Читаем без скачивания Война под поверхностью - Константин Мисник

Стрелки стали осыпать его взрывающимися стрелами. Одна из них попала чудовищу в глаз. Клот замедлил движение и завертел головой. В это время какой-то смельчак подобрался к чудовищу почти вплотную и с расстояния нескольких метров разрядил пневматик прямо во второй глаз. Чудовище завертелось на месте, а затем развернулось и устремилось прочь.

Птунис перевёл дыхание. Всё-таки с ними можно было бороться, можно было обращать в бегство даже таких монстров. И это внушало оптимизм. Птунис перевёл взгляд на основную массу войска, сражающуюся впереди.

Подкрепление, состоящее из сатков, мало чем помогло филиям. Им удалось немногое. Несколько колонистов были ранены, двое убиты, но остальные поливали хищников кинжальным огнём, заставляя их держаться от людей подальше. Однако передняя линия колонистов была отодвинута назад, и филии оказались вне убойной дальности ружей. Пора было вводить резерв.

«Ну что ж, — подумал Птунис, — филии сделали свой ход, теперь очередь за мной. Седонис, начинай!»

Почти сразу же после этого люди Седониса с двух сторон ударили по филиям. Те заметались в панике. Птунис довольно улыбнулся.

Рыбы, конечно же, контролировали все территории вокруг колонии. Но даже они не могли знать про запасной выход, который до этого на памяти Птуниса ещё ни разу не использовался.

Как только началось сражение, все силы рыб были стянуты к единственному, как они считали, выходу из Ружаш. А в это время Седонис со своим отрядом осторожно выходил через небольшую дверь, расположенную на территории Кормушки.

Лаз был аварийный, очень узкий, через него мог протиснуться лишь человек. Ну и, возможно, небольшая филия. Больше никто бы через него не пролез. Таким образом, засадный отряд Седониса смог подкрасться к филиям незамеченным и ударить в нужный момент.

Филии гибли одна за другой, выкашиваемые ружьями людей Седониса. Многие сатки стали поворачивать назад и выходить из боя. Птунис торжествовал. Как вдруг всё переменилось.

Сначала он услышал коллективный вопль отчаяния, изданный убиваемыми филиями. А затем сверху на них обрушился ещё один резерв. Но на этот раз это были не люди.

«Проклятые рыбы! — выругался Птунис. — Какие хитрецы! Против одного моего они оставили в резерве два засадных отряда. И у кого только научились?!»

Новые десятки сатков и четыре клота вступили в битву. Люди уже не могли сдержать такое количество противников, и общее сражение разбилось на множество отдельных схваток. Всё закрутилось в вихре боя.

Какой-то колонист одну за другой всаживал очереди в тушу сатка. Тот явно был при последнем издыхании.

«Побереги патроны!» — послал ему мысль Птунис. Но они человеку уже не понадобились. Налетевший на него сзади другой сатк перекусил его пополам. Чтобы через секунду быть расстрелянным товарищами убитого.

Птунис прикусил губу. Он уже собирался сам вступить в битву, как вдруг… Пятёрка сатков вынырнула будто из ниоткуда. Двое охранников Птуниса погибли на месте. Птунис выхватил ружьё, как внезапно его словно хлестнуло чужим посылом: «Берегись!»

«Спасибо, Зуб!» — успел подумать Птунис, разворачиваясь и вытягивая вперёд руку с ружьём.

В паре метров от себя он увидел оскаленную пасть хищника. И она неслась прямо на него. Лишь один раз успел он нажать на спусковой крючок, а затем сатк налетел на него.

Защищаясь от огромных острых зубов, Птунис поднял ружьё вертикально и ударил им прямо по раскрытой пасти. Его отбросило в сторону и завертело как щепку. Придя в себя и вновь обретя равновесие, Птунис обнаружил, что ружья у него нет, подстреленный им сатк, постепенно сбавляя скорость, плывёт дальше, а к нему направляются ещё два хищника.

Птунис мгновенно выхватил пневматик и выставил его в сторону приближающихся убийц. Движения сатков замедлились. Птунис не думал, что сатки настолько разумны, что способны отличить пневматик от ружья, которого они, конечно, очень боялись. Но, возможно, хищники просто хотели поиграть с будущей жертвой. Внезапно сатки разделились и стали заходить к Птунису с противоположных сторон.

Птунис похолодел. Он завертел головой, ожидая помощи, но никто прийти к нему на помощь не мог. Те из охранников, кто остался в живых, отчаянно сражались за свою жизнь. Зуб, крутившийся как угорь, пытался прорваться к хозяину, но того ловко отсекал от Птуниса здоровенный сатк, не давая приблизиться ни на дюйм.

