Читаем без скачивания Экскурсант - Константин Хвостополосатов

С одной стороны МИ не мог рисковать экспедицией, с другой стороны был мой довод о военном положении. В своем путешествии от Солнечной системы мы как будто осуществляли экскурсию по местам боев Содружества. И тут совершенно не было гарантии, что мы не нарвемся на корабль вольдов, находящийся в полном порядке. В этом случае придется уходить всеми доступными путями, ибо шансов на победу даже с кораблем класса эсминец было не много. Да и в одиночку такие корабли практически не ходили, как правило, это были звенья с количеством кораблей кратным трем. Нам вообще сказочно повезло, что мы получили информацию о случившемся на исследовательских базамх «Берт» и «Зульсс». И хоть Светлана и говорила, что информацию чипов уничтожить достаточно сложно, эти чипы для начала должны были быть найдены. «Жетон» МИ станции «Берт» мы так и не нашли. Может, он и остался цел в том кренделе, который остался от корпуса станции после вольдов, но искать его там было делом долгим и нудным, по силам, пожалуй, спасательным командам, упакованным как раз для таких случаев. После долгих споров Светлана все-таки уступила моим доводам, констатировав тот факт, что для начинающего пилота у меня все слишком хорошо получается, можно считать, что талант у меня к этому делу присутствует. В общем, этот прыжок мы решили делать в «свободном» режиме. Хоть это и было для меня делом новым и интересным, некоторые неудобства отвадили меня делать такие прыжки на будущее без особой на то нужды. Дело в том, что во время такого прыжка пилоту необходимо было все время находиться в кресле, оставшись без второго якоря, корабль начинало «болтать» в многомерности, как грузик, привязанный на веревке. Пилоту требовалось быть в постоянной «подключке» к системе корабля на случай проблем и необходимости экстренного вмешательства. Критичным могло стать даже время включения в кресло, до которого, вполне возможно, пришлось бы еще добираться. Таким образом, на следующие почти шесть дней я играл роль думающей мумии. Саныч меня с радостью подкалывал, заходя в систему корабля потренироваться или поиграть в какую-нибудь игрушку, скачанную на Земле или созданную Светланой. Она весьма быстро и продуктивно перекладывала под виртуалку корабля имеющиеся на Земле компьютерные игры. Нужно сказать, что Саныч сильно повелся на стратегии и добивался в них очень хороших результатов, в отличие от меня, всегда предпочитавшего ролевые игры. Во время прыжка Саныч под присмотром Светланы несколько раз ходил в отсек к «стекляшке», но на этот раз только в скафандре. Он пытался «скормить» ей кристаллы «ушедших» из найденной коллекции, но «стекляшка» больше не реагировала на них. Не среагировала она даже и на тот кристалл, который вывел ее из спячки в первый раз. «Стекляшку» пробовали кормить, облучали ее лазерами системы охраны опасных отсеков на небольшой мощности. Но ела она мало, практически сразу начиная отражать лучи. Форму наша находка не меняла и волнами от поглаживаний не ходила. В конце концов ее на некоторое время оставили в покое, может, у нее период спячки какой случился от переутомления. Светлана все еще не бросала попыток оживить кристаллы «ушедших» с помощью остатков аппаратуры хозяев контейнеров, пока, правда, практически безрезультатно. Забросив «стекляшку» деятельная натура Саныча перекочевала в отсек с находками, сделанными на корабле вольдов в Солнечной системе. К большому сожалению Саныча и облегчению Светланы никаких сюрпризов во время этих исследований не произошло. Большинство призмочек, горошин и прочей «геометрии», найденной на корабле вольдов, при проведении анализов оказались металлами или другими химическими элементами с небольшим количеством тех или иных примесей. Определить точные формулы примесей не удалось, скорее всего, это были фрагменты какой-то органики. Светлана предположила, что эти фрагменты в четырехмерном пространстве, привычном для вольдов, скорее всего, образуют какие-то цельные соединения. К сожалению, на «Ботанике» не было столь сложной аппаратуры, чтобы работать с многомерностями. Находки же, сделанные в месте попадания в двигательный отсек выстрела из «генератора хаоса», были практически чистыми химическими элементами, в основном металлами, а так же углеродом, кремнием и изредка их простыми соединениями. Некоторые образцы были уникальным сплетением элементов, то есть цепочка шла, к примеру, от чистого металла с переходом в другой металл, потом в неметалл и, в конце концов, возврат обратно к металлам. Эти «кренделя», как правило, имели замысловатую форму и цветовую окраску, их с руками оторвали бы как особо-модные украшения в стиле модерн. Причем ввиду присутствия в цепочке высокочистых углеродов с некоторыми примесями, украшения моги потянуть на весьма немалую сумму денег, тем более, что на Земле такие украшения вряд ли могли быть созданы. К великому сожалению Саныча Светлана не разрешила вынести из отсека какие-либо из этих вещей, ссылаясь на неизученность их структуры в должном объеме и влияния на организм в частности. С горя Саныч примкнул к Светлане в поисках путей оживления кристаллов «ушедших», но устать не успел, так как добровольное заключение меня в карцер заканчивалось вместе с полетом к «Эталону-12». Нужно сказать, что само по себе пребывание в «подключке» не несет вреда организму, я бы сказал наоборот, но при виде того, как кто-то тем временем живет нормальной жизнью, психическое состояние могло дать трещину. Возможно, все было бы не так печально, если бы все это время Саныч тоже был пристегнут к креслу. На мою жалобу Саныч сказал, что в безумные добровольцы-пилоты он не записывался и вообще, у него свидание с новой подружкой. Надо сказать, что Саныч, видимо в силу долгого воздержания от нормального общения с женским полом, менял «подружек» чуть ли не ежедневно. Благо, Светлане сменить голограмму было проще простого, собственно, создать две или три подружки с разными характерами и типами поведения и поддерживать одновременно ей было так же легко, как работать в холостом режиме. Женских, как и мужских типажей, модных журналов и даже формул различных запахов за время наблюдения за Землей скопилось больше, чем достаточно. Я же наоборот предпочитал Светлану в составленном ей с первого раза образе с внесением лишь небольшого количества изменений. Потом менялись только одежды.

