— Рус… Руслан!
Кровь стучала в висках, поэтому он не сразу услышал Олю.
— М-м?
Растрепанная, с блестящими глазами и искусанными губами, она была не просто красива, а чертовски соблазнительна.
— Хочу тебя… Внутри хочу!
Едва дождавшись, когда Руслан надел презерватив, Оля толкнула его на спину и оседлала, прижавшись промежностью к члену.
— Оля… — простонал Руслан.
— Не ной, сейчас.
Рваное дыхание мешало говорить. Руслана тряхнуло, когда Оля накрыла ствол члена ладонью, в глазах потемнело, едва головка уперлась в мягкие половые губы. Он не выдержал, поддал бедрами, проникая глубже.
— Лежи смирно! Руки за голову!
Оля шлепнула его по бедру и опустила таз, насаживаясь на член.
Все еще узкая, тесная… Руслан закрыл глаза, подчиняясь, наслаждаясь каждым движением. Вверх-вниз… Прохладная свобода и горячий плен…
Необходимость сдерживаться добавляла остроты ощущениям. Он опять летел, но не в трансе, а в эйфории, приближаясь к оргазму. Вспыхнули фейерверки, уши заложило ватой…
— Оль… — хрипло позвал Руслан, очнувшись.
Сверху завозились, теплые губы коснулись щеки.
— Оль, ты…
Язык не поворачивался спросить, кончила ли она. Странно… Что тут такого? Стыдно, что только он ловит сегодня кайф?
— Да, — ответила она. — И я тоже, одновременно с тобой.
Трындец, как страшно! Ведьмочка научилась читать его мысли.
Руслан шевельнулся и замер: член до сих пор сжимали мышцы влагалища. Возбуждение снова накатило волной, как будто не он только что бурно кончил. Такое с ним случилось впервые.
— О-о… — протянула Оля, округляя глаза. И хихикнула: — Продолжим?
Руслан отчего-то смутился, но плавно двинул бедрами, совершая фрикцию.
— Нет, погоди, — остановила его Оля. — Ноги раздвинь.
Она сняла презерватив, отбросила его в сторону и, устроившись между ног, наклонилась к члену. Ее пальчики обхватили его у основания, губы коснулись головки.
— Оль, ты чего… — дернулся Руслан. — Не надо.
— Не хочешь минет? — удивилась она.
И, кажется, расстроилась.
— Смеешься? Конечно, хочу. Но…
— Я не умею?
— Да не в этом дело…
Он не знал, как объяснить, и этим лишь сильнее обижал Олю. Как сказать, что ей по статусу… не положено?
— Ты дурак, Рус, — произнесла она неожиданно. — Ты — для моего удовольствия. И если я хочу попробовать тебя на вкус, меня это никак не унижает.
Он обессиленно откинулся на подушку. У него потрясающее умение все портить!
— Но я действительно не умею, — продолжила Оля. — И буду рада, если ты меня поддержишь.
«Не умею». Ха! Руслан был уверен, что и зажимы на член она сегодня надевала впервые. Олино «не умею» — это «дайте попробовать на практике то, что я вызубрила в теории». Он тихо застонал, когда ее язычок коснулся нежной кожи под мошонкой, пощекотал яички, облизал головку. Оля подула на нее, заставляя Руслана вцепиться пальцами в простыню. И обхватила член губами, посасывая его, как леденец.
Если бы она знала, каких усилий ему стоило не толкнуться глубже, в глотку! Ведьмочка… Только цвет волос подкачал.
Блаженство приятными волнами растекалось по телу, и вскоре сладкая судорога свела пах, в глазах опять запрыгали звездочки.
— Оля, я тебя люблю, — прошептал Руслан, когда она улеглась рядом.
— Ты мой, никогда не забывай об этом, — промурлыкала она, довольно жмурясь. — Я тоже тебя люблю. Если захочешь отдать мне ошейник, я приму его.
В груди защемило. Воистину, дурак! Совсем о нем забыл. С этого надо было начать, едва они пришли в клуб.
— Но потом выброшу, — продолжила Оля. — Потому что не хочу надевать его на тебя.
— Почему не хочешь? — все же спросил Руслан.
— Без него ты красивее, — ухмыльнулась она. — Я подарю тебе кое-что другое.
— Что же?
— Любопытно?
— Ага.
— Хочешь узнать? — продолжала дразнить она.
— Хочу. — Он поймал ее руку и поцеловал ладонь.
— Тогда женись на мне.
Оля одарила его лукавым взглядом, и Руслан рассмеялся, крепко сжимая ее в объятиях.
Эпилог
Ольга
— Согласна ли невеста?
— Да, — отвечаю я на вопрос регистратора.
— Согласен ли жених?
Руслан смотрит на меня широко распахнутыми глазами… и молчит. На ногу ему наступить, что ли? Как увидел сегодня, так и впал в транс. Только таращится, как совенок. Подумаешь, волосы перекрасила!
— Жених, вы согласны? — повторяет слегка растерявшийся регистратор.
— Передумал жениться? — интересуюсь я едва слышно.
— А? — отмирает Руслан. — Нет. То есть, да! Я согласен.
Убью паршивца. Нет, выпорю. Прямо в первую брачную ночь. «Нет», «да»… Издевается! Перед гостями стыдно. Как будто он, и правда, сомневается.
Мы ставим подписи в регистрационной книге, обмениваемся кольцами. И, наконец, целуемся. Мы женаты? Ура!
Я предлагала перенести свадьбу. Предлагала пожить так, без штампа в паспорте, но Руслан об этом и слышать не желал. Дед тоже пытался его отговорить, у него свои аргументы.
— За такой короткий срок нормальную свадьбу не организовать, — заявил Коста Асланович.
В его понимании «нормальная» — это выездная регистрация, банкетный зал, гостей человек триста, дизайнерское платье… и далее по списку. Тут я согласна с Русланом, нам не нужен такой пафос. Деду пришлось смириться, потому что Руслана даже я не могу переспорить, если он что-то решил и уверен в своей правоте.
Скромный банкет Коста Асланович все же организовал, отвел душу, и платье у меня эксклюзивное. Но я его не покупала, взяла напрокат. Просто повезло: участвовала в фотосессии для модного журнала, брякнула, что выхожу замуж, и мне предложили «выгулять» свадебный наряд начинающего дизайнера. Все же в работе модели есть свои плюсы.
А вот гостей у нас немного — только самые близкие и родные. В свидетельницы я пригласила Эйру, а Руслан — приятеля из универа. Вообще, как выяснилось, у Руса есть друзья, которых он бессовестно забросил, связавшись со мной. Он познакомил меня с ними, но на свадьбу всю компанию не пригласил. Подозреваю, из-за того, что подруг у меня нет. Не считая свидетелей, со стороны Руслана двое гостей — мама и дед. И с моей двое — дедушка и бабушка.
Мама не пришла, хоть я ее и приглашала. Хочется верить, что постеснялась появляться на свадьбе из-за того, что сделала, а не потому что возненавидела дочь. Жить с таким грузом на сердце тяжело.
Я была права, никаких долгов у нее нет. Коста Асланович рассказал, что после развода мама получила от отца приличную сумму, с условием, что позаботиться и обо мне. Денег хватило на переезд в Россию, на квартиру… и на все остальное тоже. А еще мама влюбилась в какого-то альфонса, изменив собственным принципам. То есть, не она тянула из кого-то деньги, а из нее тянули. Так что «наследство дедули» пришлось весьма кстати, и меня легко принесли в жертву «великой любви».
Какое счастье, что никакого наследства нет! Но из испытания я вышла победительницей. Во-первых, заполучила лучшего мужчину на свете. Во-вторых, нашла работу по душе. В-третьих, узнала о существовании родственников.
Бабушку и дедушку разыскал Руслан. Уверена, не без помощи деда. О маме Марина рассказала правду, но о семье солгала. Когда-то мои родственники жили в деревне, оттуда мама и сбежала, выкрав у родителей деньги, отложенные на покупку дома для старшего брата. Потому его жена и возненавидела золовку. Бабушка с дедушкой, здоровые и полные сил, не отчаялись, руки не сложили — продолжали работать. Дядя развелся, женился второй раз. Думаю, мать Марины винила мою мать во всех своих бедах, оттого сестра и выросла такой злобной. А бабушка с дедушкой обрадовались, когда Руслан сказал им, что я в Москве.
Он привез их в нашу квартиру — сюрпризом. И, конечно же, у меня не осталось сомнений, что я — желанная внучка, и меня, впрочем, как и маму, никто не проклинал.
Сейчас бабушка и дедушка на пенсии и живут в Москве, в своей квартире. А дядя с семьей — в Калининграде. Мы разговаривали по видеосвязи, и он пригласил нас с Русланом в гости, но на свадьбу прилететь не смог.
