момент могут войти, а я как-то не привык сверкать голым задом перед персоналом. Тем более, он у меня не настолько аппетитен, как твой.
— Ну-у-у, — задумчиво протянула я, удобно устраиваясь у него под боком. — Это смотря кто увидит. Для девочек твой зад будет предпочтительнее, поверь.
— Спи, чудо мое сероглазое! — меня чмокнули в макушку, обняли и замолчали.
А я лежала и все думала… думала… Никак не шел из головы тот первый взгляд Франы, брошенный на меня.
— Ве-е-ест… — решилась позвать я.
— М?
— Не спишь?
— Даже если бы спал, то уже нет, — ответил он. Я знала, что маг улыбается.
— Когда Кавецкая увидела меня в первый раз, она уже меня ненавидела.
— Ничего удивительного, — отозвался он.
— Нет, она не как геф охотника ненавидела, а как женщина, которая почувствовала соперницу.
— Я и говорю, ничего удивительного. Твой дар тогда еще не раскрылся, и вряд ли она почувствовала кровь чародеев.
— Но почему тогда ненавидела?
— Есть такая гипотеза, в которую я теперь верю, потому что почувствовал, и это случилось со мной, с нами, Ксень. Так вот, согласно этому предположению, существуют так называемые куцие души. В них словно чего-то не доложили, и создатель не закончил их формирование. Такой человек всегда что-то ищет, словно ему жизненно необходимо найти нечто важное. И теперь я понял, что куцая душа — это вовсе не душа, а всего лишь ее половинка. И ищет владелец ее вторую часть, порой всю жизнь ведет поиск. А потом, когда вдруг встречает, то в туже секунду понимает, что нашел. Половинки одной души стремятся друг другу, а люди не в силах сопротивляться этому притяжению, как бы отчаянно не старались.
— Красиво, — выдохнула я.
— Ты — моя половинка, без которой я не живу, а бреду во тьме, находясь в бесконечном поиске. Ты — мой свет и смысл. А Франа… Если она действительно на какую-то часть туррон, но не могла не почувствовать притяжение наших душ, что нарушало все планы гефов.
— Наверное, ты прав… — пробормотала я, уже почти уплывая в сон. — Но мне приятнее думать, что она просто тебя ревновала.
— Спи, моя коварная половинка… — ответил Вест, но, возможно, он и промолчал, а его ответ мне просто приснился.
Глава 14
Пробуждение оказалось еще приятнее. Не знала, что сон с любимым мужчиной чудесен и на узкой кровати. Даже если сон просто сон без всяких там инициаций даров. С Вестом было так… волшебно! Нет, ну их к турронам, магов этих! От волшебства в последнее время оскомина и несварение.
Спиной ощущала его тепло, душой — близость, а поясницей… Хотелось бы, чтобы это была любовь, а не утренняя эрекция, но я всегда была реалисткой. Поэтому потянулась, намеренно потершись об ту самую любовь, улыбнулась приглушенному стону и хрипло выдохнула:
— Привет!
И тут же оказалась распластанной под сильным тренированным телом мага.
— Доброе утро, — прошептал он и поцеловал.
— Лекарское крыло создано для лечения тех, кто в нем нуждается! А кто уже может предаваться разврату — тот совершенно здоров! — раздался строгий голос главного целителя, заставивший нас оторваться друг от друга.
— Ой… — испугалась я.
— Юлиус… — простонал Сильвестр. — Предупреждать надо.
— Разумеется, — недовольно пробухтел пожилой мужчина. — А еще предварительно стучаться, когда собираюсь войти к тяжело больному, а у умирающего в обязательном порядке спрашивать разрешение на оказание помощи. Не ожидал от вас, лорд Кремер. Мало того, что сами режим нарушаете, еще и девочку с пути истинного сбиваете.
Стало жутко стыдно, ведь по факту сбивала с того самого истинного пути его я. Это я, превозмогая боль, вчера притащилась сюда. Кстати, о боли. Ее не было. Совсем. Ни плечи, ни спина больше меня не беспокоили.
— Сдаюсь, — миролюбиво произнес Вест и сел на кровати, загораживая меня спиной. — Обещаю, что больше такого не повторится.
— Конечно, не повторится, — отозвался целитель. — Сейчас осмотрю вас, и катитесь на все четыре стороны. У меня каждая палата для больных на вес золота, а не для здоровых для их непотребных нужд.
— Не смущай девочку. Она же не привыкла к твоим шуткам.
— Простите, леди, если моя правда как-то задела вас, — снова съязвил маг. Да у него в пору Фонтею учиться.
— И вам доброе утро, — на всякий случай вежливо ответила я. Мужчина хмыкнул, а потом и вовсе рассмеялся.
— Языкастая! Люблю таких! — сообщил он.
— Самому нужна, — предостерег его Кремер.
— Да уж понял. Ну-с, кто первый на осмотр? Начнем с леди, пожалуй.
Пришлось выбираться из-за спины бывшего куратора.
— Присядьте сюда… Так… Покажите мне вашу спинку… Приспустите рубашечку… Ну же, смелее. Я не лорд Кремер и не кусаюсь, — приговаривал целитель, ощупывая шею, плечи и спину. — Так больно?
— Нет.
— Удивительно! — наконец, выдохнул Юлиус. — С вашей регенерацией, милочка, это просто потрясающе. Случилось чудо, которое я объяснить не могу ни с магической, ни с физиологической точки зрения.
— О чем ты? — заволновался Кремер.
— Еще вчера бы я сказал, что леди Соколову от полного выздоровления отделяет срок не меньше чем неделя, а сегодня она совершенно здорова! Даже в нашем болоте иногда совершаются настоящие чудеса. Ну-с, батенька, а теперь посмотрим вас. Оголите-ка живот. О-о-о! С вами тоже все в порядке. И тоже раньше срока. Не стану вас задерживать, но на осмотр завтра все же зайдите.
— Там мы, что… можем идти? — решила уточнить я.
— Можете идти, ползти, бежать и даже лететь, если сумеете, но чтобы духу вашего здесь через пять минут не было. У меня раненые маги в коридорах лежат, пока здоровые по палатам обжимаются.
Пожилой целитель поднялся и направился к выходу. В дверях строго погрозил пальцем и напомнил:
— Пять минут! — на что мы, разумеется, дружно кивнули.
— Ну, что? К тебе или ко мне? — тихо спросил Вест.
— А где ты сейчас обитаешь? — Я вспомнила, что его кабинет и прилегающую к нему спальню давно оккупировал Элазар.
— Почти там же, где и ты, только чуточку повыше, — улыбнулся Сильвестр. — Там жил племянник, пока не уехал к брату, а апартаменты
