Один Свет знает, скольких усилий стоило Лаоре поднять себя на ноги, будто все в порядке. Не попытаться сбросить с себя руки герцога Седаара, а лишь мягко выскользнуть из них. И сделать несколько шагов вниз, избегая глядеть на следы страшной, давно минувшей битвы.
А потом с улыбкой обратиться к спутникам:
— Это был просто приступ паники. В нашей части Глубины тоже есть лестницы, подобные этим. Я упала с одной из них и чуть не умерла. Большую часть жизни пролежала в восстанавливающем сне. Это место напомнило мне то. Пожалуйста, пойдемте дальше, не хочу здесь больше находиться.
Кажется, звучало логично?
— Х-хорошо, — отозвался первый проводник, поднимая фонарь выше.
И Лаора медленно побрела вниз, свернула вправо — туда, где вместо грота чернел обвал, — и потом снова вниз. Шаг за шагом, шаг за шагом. Ничего особенного. С каждым вдохом разум немного прояснялся.
Она слышала шаги демона за своей спиной и боялась оглядываться.
Глава 29. Чужаки (Ирафзал)
Прежний вход в Глубину укрыли тщательнее обычного. Требовалось некоторое время, чтобы перенести проем, это была очень сложная и выматывающая работа и для строителей, и для помогавших потомков юе — и абсолютно необходимая. Мало того, что агрессивный чужак, тела которого в снегах так и не нашли, похоже, вернулся в свой мир, обладая точными знаниями о местоположении входа в Глубину, так еще и сам вход был разодран альвиарским черным герцогом.
Руэнцы работали в полную силу. Почти три десятка говорящих на тайном языке пытались скрыть последствия чудовищной силы удара, который альвиарец обрушил на ближайший к Разлому вход, еще десяток — постоянно поддерживал съедаемую холодом и местным истощающим воздухом завесу.
Друг Лаоры тоже старался помогать, но толку от него было немного. Если честно, Ирафзал, руководивший строительством нового ответвления лестницы, взял его с собой из сочувствия: парень маялся, не находя себе дела. Похоже, он боялся за свою подругу. Тут Арно хотя бы вплетал свои заговоры в общий пласт, это истощало его, и ему удавалось хоть как-то отвлечься.
К тому же, закаляющее воздействие хлада шло молодому стражу на пользу. Закаливалось не столько тело, сколько мысль: здесь, наверху, Арно был вынужден постоянно держать концентрацию, чтобы теплый полог продолжал укрывать открытую кожу, несмотря на творение другого сложного заговора. Когда он сбивался и обжигался холодом, тут же снова брал себя в руки.
На щеках Арно краснели следы таких временных провалов — врачевательница Юдалла исцелит их позже, а пока боль будет отрезвлять его.
Сейчас парень позволил себе небольшой перерыв: он сидел на наспех созданном воздушном блоке и с аппетитом уминал лепешку с маслом, бобовым соусом и тонкими полосками свиного мяса — редкое и очень вкусное блюдо, положенное строителям и всем, кто работал наверху.
По пути к Арно Ирафзал прошел сквозь плохо слепленную молодыми стражами завесу истины — ей положено было разрушать иллюзии и сокращать до минимума прочие маскировки, а у неопытных ребят получилось что-то совсем другое. Ирафзал жестом подозвал более умелого защитника Глубины — и тот тут же принялся объяснять парням, в чем они ошиблись.
.
— Как ты справляешься, страж? — хлопнул Ирафзал парня по плечу. — Измотался?
— Нормально, — улыбнулся Арно. Он по-простому протянул Ирафзалу свой обед: — Будешь?
— Тут ровно столько, сколько нужно, чтобы поддержать твои силы, — покачал головой строитель, отмечая, что из стража может выйти толк. — Я хотел расспросить тебя кое о чем.
— Готов ко всему, — отрапортовал Арно, с новым рвением принявшийся за перекус.
— Я понимаю, что это не мое дело, — с сомнением начал Ирафзал. — Черного герцога оценит князь. И он же решит, заключать ли союз. И все же что-то не дает мне покоя. Я видел, как Лаора уходила вниз с ним. Она нервничала.
Жующий страж напрягся — и это совсем не понравилось Ирафзалу.
— Лаора его побаивается, — наконец, отозвался Арно. — Да что там, его все побаиваются. Он очень сильный маг. И потом, у него в нашем мире много власти.
— Ты говорил с посланниками?
— Да.
— Ты не можешь сказать мне всего, да и не обязан, — вздохнул Ирафзал. — Но надеюсь, им ты передал то, о чем сейчас молчишь? Моему брату необходимо знать о черном герцоге все.
Арно наклонился к строителю ближе:
— Лаора ему все расскажет. Мы решили, что так вернее. Одно могу сказать вам: Каидан, легко победивший ваших стражей, по сравнению с черным герцогом — мышка на фоне волкодава. — И тут же спохватился, решив, что Ирафзал не помнит о животных зеленой поры: — То есть совсем мелкий и слабый.
— Почему он пришел лично? Не послал слуг?
— Ну как… — замялся парень. — Каидан — его слуга.
Повисла тишина.
— Чужак-убийца — слуга пришедшего договариваться о мире?! — пораженно уточнил Ирафзал. — Хоть это ты передал князю?! Так вот почему тела не нашли! Он отпустил своего слугу!
— Лаора об этом расскажет, — повторил Арно.
— Так, парень, никакого «Лаора расскажет», — отрезал Ирафзал. — Во что вы тут вздумали играть, подвергая мой народ опасности? А я смотрю, как летучая мышь, жмешься!.. Немедленно выкладывай все, я отправлю к князю самого быстрого гонца, он обгонит их! Сейчас же!
— Я… — неуверенно отступил Арно. — Мне не следовало и это говорить…
— Так ты платишь руэнцам, пригревшим вас и рискующих ради вас?! Арноал, каждая минута на счету! Дераал, — крикнул он одному из тоже присевших отдохнуть строителей. — Быстро гонца ко мне! И Юдаллу!
— Понял, — мигом рванулся к проему тот.
Ирафзал еле держался, чтобы не ударить молодого стража по лицу. Опасность, раньше только призраком вившаяся в сознании, обрела плоть и вес. Но куда страшнее был другой вопрос, который Ирафзал и вовсе боялся себе задавать: как так получилось, что опытнейшие стражи, никого не пускавшие извне и невероятно тщательно обычно проверявшие каждого пришедшего, так быстро, ничего не выясняя, расписались князю, что Седаар Карион безопасен?!
Почему он сам, как самый высокопоставленный на шестом уровне, не проверил Седаара Кариона или хотя бы не поговорил с ним?!
Назойливая, как мушка, тревожная мысль все время уходила от осознания. Что-то было не так. Ведь именно он, Ирафзал, тоже поручился брату, что альвиарец пришел с миром. Но когда? Если они даже не разговаривали...
Он недавно напился в одиночестве. Одиночестве ли?!
Оглушенный внезапной головной болью, Ирафзал осел на землю. Арно успел подхватить его, и мужчина не упал, а просто мягко опустился на твердый и колючий снег. Перед его мысленным взором горели золотые глаза врага, уши наполнял вкрадчивый шепот, звучащий громче вопля:
«Так пляшет пламя».
— Князя нужно предупредить, — в отчаянии выдохнул строитель. — Где же этот проклятый гонец?! Надо послать стражей, пусть перехватят черного герцога на пути… Демон уничтожит нас… Враг в Глубине…
Со всех сторон к ним бежали люди, увидевшие, что Ирафзалу плохо. Они что-то говорили, но строитель вслушался не сразу. Несколько невероятно долгих мгновений потребовалось ему, чтобы совладать с раскалывающимся черепом и поймать, наконец, за хвост ускользающую мысль:
— Враг в Глубине! — повторил он во весь голос, и руэнцы в ужасе отшатнулись.
Каждый сейчас думал об одном: эту словесную формулу использовали лишь в одном случае и лишь если не было и малейших сомнений. Выкрикнутое строителем взрывной волной разнеслось по замершей от ужаса толпе — а затем руэнцы, не занятые поддержанием завесы, ринулись ко входу.
Ирафзал же повернулся к Арно. Парень следил за происходящим с перекошенным лицом, не понимая, что своим безрассудством они с пришлой девчонкой обрекли на смерть тысячи людей. Ирафзал без жалости ударил парня воздушным плетением, и тот повалился на снег — ему и в голову не пришло защищаться.
— Сковать, в темницу, и чтобы ни одна душа не знала об этом, — отчеканил Ирафзал подхватившим Арно воинам. — И главного стража и знающих пути на поверхность.
