мам!
– Так и есть. Они как раз из прошлого века.
Мама улыбнулась – Лера почувствовала это раньше, чем увидела в тусклом свете далёкого фонаря, как на её лице появилось выражение умиротворения, как было всегда, когда она говорила о предстоящем праздновании Нового года.
– Ладно. Я подумаю, как совместить их с новыми игрушками.
– А надо ли совмещать? – Мама приостановилась, и Лера повернулась к ней, не понимая, что послужило причиной того, что они не идут дальше. До выхода из парка оставалось пару сотен метров – Лера видела полосу огней вдоль трассы, которую нужно было пересечь, чтобы добраться до их дома. Всего каких-то пару сотен метров.
– Девочки, познакомиться не хотите? – прозвучал рядом мужской голос, который Лера не просто запомнила – впитала всем своим существом.
– Мам!
– Лерочка, ты успокойся.
Она видела, как мать выставляет руки перед собой, будто собирается защищаться и защищать её. Как старенькая сумка падает в снег, как мужчина, на лице которого написано какое-то безумное выражение, достаёт из кармана что-то, сверкнувшее лезвием в отблеске далёкого фонаря. Слишком далёкого. Слишком.
Всё сейчас казалось таким. И полоса придорожных светлых точек, расплывающихся перед глазами, и их светло-серый дом, возвышающийся на той стороне парка. Всё это было недосягаемым.
– Мам!!
– Лера, беги.
– Мама!
– Лера!!! Беги!
И она побежала. Испытывая безумный страх, подгоняющий её, но не дающий возможности сделать следующий вдох. Оскальзываясь на наледи дорожки, она бежала вперёд, к спасительным огонькам далёких фонарей, представляя, как за ней след в след бежит кто-то огромный и страшный. Она так боялась… За себя, за маму, которую она оставила там, наедине с этим ужасным человеком, но не могла не бежать.
«Лера, беги!»– звучал в её ушах голос матери, и она ещё не знала в тот момент, что это были последние два слова, которые она услышала от той, кто был рядом с самого её рождения.
Доставая на ходу ключи из кармана, Лера перебежала дорогу, едва не попав под взвизгнувшую тормозами машину, и почувствовала себя в безопасности только когда за ней захлопнулась дверь квартиры. Темнота и тишина дома обступили со всех сторон. Сердце билось в горле и висках, не давая шанса на новый вдох. Вытащив из сумки сотовый, Лера трясущимися руками начала жать на кнопки, ища номер отца. О том, что делает в парке с мамой этот ужасные и огромный «кто-то», она старалась не думать…
Зима 2013 года
Позади снова скрипнул снег под чьими-то шагами, и Лера обернулась, чувствуя в груди холод. Она узнала безумный взгляд и страшную улыбку сразу, застыв на месте, и задерживая дыхание. Страха не было – вместо него Лера испытывала такой ужас, который парализовал её, приковывая к мёрзлой корке льда.
– Я хочу поиграть, Ангел. Совсем немного. И недолго. Хорошо?
– Нет!
– Что ты сказала?
– Я сказала нет!
Чужой дрожащий голос, сорвавшийся с помертвевших губ, резанул слух. В ушах звучал крик матери: «Лера! Беги!», но она понимала, что не может сдвинуться с места. Будто загипнотизированная, она смотрела на то, как мужчина достаёт из кармана нож, от чего тошнота подкатила к горлу. В красках представилось то, как лезвие вонзалось в тело её матери, раз за разом, оставляя алые следы на белом снегу.
– Мы поиграем, мой Ангел.
Нотки сумасшествия, что окрашивали слова мужчины, послали по телу волну озноба, от чего тело заколотило крупной дрожью. Лера жадно вдохнула стылый воздух, от чего лёгкие болезненно закололо. Она увидела Игоря, которого здесь не должно было быть. Он бежал к ним по дорожке что-то крича, и махал руками, но Лера не слышала ни звука, кроме стука собственного сердца, набатом звучащего в ушах. Помотав головой, она развернулась и вслепую помчалась куда-то, слыша за собой тяжёлую поступь бегущего безумца. Было ли то плодом её воображения, или он действительно настигал её – Лера не знала. Она неслась вперёд, не разбирая дороги и в висках её стучали только два слова, которые ей кричала то ли мать, то ли Игорь:
– Лера! Беги!!
Мчась, куда глаза глядят, с каждым шагом углубляясь в нутро темноты, которая пугала, но казалась спасительной, Лера чувствовала, что не выдержит долго. Сдастся, забудет о том, что обещала Игорю быть осторожной, и станет такой же, как её мама. Хотя, нет. Мама сражалась, защищая её, а она… Ей некого защищать, кроме самой себя. После того вечера, когда она убежала из того злополучного парка, Лера всегда была одна. Всё изменилось только в последние несколько дней, когда в её жизнь вернулся Макаров. И наверное, всё, что она заслужила – вот это кратковременное счастье, которого теперь её собирались лишить. Вместе с жизнью.
Она не слышала, что ей кричат, и могла разобрать в звуках кругом только бешеный стук собственного сердца и шаги позади. Дыхания не хватало, и жадные порции воздуха, которые она делала раз за разом, разрывали её изнутри. Лера забыла о том, что вокруг полно полиции, что Макаров рядом. Остался только этот бесконечный бег в бесплодной – как она считала – попытке спастись.
– Стой! Стой немедленно! – расслышала она окрик, и тут же её за плечи обхватили чьи-то руки. Никто не всадил ей нож в спину, не ударил, не причинил боли. Просто развернули, словно послушную куклу, и Лера едва не расплакалась, узнав в догнавшем Ивана. – Ты с ума сошла? Тут же трасса оживлённая!
Она осмотрелась, только теперь понимая, что почти выбежала из парка, едва не очутившись на ярко-освещённом шоссе. Странно, а ей всё чудилось, что она бежит по бесконечному тёмному парку.
– А г-где… он?
– Тот урод? Мы его взяли. Но не знаю, чем точно дело кончилось – я за тобой побежал. А ты как спринтер заправский через парк прям… Думал, не догоню.
Ваня старался выглядеть беспечным и даже пытался шутить, но Лера видела, что он нервничает чуть ли не так же, как и она. И сама не могла унять отчаянно колотившееся сердце. Почему за ней Иван побежал и где Игорь? Нет, она совсем не может думать об этом! Не может и мысли допустить, что с Макаровым что-то случилось по её вине.
– А где Игорь? – выдавила она из себя, совершенно не чувствуя облегчения от слова капитана о том, что маньяк теперь не опасен. – Где он?
– Я не знаю. Там, наверное, с отцом своим. – Иван кивнул в ту сторону, откуда прибежала Лера, и где приглушённым голубоватым
