Читаем без скачивания Наследница - Кира Касс

– Сэр Кайл, вы прожили во дворце всю свою сознательную жизнь, – успел перейти к следующему участнику Гаврил. – Как, на ваш взгляд, изменится ваша жизнь, когда вы станете принцем?

– Что ж, мне определенно придется уделять больше внимания личной гигиене.

– Фу! – Я сконфуженно прикрыла рот рукой, хотя меня душил смех.

– Ух ты! Кажется, кое-кто из присутствующих здесь с этим согласен.

Сидевший за Кайлом мой финский друг Генри с некоторым опозданием присоединился к общему веселью. Что ж тут поделать? Трудности перевода. И как и следовало ожидать, Генри стал следующим объектом внимания Гаврила.

– Сэр Генри, если не ошибаюсь? – (Генри кивнул, в глазах у него застыл неподдельный ужас.) – А что вы имеете сказать по этому поводу? Какова, по-вашему, главная задача будущего принца?

Генри, из всех сил пытаясь не выдать своего страха, наклонился к Эрику. И кивнул, когда понял вопрос:

– О, да-да. Принс должен стать для принсессы… э-э-э…

Я резко поднялась с места. Терпеть подобное издевательство было выше моих сил.

– Генри! – Я помахала ему, чтобы он сел рядом со мной, и тем самым вызвала на себя перекрестный огонь чужих взглядов. А когда Генри неуверенно поднялся, добавила: – Эрик! И ты тоже.

Генри терпеливо ждал, пока его друг обойдет сцену. Эрик заметно нервничал, он не привык быть в центре внимания, но Генри что-то с улыбкой пробормотал, и Эрик сразу расслабился.

Я взяла Генри за руку, а Эрик, встав сзади, снова ушел в тень.

– Гаврил, сэр Генри вырос в Свендее. Поскольку его родной язык финский, ему требуется переводчик. – Я показала на Эрика, который быстро поклонился и снова спрятался в темноте. – Не сомневаюсь, что Генри будет счастлив ответить на ваш вопрос, но, чтобы дело пошло быстрее, Эрик должен выйти на авансцену.

Генри с неизменной улыбкой выслушал перевод Эрика, а затем благодарно сжал мою руку, тем самым вызвав у меня странный прилив гордости.

Сделав короткую паузу, чтобы собраться с мыслями, Генри начал отвечать на вопрос. Я видела, как он тщательно взвешивает каждое слово. И несмотря на непривычный для него формат беседы, говорил он очень решительно. И когда он закончил свою речь, все взгляды обратились на Эрика.

– Он говорит, что будущему принцу необходимо помнить о том, что ему предстоит исполнять не одну роль, а сразу несколько. Мужа, советника, друга и так далее. Принц должен быть готов прилежно учиться и работать не покладая рук, то есть брать пример с ее высочества, а кроме того, забыть о своем эго и стараться услужить принцессе. – Эрик заложил руки за спину, пытаясь вспомнить последние слова Генри. – Тяжкое бремя ответственности, которое она на себе несет, не всякому мужчине под силу, и поэтому он должен быть готов, в случае необходимости, стать для нее придворным шутом.

Когда Эрик закончил, на лице Генри появилась счастливая улыбка. Зал буквально взорвался аплодисментами, а я встала на цыпочки и шепнула на ухо Генри:

– Хорошо, хорошо.

– Хорошо, хорошо? – просиял он, и я одобрительно кивнула.

– Ваше высочество, но это вносит определенные сложности в процесс Отбора, – поцокал языком Гаврил. – Как вам удается преодолеть языковой барьер?

– На данный момент с помощью двух вещей: терпения и Эрика.

По залу пробежал сдержанный смешок.

– Но как такое может быть? Ведь бывают моменты, когда присутствие переводчика не слишком желательно.

И тут впервые на моей памяти мне отчаянно захотелось запустить в Гаврила Фадея стулом.

– Естественно. Но в жизни случаются вещи и похуже языкового барьера.

– Не могли бы вы привести парочку примеров?

Я знаком велела Генри с Эриком вернуться на место. На прощание Генри послал мне очередную нежную улыбку, и я вдруг почувствовала прилив вдохновения.

– Ну, раз уж мы начали с Генри, я постараюсь объяснить на его примере. Да, нам приходится прилагать определенные усилия, чтобы поддерживать нормальное общение, но должна заметить, что у Генри неисчерпаемые запасы доброты. Кстати, в отличие от Джека и Бурка, которые говорили на безупречном английском, но вели себя по-хамски.

– Мы наслышаны о драке, что затеял Бурк. Разрешите мне выразить вам свою радость по поводу того, что вы не пострадали.

Да, я осталась целой и невредимой. А вот насчет того, что не пострадала, – еще вопрос. Однако эта тема не для всеобщего обсуждения.

– Они, скорее, исключение из общего правила. У нас много достойных кандидатов, которыми я искренне горжусь.

