Ты — самый лучший хранитель, самый добрый, понимающий…
— Чего надобно, мяу? — тут же догадался кот.
— Книгу. “Записки Алолы”.
— Опя-я-ять? — удивился хранитель. — Тебе же не понра-а-авилось, ты жа-а-аловалась на меня-у. У меня только один экземля-я-яр был, другие растащи-и-или.
Вот кто бы сомневался! Таскатели нашлись. Много их таких во дворце развелось. Отстреливать бы лишних.
— Да мне бы мой вернуть, — сделала виноватое лицо. — У меня его украли. А в повествование я втянулась…
— Никак после поцелуев императора втянулась? — хитренько спросил Владимур.
Я смутилась. Ладно, не смутилась, а покраснела. Вся, до кончиков волос. Всё-то хранитель знает, всё-то он видит. Надо же, глазастенький какой.
— Можно сказать и так, — ответила я, подумав, что император к моему желанию найти книгу причастен самым прямым способом. — Поможешь?
— Помогу-у-у. Жди меня-у.
Кот растворился. Я начала мерить шагами библиотеку. Потом устала ждать и взяла первую попавшуюся книгу — это оказалась энциклопедия о сильнейших магах Азмавера и открыла я её на весьма интересной биографии — Аравера Лероя, герцога Снеагга. Блистательного выпускника Императорской академии, самого молодого придворного мага Тиамириса за всю историю. На его счету было даже несколько магических открытий. В общем, весьма выдающаяся личность! Тут даже его портрет прилагался.
Со страницы книги на меня смотрел совсем юный маг, который уже тогда с легкостью мог бы покорить сердца неопытных девиц. Сейчас он, разумеется, стал притягательнее как мужчина, однако даже в его юношеском портрете чувствовалась та скрытая сила, что покоряла всех женщин без исключения.
Был в энциклопедии и портрет императора — идеально великолепный. Что ж, он не изменился, совсем. Более того, он был именно таким, каким я его запомнила. Пять лет… прошло пять лет для этого мира. Как же порой причудливо время…
— Наше-е-ел, — вывел меня из раздумий голос Владимура, и я тут же захлопнула фолиант.
— Спасибо, мой замечательный спаситель!
Открыв книгу, я начала её судорожно листать. Записка не находилась. Перевернув книгу корешком вверх, я потрясла страницами, но и тогда ничего не обнаружилось. Застонала от разочарования, досады и даже злости. Хранитель смотрел на меня ошеломленно, пока не выдал:
— Неправильно ты, Марика, книги читаешь… И к новым тебя подпускать нельзя — ты быстро из них старые сделаешь. А вот к повреждённым — надо бы. Так сказать, чтобы поняла, как сложно их чинить, и относилась бережнее. Пожалуй, через недельку и начнем клеить корешки.
Стало стыдно. Честно!
— А ты книгу у кого нашел? — на всякий случай уточнила я, чтобы подтвердить свою догадку.
— У императрицы, — поморщился кот и неприязненно вильнул хвостом. — Не люблю её — тащит всё, что плохо лежит.
Император, видимо, тоже плохо лежал, как и моя книга. Хотя книгу она стащила не напрямую, а через свою подпевалу. Что ж, если я и испытывала стыд перед ней за то, что целовалась с её мужем, то после такого — нет. Мы с ней обе в каком-то смысле были воровками, вот только…
Я ведь встретила Диаронда раньше, разве это не она украла его у меня?..
И вновь — как же причудливо время!
Сны снились самые странные — снова вернулся этот единорог с его волшебным копытом, которым он приложил меня в прошлый раз, только сейчас он не пытался ударить, наоборот — погладить. Только погладить копытом вышло такое себе — в общем, меня всё так же огрели, поэтому пробуждение вновь было резким.
Несколько секунд я просто смотрела в одну точку, пытаясь осознать происходящее. Интересно, а Диаронд умеет перевоплощаться в единорога? Представив его с одним рогом промеж глаз, я громко рассмеялась. Сюр какой-то!
Поднявшись на ноги, я тут же ощутила тошноту. Здравствуй, мой белый друг!
Попрощавшись с остатками вчерашнего ужина, я умылась, почистила зубы белым порошком и решила принять ванну, чтобы хоть немного расслабиться после вчерашнего тяжелого, эмоционально-напряженного дня и сегодняшнего странного сна. Открыв кран, я села на бортик. Ванна здесь была бронзовая, большая, просторная. Тут с комфортом разместились бы два человека, впрочем, я уже и есть почти два человека, хотя живот еще совсем крошечный. Но там уже растет малыш. Природа уже заложила нужный набор генов, она уже знает, какими будут его глаза, нос, губы, длина ресниц и многое другое! Как удивительна жизнь.
Еще неделю назад я не представляла себя матерью, а теперь с улыбкой размышляю, каким будет мой сын! Интересно, на кого он будет похож? На меня или Диаронда? Император, как ни крути, чертовски хорош собой. Впрочем, самое главное, чтобы унаследовал мой характер! Потому что император жутко упрямый и бывает совершенно невыносим!
Скинув с себя платье, я осмотрела свой живот. Едва заметно, но я уже не могу его втянуть и сделать плоским. Я с особым трепетом провела пальцами по коже, будто пыталась установить контакт с ребенком. Еще чуть-чуть — и мы с ним увидимся. Но вот смогу ли я его воспитывать? Позволят ли мне?
Шея всё еще чесалась. Я положила ладонь на шею и потерла её — казалось, кожа в этом месте шелушится. Обернулась спиной к зеркалу — покраснение действительно было, кожа казалась на вид сухой. Что это за дела?..
Надо бы спросить у магистра Лайзы. Кажется, у меня к ней будет много вопросов.
Погрузившись в ванну, я прикрыла глаза и откинулась на бортик. Теплая вода приятно расслабляла ноющие мышцы. Этот мир такой удивительный и опасный. Я не могу перестать думать о том, что меня ждет дальше.
Выйду замуж за кого-нибудь, но при этом буду воспитывать бастарда императора? Я уже почти смирилась, что не увижу своих родителей, хотя внутри все еще теплилась слабая надежда на возвращение. Но с каждым прожитым здесь днём она угасала. Этот мир удивительно притягивал меня к себе, привязывал, создавал видимость родного и привычного.
Интересно, если бы Диаронд еще после той ночи сразу понял, что это не сон, и нашел меня, как бы все обернулось? Вряд ли бы он женился на простолюдинке из другого мира, это даже звучит абсурдно. Однако глупое сердце, когда я думаю об этом, начинает ускорять свой бег.
Я
