излучали. У обоих мутные блуждающие глаза, белые лица, суетливые дерганые движения. «Наркоманы, – быстро определил Григорий. – Скорее всего, «винтовые».
– Что надо? – спросил он, не оборачиваясь.
– Да погоди, спросить хотим.
– Ну, спрашивай...
И тут его ударили. Сзади, кулаком в затылок, рассчитывая, что он кубарем полетит на асфальт. Гриша устоял, лишь отскочил вперед. Он хотел побежать, но ему уже вцепились в воротник. Он развернулся и, не глядя, махнул кулаком. Пальцам стало больно, кто-то всхлипнул, отпустив одежду. Было слышно, как по асфальту загремела какая-то железка.
Григорий сделал еще одну попытку бежать, но это было уже лишнее. Рядом, лихо скрипнув тормозами, остановилась машина. Из всех четырех дверей высыпали свои ребята и мгновенно превратили нападающих в охающие, матерящиеся от боли и испуга комки. Затем быстро, но без суеты, подняли обоих и швырнули в белый угловатый джип, подъехавший неизвестно с какой стороны. Охранники работали вдохновенно и слаженно, словно плясовой ансамбль. Чувствовалось, что соскучились по любимому делу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