С запахами по просьбе Светланы пришлось даже провести небольшую операцию. Пока висели на орбите Земли, сделали через интернет-магазины несколько заказов с доставкой, расплатившись электронным переводом. Доставку сделали на адрес Саныча, который и забирал посылки на почте. Получив доступ к ароматическим маслам, парфюмерии, косметике, прочим бытовым и не очень запахам Светлана вдальнейшем могла легко ими оперировать. Если честно, я так и не понял чем был вызван этот запрос исследовательской ли необходимостью, либо простым женским любопытством.

Выход из прыжка оказался не очень точным. Всплыли мы весьма далеко от звезды, в системе которой находилась база «Эталон-12». Тем не менее, Светлана дала оценку моему тренировочному переходу с одним якорем на твердую четверку.

В прыжках, делающихся в «свободном» режиме точность выхода всегда страдает. Даже выход с отдалением от точки выхода на несколько дней пути до нее на «звездной» тяге считается нормальным. Собственно говоря, прыжок в «свободном» режиме с четким возвратом в «наше» пространство можно считать удавшимся, даже если кораблю просто удалось вернуться в реальное пространство. В конце концов, такие прыжки используются только в экстренных ситуациях. Ушел от угрозы — хорошо, пусть и вывалился обратно дальше от цели, чем до прыжка, зато корабль остался цел и находится в своем пространстве.

Почти сутки мы шли к системе, за это время Светлана связалась с МИ базы «Эталон-12». Наконец, мы связались хоть с кем-то или чем-то из Содружества, а то лично мне уже стало казаться, что это какой-то миф. К сожалению, повезло нам только частично. По информации МИ «Эталон-12» у базы велись очень долгие и сильные бои, не удивительно, ведь база была форпостом Содружества на этом направлении, тут базировался немалый флот КСС, отсюда производилась координация его действиями. Вольды просто не смогли бы пройти мимо. Сказать, кто одержал победу в этих боях, было бы исключительно сложно. Вольды так и не уничтожили базу, находящуюся на орбите звезды и имевшую объем малой планеты, размерами чуть больше Луны. Только вот защитники смогли удержать базу, лишь потеряв практически весь действующий приписанный к базе флот, почти половину инфраструктуры базы и процентов семьдесят огневой мощи. Вольды же уничтожили практически все стационарные посты слежения, релейные станции связи, маяки, и прочую внешнюю структуру базы, оставив её отрезанной от «большой земли». Но, то ли сил у врага не хватило, то ли решил он просто обойти фактически глухую, слепую, но кусачую систему стороной, факт остался фактом. Враг покинул оставшееся под контролем базы пространство. Восстановить обороноспособность объекта до приемлемого уровня в короткие сроки оказалось чрезвычайно сложно. По этой причине командование решило оставить оборонительную позицию, находящуюся в глубоком тылу врага. Полностью переподчинив весь комплекс, включая сильно поврежденные, но уцелевшие корабли, которые не могли сделать переход через многомерность, МИ базы, командование эвакуировало весь живой персонал. Получивший приказ самоликвидировать базу и корабли в случае угрозы захвата МИ так и не дождался повода осуществить это. Вольды так и не вернулись.