– Неужели? Тогда продолжайте. Не хочется прерывать ваш рассказ!

Улыбнувшись, я покосилась на сидевших на сцене парней:

– У сэра Хейла невероятный вкус. Он работает портным. И я не удивлюсь, если в один прекрасный день все жители Иллеа станут носить разработанные им модели одежды.

– Мне нравится ваше платье! – выкрикнул с места Хейл.

– Мой собственный дизайн! – радостно откликнулась я.

– Само совершенство.

– Вот видите, – повернулась я к Гаврилу. – Я ведь говорила, что у него отменный вкус. – Затем я снова обвела взглядом парней. – Ну и конечно, я уже говорила о музыкальных талантах сэра Бейдена, но не грех напомнить о них еще раз. Он очень одаренный. – (Бейден ответил мне коротким кивком, и даже если он по-прежнему злился на меня, то удачно это скрывал.) – Сэр Генри, как я недавно выяснила, просто фантастический кулинар. А хорошей кухней меня нелегко удивить, поскольку придворные повара одни из лучших в мире. Поэтому вы все смело можете мне завидовать. Таких вкусных вещей я еще в жизни не пробовала. – Студия заметно оживилась. Я увидела на мониторе папино лицо и поняла, что папа в восторге. – Сэр Фокс… Ну, он умеет находить достойный выход из любой ситуации. Некоторые из вас наверняка знают, какое это незаменимое качество. Отбор – испытание не для слабонервных, и тем не менее сэру Фоксу удалось проявлять себя с наилучшей стороны. Я рада, что он среди нас.

Мы с Фоксом заговорщицки переглянулись. Я заметила, что даже с шишкой на голове и подбитым глазом, кое-как замаскированным косметикой, он кажется вполне безвредным. Нет, все-таки хорошо, что я позволила ему остаться.

– Кто-нибудь еще? – поинтересовался Гаврил, и я вгляделась в лица парней. Как я могла забыть еще об одном?!

– Большинство людей искренне считают, будто я должна знать сэра Кайла как облупленного, потому что мы с ним выросли вместе. Но они заблуждаются. Благодаря Отбору мне удалось узнать то, о чем я и не подозревала. К своему удивлению, я обнаружила, что он весьма перспективный архитектор. И если нам понадобится построить второй дворец, я непременно обращусь к его услугам. – (По студии разнеслись томные вздохи. Надо же, как романтично, друзья детства – и вполне реальная любовь!) – Однако я смело могу подтвердить, что ему действительно не помешает заглянуть в отдел товаров личной гигиены, – под гомерический смех в студии добавила я.

– Что ж, судя по вашим словам, здесь собрались потрясающие молодые люди! – выкрикнул Гаврил, вызвав бурю аплодисментов.

– Это точно.

– Тогда, раз уж они произвели на вас неизгладимое впечатление, могу ли я полюбопытствовать: а не нашлось ли для кого-нибудь из них уголка в вашем сердце?

Я поймала себя на том, что задумчиво тереблю прядь волос.

– Ну, я не знаю.

– Да неужели? – (Нервно хихикнув, я опустила глаза. Нет, такое и в страшном сне не приснится.) – Это, случайно, не один из тех, о которых вы упоминали?

Я игриво шлепнула Гаврила по руке:

– Боже мой, Гаврил, какой вы несносный!

Гаврил добродушно рассмеялся, как и большинство зрителей, и я, обмахнувшись рукой, снова повернулась к нему:

– Честно говоря, мне неловко обсуждать свои сердечные дела на публике, но, надеюсь, в дальнейшем у меня будет для вас больше информации.

– Отличные новости, ваше высочество. С вашего позволения, я хочу присоединиться к жителям Иллеа и пожелать вам удачи в поисках спутника жизни.

– Большое вам спасибо, – кивнула я со скромным видом и покосилась на папу.

На папином лице были написаны удивление и надежда. Что несколько подсластило горькую пилюлю. Да, эксперимент давался мне нелегко, но это того стоило. Я видела, что даже самые скромные его успехи чудесным образом снимают тревоги с папиной души.

Однако на сегодняшний день с меня, пожалуй, достаточно.

Глава 27

– Плохо дело.

Я лежала, свернувшись калачиком, на кровати Арена, который тем временем рассказывал мне то, о чем категорически отказались говорить мама с папой.

– Просто скажи.

– Похоже, все начинается в беднейших провинциях. Тут уже не отдельные отряды мятежников, как во времена папиной и маминой молодости… Это больше напоминает восстание.

– Что ты имеешь в виду?

– Они сплачиваются для ликвидации монархии. Упразднение каст не принесло видимых результатов, и теперь жителям страны кажется, будто нас это не волнует.

– Не волнует?! – ошеломленно переспросила я. – Папа работает на износ, пытаясь решить проблему. А мне ради этого приходится встречаться невесть с кем!