— Ты это серьезно, парень? — заливаясь громким смехом, не верит своим ушам Эдвард.
— Как это ты умудрился попасть на вечеринку тех, кого вообще не знаешь, и кто тебя не приглашал? — также не переставая громко смеяться и выглядя не менее покрасневшим, удивляется Питер.
— А хер знает, как! — громко ухмыляется Блейк, разведя руками, в одной из которых он держит стакан с крепким алкогольным напитком. — Но я и мой приятель все равно каким-то чудесным образом оказались на крутой вечеринке.
— И как вас пустили, если вы никого там не знали? — сквозь смех недоумевает Терренс.
— Да они там все бухие были и всех принимали как родных!
— Окей, и что было дальше? — интересуется Джозеф.
— Ну короче говоря, они увидели нас с приятелем, когда мы проходили мимо их хаты. Что-то выкидывали в мусорный бак, насколько я помню… Мы немного разговорились, а потом они пригласили нас на свою тусовку. Типа такие: «Заходите, родненькие, присоединяйтесь!»
— А вы что? — интересуется Коди.
— А мы что – нам только было в кайф потусоваться и немного выпить. Да еще и на халяву!
— И что реально никто не заметил, что вас туда не приглашали? — сделав пару глотков из своего стакана, удивляется Даниэль.
— Вообще никто! Мы были для всех как родные! С нами щедро делились выпивкой, а девчонки не давали нам проходу и все норовили затащить нас в одну из спален, ванную или туалет.
— И чем же все закончилось? — с хитрой улыбкой интересуется Кристофер. — Я так понимаю, вечеринка удалась на славу?
— Не знаю, — пожимает плечами Блейк и выпивает немного из своего стакана.
— В смысле? — сильно хмурится Коди.
— После того, как я начал выпить стопку за стопкой, совершенно не разбираясь в том, что мне давали, у меня все больше отшибало память. И как итог, я вообще не помню, что делал на той вечеринке.
— Вот как! — восклицает Джозеф и выпивает немного из своего стакана.
— Да и мой приятель ничего не запомнил. Хотя лично я очень смутно припоминаю какую-то полуголую девку в красном лифаке и стрингах, которая порывалась сделать мне минет.
— И, разумеется, у вас был шикарный секс? — бодро спрашивает Кевин, с хитрой улыбкой отпив немного алкогольного напитка из своего стакана.
— Может, и был, — предполагает Блейк и отпивает еще немного напитка. — Не знаю. Я ту тусовку вообще ни черта не помню и понятия не имею, что у меня было с той полуголой девкой. Помню только то, что начал бухать с кучкой незнакомых людишек, а уже после этого напрочь отключился и пришел в себя только на следующий день.
— Ну тебя и занесло, парень… — хихикает Бенджамин.
— И не говори! — восклицает Коди и делает глоток из своего стакана.
— Ну и страсти… — задумчиво произносит Джозеф.
— И знайте где я очухался? — интересуется Блейк.
— Голым в постели с той девчонкой в красном? — по-доброму ухмыляется Джереми.
— Лучше бы в постели. Я оказался на крыше дома в одних труселях…
На яхте тут же раздается громкий смех, заглушающий даже играющую из всех колонок музыку. Кто-то хлопает рукой по колену, хватается за живот или прикладывает ее ко лбу.
— На крыше дома? — заливается смехом Уильям. — В труселях?
— Как тебя угораздило туда залезть? — удивляется Райан, заливаясь таким же громким смехом со стаканом в руках.
— Мне бы и самому хотелось знать, — разводит руками Блейк.
— Да уж, а я, оказывается, скучно жил… — задумчиво говорит Бенджамин. — Думал, у меня была бурная жизнь. Но нет! Бывает и кое-что покруче!
— А в тот день было довольно холодно. Я тогда жутко замерз и чуть себе яйца не отморозил. И до сих пор удивляюсь что я тогда не заболел. Потому что когда я жил со своим братом в приюте, то постоянно простужался и страдал от слабого здоровья. Мог заболеть от любого сквозняка. И за все свои годы успел переболеть буквально всем на свете.
— Ой, я не могу… — сквозь дикий смех произносит Кристофер. — На крыше дома в труселях…
— Ага, а знайте, как я охренел, когда понял, что нахожусь на крыше дома, в котором ни разу не был! И который находится в том месте, где моя нога вообще не ступала!
— О, черт! — заливается громким смехом Эдвард и на секунду откидывает голову назад. — Ты дебил, Коннор! Просто дебил!
— Полный! — громко ухмыляется Коди.
— Как можно было так нажраться, чтобы каким-то волшебным образом оказаться на крыше, да еще и в одних труселях?
— Ну ясно только одно: я вскарабкался туда по лестнице на чердаке дома, — задумчиво отвечает Блейк.
— Хотелось бы знать как, — уверенно говорит Джозеф. — Как ты сумел это сделать…
— О, чувак, — сквозь смех произносит Терренс и отпивает немного из своего стакана. — Тебе повезло, что ты остался в трусах. А то было бы гораздо хуже, если бы ты был абсолютно голым.
— Да я, походу, продрых там всю ночь, — предполагает Блейк.
— Вот народ охерел бы, если бы увидел этого полуголого придурка на крыше дома, — вытирая пот со лба, усмехается Даниэль.
— Благо, я успел вовремя свалить оттуда и не попасться на глаза кому-то из жильцов того дома и тем более – копам, — сквозь смех отвечает раскрасневшийся Блейк. — А то я что-то не очень хотел сидеть в обезьяннике с кучей уголовников, которые понимают только язык кулаков.
— А где в тот момент был народ? — интересуется Кристофер.
— Народ дрых без задних ног и даже не думал просыпаться после той попойки. Хотя один мужик все-таки пытался встать и доковылять до упаковки с водой. Но ему было плевать на меня и моего дружка, которого я позже нашел лежащим на полу возле входной двери с чьими-то труселями на башке в обнимку с той самой полуголой девкой. Правда на ней были только лишь стринги, а лифак – нет. Хотя там все девки были в таком виде или вообще голые.
— Это сколько же вам обоим было лет, когда вы нажрались на тусовке тех, кого не знали? — по-доброму усмехается Питер.
— Да вот буквально недавно! Около года назад. Мне едва исполнилось восемнадцать. Именно тогда меня и угораздило попереться с этим идиотом на тусовку незнакомых людей. Я тогда кое-как растолкал этого раздолбая, ибо дрых он без задних ног. Довольный был, твою мать!
— Неужели никто даже не понял, что вы никого там не знали? — удивляется Эдвард.
— Нет, никто не врубился! Да и мы с приятелем умылись, выжрали всю воду, которую нашли, нашли свои шмотки, оделись как смогли, кое-как доковыляли до двери и свалили к чертовой матери. Чего нам стоило добраться до дома! Серьезно, мужики, после такой попойки я чуть кони не двинул! А то, что я очухался на крыше, меня вообще убило!
Все парни снова начинают заливаться громким смехом и отпивают немного напитка из своих стаканов, уже давно будучи далеко не трезвыми.
— О, мужики, это лучшее, что я слышал в своей жизни! — сквозь смех признается Терренс.
— Да уж, оказывается, люди могут жить куда интереснее тебя, — уверенно отмечает Коди.
— Да, но момент восседания на крыше в одних труселях мне понравился больше всего, — сквозь смех говорит Кристофер, держась за живот.
— О, я уже представляю себе эту шикарную картину, — громко смеется Джозеф.
— Я уже миллион раз поблагодарил кого только можно за то, что тогда все были в дрезину пьяные, и никто не додумался сфоткать меня или снять на видос, — признается Блейк и проводит рукой по своему лицу. — Иначе бы я не вынес такого позора…
— Вот и радуйся, что тебя не сняли! — по-доброму ухмыляется Райан. — И ладно, ты хоть в труселях был. А вот у меня все было гораздо хуже, потому что я попался на камеры мобилок в балетной пачке.
— Ты? — громко удивляется Блейк. — В балетной пачке?
И снова мужская компания начинает во весь голос смеяться и бить себя руками по ногам и лбу, заставив недалеко лежащего Сэмми отвлечься от своей игрушки и посмотреть на парней так, будто хочет сказать: «Нет, они совсем идиоты что ли?».
— Че, реально? — удивляется Кевин.
— Черт, Райан! — сквозь смех весело произносит Даниэль. — Да я ни за что не поверю, что ты на это решился!