Вскоре Птунис уже сам так крутился, стараясь держать в поле зрения обоих подбиравшихся к нему сатков. И тут он заметил клота. Тот опустился сверху и направлялся к нему так целеустремлённо, что усомниться, кто является его целью, было невозможно. Чуть раньше Птунису это показалось бы очень подозрительным, ведь не могут такие силы бросаться против простого колониста. Здесь явно были видны руки, а точнее плавники, его старых знакомых кукловодов. Скорее всего, его каким-то образом вычислили филии. И решили, что кому-то пришла пора умереть. Но в данный момент ему было не до размышлений.

«Ну вот, — почти с облегчением подумал Птунис, — теперь, наверное, можно и расслабиться. Потому что это всё, и жить мне осталось…»

Чья-то маленькая фигурка метнулась клоту наперерез. Спустя мгновение, Птунис даже понял чья. Все женщины любили выделяться и красить гидрокостюмы в различные цвета. Но только у костюма его любимой был такой приятный бело-голубой цвет.

Клот, заметив прямо перед собой помеху, стал раскрывать свою пасть. В ту же секунду Дарица метнула туда бомбу, которую она уже держала в руке. Бомба, медленно переворачиваясь в воде, полетела внутрь чудовища. А Дарица выхватила ружьё и, когда бомба оказалась за частоколом зубов, выстрелила прямо в её боевую часть.

Взрывной волной Дарицу отбросило назад. Клот, лишившийся некоторых зубов и небольшой части челюсти, в ярости замотал головой. Откуда-то сверху опустились два колониста, оказавшихся прямо над клотом. Они достали свои пневматики и стали аккуратно, по очереди, всаживать взрывающиеся стрелы рядом со спинным плавником чудовища, раз за разом отрывая куски от его тела. Видимо, клоту это не понравилось, потому что он резко развернулся и бросился наутёк. Колонисты поспешно заработали ластами, направляясь на помощь Птунису, а оба сатка ринулись на него. Птунис выстрелил из пневматика прямо в морду ближайшего и, одновременно выхватив правой рукой нож, а левой — острогу, стал ждать приближения врага.

Неожиданные спасители стали на ходу стрелять из ружей в раненого сатка. Тело того задёргалось и стало разворачиваться в воде. Скорее всего, он уже был мёртв. Птунис с облегчением развернулся ко второму врагу и… с ужасом заметил, что он ошибся. Второй сатк нападал не на него! Вовсе не на него! Он наметил себе более лёгкую добычу и сейчас стремительно приближался к Дарице, которая только пыталась прийти в себя после действия ударной волны и не видела летящего на неё сатка.

«Дарица, сзади!» — изо всех сил завопил Птунис.

Девушка дёрнулась, но, слава богу, развернулась мгновенно. Она вытянула в направлении сатка ружьё и нажала на спуск… Выстрела не последовало. Пули, маленькие спасительные капсулы, которые должны были разорвать плоть хищника, отбросить его в сторону или заставить убраться восвояси, не полетели вперёд, не разорвали мышцы сатка и не раздробили его кости. Птунис не знал, почему. Была ли это осечка, или в обойме закончились патроны. Ему это было безразлично.

Время как будто стало тягучим и липким. Он продолжал что-то кричать, с ужасом понимая, что всё это уже бесполезно, потому что чудовище медленно, но неотвратимо приближалось к его жене.

Когда до Дарицы оставалось совсем немного, сатк, словно нехотя, разинул пасть. Дарица попыталась отпрянуть в сторону, защищаясь ружьём, но не успела. Сатк ударил её и отшвырнул в сторону. Дарица отлетела в сторону и застыла. Вода вокруг неё стала быстро темнеть.

Сатк сделал новый заход и попытался вновь вонзить зубы в беспомощное тело, но тут сбоку на него налетел Зуб. Его челюсти разорвали сатку плавник, и тот развернулся к новому противнику.

Птуниса не интересовало, чем закончится эта схватка. Его больше ничто не интересовало, кроме его любимой. Он подплыл к Дарице, взял её на руки и поплыл в сторону колонии. Надо было торопиться. Ведь её ещё можно спасти. В колонии есть Кулис. Он почти кудесник. И есть чудесные водоросли. Кулис обязательно спасёт Дарицу. Нужно только успеть.

Птунис не знал, сколько прошло времени, когда кто-то с силой рванул его за плечо. Он обернулся.

Это был Алманис. Даже сквозь стекло маски его глаза сверкали так яростно, что Птунис с лёгкостью прочитал его мысли:

«Ты не можешь уйти Птунис! Ты не можешь уйти сейчас, да и вообще не можешь уйти! Теперь уже никогда! Ты нужен там. Возвращайся, Дарицу отнесут в лазарет без тебя. Там ты ей не нужен, а здесь без тебя мы не сможем обойтись. Возвращайся, Птунис».