Маркус посмотрел на меня так, словно уже почти согласился, но потом напрягся.
– Это Адриан?
– Нет-нет. Это один дампир. Ему совершенно незачем сдавать тебя алхимикам, особенно если ты действительно помогаешь мороям. Ты сказал, что хорошо ко мне относишься? Тогда поверь мне, он не причинит вам хлопот. Он просто побудет там, чтобы я чувствовала себя спокойнее.
– Тебе нечего бояться нас, – заявил Маркус. – Мы не сделаем тебе ничего плохого!
– Мне хотелось бы верить тебе. Но я пока не могу сказать, что вы тоже нравитесь мне.
Маркус помолчал, затем расхохотался.
– Достаточно честно! Приводи своего друга. – Он пожал мне руку, как будто мы заключили важную сделку. – Я свяжусь с тобой позже и сообщу подробности. Ты не пожалеешь, Сидни. Клянусь.
Глава 11
Маркус отправился в свое нынешнее убежище, а я поехала домой. Его рассказ по-прежнему казался бредом. Я твердила себе, что все это просто не может быть правдой. Так с этим было гораздо проще управиться.
В Амбервуде меня встретила привычная вечерняя студенческая жизнь. Гул голосов действовал успокаивающе после моей шокирующей поездки – школа была так далека от фанатиков и заговоров! Стоило мне войти в свою комнату, как пискнул мобильник – пришла эсэмэска. Как оказалось, от Джилл. «Зайди к нам, когда вернешься». Я вздохнула. Ни сна, ни отдыха измученной душе. Я оставила сумку в комнате и спустилась на второй этаж, не представляя, что я там обнаружу.
Дверь открыла Джилл. Завидев меня, она облегченно выдохнула.
– Слава богу! У нас проблема.
– У нас всегда проблема, – сказала я. Переступив порог, я обнаружила, что Ангелина сидит прямо на полу, привалившись к стене, и вид у нее несчастный. – Что случилось?
Ангелина поспешно подняла голову.
– Я не виновата!
У меня заныло под ложечкой.
– Ты никогда не виновата. Что случилось?
Ангелина явно не собиралась отвечать, и в дело вступила Джилл.
– Она устроила Трею сотрясение учебником алгебры.
Не успела я толком осознать ее слова, как Ангелина вскочила.
– Врач сказал, что это не сотрясение!
– Подождите! – Я посмотрела на обоих, втайне надеясь, что они сейчас засмеются и сообщат, что разыграли меня. – Ты сделала что-то такое, от чего Трею понадобилась медицинская помощь?
– Да я к нему еле прикоснулась! – не унималась Ангелина.
Я села на кровать Джилл, и мне жутко захотелось тут же забраться под одеяло.
– Нет. Не может быть. Снова? Что сказал директор? О, господи! Куда мы тебя теперь денем?
После потасовки Ангелины с мотивационной группой нам ясно дали понять, что еще одна драка – и ее отчислят.
– Эдди взял вину на себя, – сообщила Джилл, слегка улыбнувшись. – Свидетелей было мало, и Эдди сказал, что они играли в библиотеке, кидали книгу друг другу. Он сказал, что допустил оплошность и бросил книгу слишком сильно… и та случайно попала Трею по голове.
Ангелина кивнула.
– Ну, примерно так и было на самом деле.
– Ничего подобного! – возмутилась Джилл. – Я все видела! Ты разозлилась, когда Трей сказал, что не так уж трудно понять, что икс всегда имеет разное значение.
– Он имел в виду, что я дура!
Я не думала, что идея переменной величины так уж сложна, но видела, что под бравадой Ангелины прячется смятение. Мне всегда казалось, что у хранителей Ангелина была королевой среди ровесников. Здесь же ей стоило больших усилий держаться на уровне, и в плане учебы, и в плане социальных навыков, искать свое место в мире, совершенно не похожем на тот, в котором она выросла. От такого кто хочешь начнет страдать неуверенностью в себе. И хотя я уточнила, действительно ли Трей назвал ее дурой, я понимала, что некоторые его язвительные комментарии вполне можно было воспринять подобным образом.
– Эдди что-нибудь грозит? – уточнила я. Я сомневалась, чтобы Эдди отчислили за подобное происшествие, но так уж нам повезло, что наказание Ангелины досталось ему.
– Домашний арест, – сообщила Джилл.
– Он принял его очень храбро, – добавила Ангелина.
– Не сомневаюсь, – сказала я. Интересно, Джилл с Ангелиной осознают, что выражение лица у них сейчас одинаково обожающее? – Послушай, Ангелина, я понимаю, что занятия с репетитором раздражают, но ты должна сдерживать вспыльчивость, ясно? Трей просто пытался тебе помочь.
Ангелина взглянула на меня скептически.
– Иногда он слишком уж задирает нос.
– Я понимаю, но другие не спешат заниматься с тобой. Ты нужна нам здесь. Нужна Джилл. Нужна Эдди. – При упоминании друзей и долга негодование Ангелины поутихло. – Пожалуйста, постарайся сработаться с Треем.
Ангелина нехотя кивнула, и я встала, собираясь уходить. Джилл вышла следом за мной в коридор.
– Сидни, как твоя прогулка с Маркусом?
– Нормально, – ответила я, стараясь не вспоминать тревожащие откровения Маркуса. – Информативно. И еще я научилась играть в скибол.
Джилл выглядела почти что оскорбленной.
– Вы играли в скибол? Я думала, ты собиралась разузнать про тайную историю алхимиков!
– Мы многозадачные, – сказала я. Мне не понравился ее тон.
Я поспешила уйти, пока Джилл еще что-нибудь не добавила, а добравшись до своей комнаты, написала Эдди. «Услышала о происшествии. Сожалею. И спасибо». Ответ последовал незамедлительно. «Хорошо, что не сотрясение».
На следующий день, собравшись на встречу с Адрианом, я приготовилась к саркастическим замечаниям. Джилл наверняка рассказала ему о моем визите в галерею игровых автоматов, а это как пить дать повлечет за собой комментарии в духе: «Приятно знать, что ты так рвешься разгадать тайны алхимиков. Лови мяч, пока горяч!»
Когда я добралась до Адриана, он уже ждал меня на улице. Стоило увидеть его мрачное лицо, как у меня упало сердце. Я выскочила из машины, притормозив лишь на секунду, чтобы схватить ключи.
– Что случилось? – крикнула я, припустив к нему.
Адриан положил руку мне на плечо, но я была слишком встревожена, чтобы беспокоиться из-за прикосновений.
– Сидни, только пожалуйста, не впадай в буйство. Все исправимо.
Я оглядела его.
– Что с тобой? Тебе больно?
На мгновение мрачное выражение сменилось озадаченностью, а потом до Адриана дошло.
– Ты что, думаешь, я про себя? Нет, я в порядке. Пойдем.
Он повел меня вокруг дома, на парковку. Я застыла как вкопанная. При виде ужасной картины у меня отвалилась челюсть. Рядом с парковкой толклась еще пара местных жителей, стоящий неподалеку полицейский что-то писал в блокноте. А у семерых машин были порезаны шины.
В том числе и у «Мустанга».
– Нет!
Я бросилась к автомобилю, присела и осмотрела повреждения. У меня было такое чувство, словно я на поле боя опустилась рядом с упавшим товарищем. Впору было кричать: «Ты не умрешь! Я не позволю!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
