могу посвятить себя тебе так, как ты хочешь».
«Я знаю. Я хочу, чтобы все было по-другому, но я знаю, что так быть не может».
«Ты встречалась с кем-то еще? Ходила на свидания?»
«Нет. Большинство парней считают меня стервой. Я начала быть милой, но у меня есть репутация, от которой я не могу избавиться. И даже если бы я могла, я не хочу встречаться. Ты знаешь, кто мне нужен и что я думаю».
«Да, знаю. Ты ясно дала это понять».
«Но я также знаю, что не могу получить тебя так, как я хочу. Так что пока просто трахни меня, а я могу надеяться, что когда-нибудь все изменится».
Это было, вероятно, лучшее, что я мог услышать сейчас от Бекки. Отношения с ней всегда были на волоске. Если я сделаю это с ней сейчас, как она хотела, и, по правде говоря, хотел я, это откроет целый ящик проблем и сделает следующие шесть месяцев трудными. Не видеться с ней до июня — это поможет. И секс тогда, перед тем как уехать на год, не создаст той же проблемы.
«Пожалуйста, не надейся», — сказал я. «До таких отношений еще далеко, если они вообще когда-нибудь возникнут».
«И ты увидишь меня снова перед отъездом в Швецию? И у тебя будет со мной секс, как ты обещал?».
«Да, Бекки. Ты можешь приехать, и я оттрахаю тебя в последний раз».
«Хорошо. Давай сделаем это прямо сейчас!»
«Я не думаю, что это хорошая идея. Давай придерживаться нашего первоначального плана. Мне очень хочется, правда, но я боюсь, что это создаст для нас проблемы».
«Я могу просто заниматься с тобой сексом, не привязываясь!»
«Правда можешь? Я так не думаю. Я думаю, мы вернемся к тому, с чего начали. Мне кажется, безопаснее подождать до июня».
«Нет! Сейчас! Пожалуйста!»
«Нет», — твердо сказал я. «Это плохая идея. Я сказал, что сделаю это в июне, и я сделаю. Но не сегодня».
«Тогда зачем ты привел меня сюда?»
«Потому что я думал об этом. Действительно думал. Но, в конце концов, я уверен, что это плохая идея делать это сейчас».
Она надулась.
Мы поговорили еще немного, но в основном по кругу: она просила меня трахнуть ее, а я говорил, что это плохая идея. В конце концов я предложил пойти поужинать во «Frisch’s». Мы вышли из квартиры и пошли к ресторану.
«Так вот куда ты водишь всех своих девушек?».
«Нет, не совсем. В основном, туда ходим только мы с Джойс, плюс иногда с какой-нибудь другой девушкой. Мы с Дженнифер обычно можем делать это у нее дома».
«Значит, ты все еще занимаешься сексом со многими девушками?»
«С некоторыми, да. Никто не имеет на меня эксклюзивных прав. Дженнифер — моя официальная девушка, но она не возражает против того, чтобы я дурачился».
«А что тогда Джойс?».
«Она тоже. Она знает о Дженнифер, а Дженнифер знает о ней».
«И их это устраивает?»
«Да, устраивает. Джойс не нравятся мои «случайные интрижки и рандомные дефлорации», но она мирится с этим. И они с Дженнифер действительно увидятся завтра».
«Подожди!» — запротестовала Бекки. «Как это вообще может работать?»
«Потому что они обе принимают ситуацию», — ответил я. «То, чего ты никогда не сможешь сделать. И поэтому о сексе с тобой не может быть и речи. Ну, за исключением твоей просьбы на июнь».
Несколько минут она просто молча ела.
«Думаю, в этом и есть разница. Я хочу тебя для себя, постоянно. Они хотят тебя так же, но в будущем, и готовы ждать. И именно поэтому ты с ними, а не со мной».
«Да. Дженнифер порвала со мной прошлой весной, потому что знала, чего ты хочешь, и не могла смириться с тем, что я буду с тобой из-за этого».
«А теперь? Она знает об этом? И о твоем обещании на июнь?»
«Да. Она не против, потому что у меня нет с тобой отношений. А что касается июня, если это будет просто секс, и ничего больше, она не против. Она сказала мне сделать это, если я хочу».
«Я не понимаю, как она и Джойс могут с этим мириться!»
«Я знаю», — сказал я. «И именно поэтому я не могу быть с тобой. Мы, наверное, не увидимся до июня. Мы будем разговаривать, но я боюсь, что если мы будем слишком часто видеться, ты поймешь это неправильно».
«Я очень стараюсь, чтобы иметь возможность просто заниматься с тобой отличным сексом, но мне трудно контролировать свои чувства».
«Я знаю», — сказал я. «В конце концов, все зависит от тебя».
«Я знаю», — вздохнула она.
Мне было интересно, отменит ли она встречу в июне. Все, что я мог сделать, это подождать и посмотреть. Я не собирался настаивать на этом, но давал понять, что если будущее и возможно, то оно еще далеко, а не в ближайшее время.
Мы закончили у Frisch’s и поехали в Graeter's за мороженым. Папа забрал нас оттуда, и мы провели остаток вечера, болтая, пока ее отец не заехал за ней. Я обнял ее на прощание и сказал, что позвоню ей.
В четверг утром я, как обычно, плавал со Стефани. После завтрака мы начали готовиться к вечеринке. Мы наделали бутербродов, нарезали фрукты для фруктового салата, поставили прохладительные напитки в холодильник, расставили тарелки и прочее. Мы болтали, пока делали это, по крайней мере, когда в комнате больше никого не было.
«Стеф, тебе ведь не нравится Бекки?».
«Нет. Она тебе не подходит».
«Почему ты так говоришь?»
«Она не может принять тебя таким, какой ты есть. Она хочет изменить тебя. Даже Джойс, которая не одобряет все, что ты делаешь, она принимает тебя и, хотя ей хотелось бы, чтобы ты изменился, она знает, что не может заставить тебя измениться».
«Полагаю, это правда».
Стеф огляделась, чтобы убедиться, что рядом больше никого нет.
«А что насчет нас? Можешь ли ты сказать Бекки, что однажды мы трахнемся до потери сознания?»
Я просто уставился.
«Ну, это правда, Большой Брат».
«Стефани, с тобой я могу заниматься только любовью».
«Я знаю это, глупышка, но я также знаю, что это будет лучший трах в твоей жизни. Поверь мне, Стив».
Черт возьми, она была уверена в себе! И почему-то я знал, что она права.
«Нет, я не могу сказать Бекки».
«Но Дженнифер не только знает, она одобряет. И Мелани тоже. Не уверена насчет Джойс».
