class="p1">Уля сделала несмелый шаг вперед. И еще один. Качнулась, словно была на шпильках, и вышла из лифта.
Над позвоночником и по рукам пробежали мурашки. Там, откуда она вернулась, было гораздо холоднее, но, может, не стоило все-таки выбегать из офиса в одной блузке. У нее ведь была припрятана в шкафу специальная офисная кофта для экстренных случаев.
Уля мотнула головой, расправила плечи и вдохнула полной грудью.
Акулина была права.
Конечно, Улю могли и обмануть. Усыпить бдительность, позволить поверить, что всё в порядке, все вернулось на круги своя, а через несколько недель Уля услышит мерный шум механизмов, откроет глаза и окажется в лифте, среди гор зеркальных осколков, под мигающим светом ее нового солнца… Уля содрогнулась, и в этом уже была виновата совсем не прохлада фойе.
Любая древняя история расскажет тебе, что лучше не оглядываться в самом конце. Если убегаешь от опасности, это лишь усилит твой страх и украдет драгоценные секунды. Если хочешь замедлить врага, ничего из данных тебе волшебных даров – ни гребень, ни веточка, ни драконьи зубы – не сработает. Если хочешь вернуть мертвую возлюбленную – порыв оглянуться взвесит силу твоего доверия.
Где-то справа от нее сотрудница ответила на звонок приветливым щебетом, одновременно так похожим и так не похожим на интонации Геллы. Хотя та ведь только училась? Насколько помнила Уля, получалось у нее неплохо. Уля и сама была бы не против поучиться разговорам по телефону. Когда-нибудь. И желательно не в Ателье.
Акулина сказала, что не работает на них. Не работает, но наверняка видится с кем-то из сотрудников. А она так ловко управлялась с иголкой…
Уля знала, что лучше не оглядываться, и все равно оглянулась. Лифт сиял новизной и хромом. Зеркало отражало пол и часть фойе – как следствие, и часть Ули тоже, ее покореженные лодочки и порванные колготки. Лампочки радостно светили, целые и невредимые.
– Позвольте, – произнесли под самым ухом Ули, и она подвинулась, пропуская вперед загорелого мужчину в костюме, с аккуратной седеющей бородкой, портфелем и галстуком с комиксными страницами. Она будто в трансе наблюдала, как мужчина ищет взглядом нужную кнопку, тщательно на нее давит – и как его глаза вдруг расширяются.
«Он уже знает, что его ждет, – с ужасом поняла Уля. – Я должна это остановить».
Они положили ладони на створки одновременно: он на правую, она на левую.
– Вам…
– С вами все в порядке?
Мужчина нахмурился, переводя обеспокоенный взгляд с Улиных глаз куда-то ниже. Уля склонила голову: на ее блузке все еще красовалось наполовину застывшее кровавое пятно.
– О, пф-ф-ф-ф, – Уля замялась, фыркнула и махнула рукой. – Кровь из носа. Недоглядела. Я в порядке.
Уля была не в порядке, и незнакомец, будто почувствовав это или заметив по одной ее позе, – кто знает; кто только не появлялся в этих стенах, – переспросил.
– Точно ничем не могу помочь?
Уля улыбнулась:
– Спасибо, но нет.
Еще мгновение они смотрели друг на друга, а потом Уля поспешно проговорила:
– Хотя…
Незнакомец поставил перед створкой ногу. Так тоже делать не стоило.
– Хотя я бы на вашем месте поднялась по лестнице.
Мужчина чуть склонил голову в раздумьях.
– Я постоянно застревала! Думала, совсем не доеду! Вот и беспорядок такой огромный получился… – пробормотала Уля и стрельнула глазами на кровавое пятно.
Мужчина подумал еще немного и вышел из лифта.
– Пожалуй, стоит тогда кому-нибудь об этом сказать. И спасибо, иногда стоит лишний раз размять ноги. Берегите себя!
Он исчез за пластиковыми дверьми, ведущими к лестнице. Уля проводила его взглядом и снова уставилась на лифт. Он больше не казался ей таким уж страшным и вечным. Но она, пожалуй, тоже теперь будет чаще разминать ноги.
Уля еще мгновение смотрела на поручень и металл каркаса, залитый электрическим светом, а потом сделала шаг назад.
Двери закрылись. Лифт поехал вверх.
– Вот, возьмите!
Уля даже не заметила, что одна из девушек вышла из-за стойки и теперь стоит рядом, протягивая упаковку влажных салфеток.
– Спасибо. – Уля схватила салфетки из вежливости, блузку было уже не спасти.
– Присядьте пока тут; Яша говорит, у него в подсобке рубашка есть! Насчет лифта мы уже сообщили! – Девушка опустила взгляд. – А вот с колготками могу помочь я!
Она унеслась обратно за стойку, а Уля присела на краешек дивана, между кулером и огромным цветком в кадке. Окинула взглядом его раскидистые ветви и подумала, что он неплохо бы смотрелся в каком-нибудь доисторическом пейзаже.
Циферблаты над пустой стойкой – ну и переполох Уля устроила, всех сорвала с рабочих мест! – показывали местное время и время в еще нескольких часовых поясах. Но в этом не было никакой необходимости: прямо здесь одновременно сосредоточилось все время на свете. Уля видела его сама.
С ее места все теперь казалось слишком четким, слишком реальным – как когда телевидение перевели на цифровое вещание и дешевые вещи стали выглядеть дешевыми, а не винтажными. Фильмы теперь казались менее фантастичными и далекими, ужасы – менее страшными. Как с видеокассетами: записанные на них страшилки с обрезанными узкоформатными краями и дефектами пленки казались древними артефактами. Чем четче ты видишь монстра, тем он более понятен. Тем лучше ты можешь его объяснить.
Уля сомневалась, что о маяках, помехах и щупальцах ей расскажут на каком-нибудь семинаре по Кройке и Шитью (оба, конечно, с большой буквы). Впрочем…
– Возьмите! – Девушка вернулась с упаковкой новеньких телесных колготок. К счастью, плотных и вполне по размеру.
Уля смущенно их приняла.
– Спасибо.
– Да ничего, главное, с блузкой разобраться… и с лифтом, – девушка обернулась на закрытые створки, а потом куда-то за стойку. – Яша, ну где ты там?
Лифт молчал во всем своем бесшумном офисном великолепии. И наверняка он уже поймал кого-нибудь наверху. В животе Ули что-то перевернулось. Она представила, как случайный бедолага с шестого этажа забегает в кабину, уткнувшись в телефон, а через несколько минут осознаёт, что двери должны бы уже открыться.
Девушка с ресепшена снова появилась в поле зрения Ули, хотя перед глазами у нее все расплывалось. Все, кроме бейджика с именем.
Яна. Яна и Яша, надо же. Уля не могла толком вздохнуть, но все равно подавилась смешком.
Яна захлопотала:
– Я возьму вашу, кружку, а? Воды налью? Вы дышите только!
Уля выпустила кружку из рук и только потом поняла, что наделала. Чертова помеха! Она все еще там? Как она поведет себя здесь, вне лифта, на свободе?
Уля подскочила, готовая в любой момент увидеть под потолком появляющиеся прямо из воздуха зеленоватые маяки. Яна испуганно отпрянула, когда Уля
