Красивые губы тронула улыбка.
– Вы, разумеется, хотите сказать о намерении наслаждаться обществом будущих жен, не так ли? Кроме того, должен заметить, что далеко не все подруги перешли в это качество против собственной воли. – Здесь последовал красноречивый взгляд в сторону пышного бюста Куини. – Некоторые просто счастливы.
На лице Сары в этот момент появилось поистине бесценное выражение. Гидеон готов был поспорить на собственный корабль: англичанка бешено ревновала, хотя, конечно, ни за что не призналась бы в этом даже самой себе.
Мисс Уиллис гордо вздернула подбородок и высокомерно произнесла:
– К сожалению, некоторым из моих подопечных не хватает чувства собственного достоинства. Но о них даже говорить не стоит. Пусть держат ответ перед собственной совестью.
Куини вспыхнула:
– Ах ты, суч...
– Замолчи, Куини! – резко оборвал ее капитан и убрал руку с пухлого белого плеча. – Почему бы тебе не присоединиться к остальным? Мне необходимо поговорить с мисс Уиллис без свидетелей.
– Как прикажешь, начальник. С удовольствием посмотрю, действительно ли постели на суше так же удобны, как и на корабле.
Осчастливив капитана откровенно призывным взглядом, девица направилась к сходням.
Гидеон взглянул на Сару и не смог удержаться от смеха: на лице защитницы прав женщин застыло выражение, которое вполне можно было бы назвать кровожадным.
– Она вам крайне несимпатична, не правда ли?
Поправив разметавшиеся на ветру волосы, мисс Уиллис повернулась, собираясь уйти.
– Право, не испытываю к этой особе никаких чувств. А теперь, капитан Хорн, если позволите...
Договорить Сара не успела. Гидеон сжал ее руку и пошел рядом.
– Неужели вам не любопытно услышать мои впечатления от ночного свидания с Куини?
– Нисколько! – мгновенно вспыхнула Сара. – Отпустите меня!
Однако капитан и не думал уступать. Больше того, он нежно обнял учительницу за талию и, склонившись, зашептал, словно змей-искуситель:
– Неужели не хочется узнать, что мы делали вместе? Целовал ли я ее так же, как целовал тебя? Ласкал ли грудь, и...
– Замолчите. – Сару била дрожь. – Сейчас же прекратите эти безобразные разговоры!
Миловидное личико выглядело таким несчастным, что сердце Гидеона дрогнуло: ну за что он так мучает малышку?
– На самом деле я к ней даже не прикоснулся. – Признание сорвалось с губ само собой. – Ни разу не поцеловал и отправил к Барнаби.
Сара долго молчала, потом наконец тихо проговорила:
– Я... мне совершенно безразлично, что вы с ней делали.
Впрочем, проницательный капитан услышал в ее голосе облегчение и сразу понял, что гордая мисс выдает желаемое за действительное.
– Я мечтал о вас, – негромко продолжал он. – Только вы нужны мне, и я любой ценой добьюсь своего.
В словах не было ни капли фантазии. Прошлая ночь действительно показала, что капитан Хорн не желает видеть в своих объятиях никого, кроме этой миниатюрной англичанки с удивительными зелеными глазами и пышными волосами неповторимого медово-бронзового цвета. Чтобы избавиться от наваждения, ему необходимо хотя бы раз познать сладость ее любви.
– Но это... невозможно. Вы не сможете мной обладать, – возразила Сара. – Ведь я... я помолвлена с другим...
– Это не имеет значения.
Всю долгую бессонную ночь Хорн предавался размышлениям и к рассвету принял нелегкое решение: он непременно должен любым способом увести невесту прямо из-под носа счастливчика Харгрейвза.
– Вы созданы для меня, а не для него. И в один прекрасный день вам придется это признать.
Глава 13
О, как быстро приходит конец свободе женщины.
Фанни Берни, английская романистка. Юношеские путешествия и письма Фанни Берни
После двух часов скитаний по живописному побережью острова Атлантис Саре скрепя сердце пришлось признать, что остров достоин восхищение. Ноги утопали в мельчайшем белом песке, больше всего напоминавшем мраморную пыль. Напоенный ароматами воздух поражал своей свежестью.
А краски! Нежно-розовые и сияющие ярко-желтые искры то и дело пронзали густые лесные заросли старинных ив и вечных дубов. Барнаби пояснил, что хотя остров и располагался в тропических широтах, постоянные пассаты и холодные течения южной Атлантики поддерживали температуру в умеренных границах. Такие условия позволяли апельсиновым и лимонным рощам мирно уживаться в непосредственном соседстве с финиковыми пальмами и бамбуком. По словам первого помощника, зимние холода практически не давали себя знать, а лето не изнуряло ни жарой, ни засухой.
Флора на острове буйно процветала, но как же насчет богатства фауны? Пока что Саре удалось заметить вдалеке лишь мирно пасущихся диких коз и непуганых кроликов. По пляжу медленно, важно расхаживали огромные морские черепахи, а из густых зарослей высоких цветущих кустарников то и дело вспархивали куропатки и фазаны. Сара задумалась, принадлежала ли вся эта живность острову изначально или когда-то давным-давно ее завезли сюда другие колонисты, со временем отказавшиеся от мысли построить на восхитительном кусочке суши свой собственный мир. Что же сделало этот маленький островок истинным раем, старательно спрятанным в океанских просторах?
Впрочем, существовала и иная часть острова – та высохшая коричневая пустыня, которая первой открылась взору. Сара спросила Барнаби, что бы мог означать разительный контраст, и тот объяснил, что необычный диссонанс стал результатом странного природного явления: те же самые пассаты, которые смягчали климат острова, до основания высушили ту его часть, которая постоянно подвергалась их воздействию. А поскольку неприглядная часть острова как раз и выходила на пролегающий мимо торговый маршрут, никто из мореплавателей ни разу не заинтересовался мрачным, непривлекательным нагромождением камней. Капитаны не верили, что среди песка, булыжников и сухой травы можно найти воду, а тем более продовольствие.
Остров Атлантис напоминал скрытые от посторонних глаз сады Эдема – никому не удавалось его разыскать. А Гидеону удалось. Именно ему посчастливилось по достоинству оценить затерянный среди волн чудесный клочок суши.
Сара украдкой взглянула в ту сторону, где стоял пират. Сейчас на нем не было даже неизменной безрукавки, только кожаные брюки с широким ремнем, на котором висела длинная сабля. Встав на цыпочки, он дотянулся левой рукой до тяжелой кисти ярко-желтых фруктов. Росли они на какой-то странной пальме с плоскими глянцевыми темно-зелеными листьями. Эти необычные фрукты пираты называли бананами. Правой рукой капитан ловко вытащил из ножен саблю и одним движением отсек соблазнительную гроздь.
