За окнами что-то проревело. Сильный порыв ветра заставил стекла в окнах задрожать. Огромная тень на несколько секунд закрыла небо и в какой-то момент мне показалось, что наступила ночь. Но я не стала пугаться, так как знала, что происходит.
— Милорд Де Вирр вылетел на Дрейге! — протянула Тильда и взмахнув половником, спросила, сверкая глазами: — Кому добавки?
Несколько рук взметнулись вверх. И моя была одной из многих.
В ту ночь Тристану не удалось выспаться. Нет, он лег в постель, но проворочался до самого утра, глядя то в потолок над головой, то в окно, за которым прятались тени ночи. И так до самого рассвета, встретив который, адепт академии магии встал, привычно отправился в ванную комнату, где, не дожидаясь прихода камердинера, принял душ. Надев костюм для езды на драконах, он зашел в кабинет, прихватив с собой учебник, взятый Клэр из библиотеки, осознавая, что провел бессонную ночь только из-за своей горничной.
После того, что произошло между ними, Тристан не знал, как дальше относиться к Клэр. Ее рассказ ввел его в некоторое смятение. Он чертовски хотел поверить в эти глупости, которые ему поведал его голем, но не мог. Слишком нереально это звучало.
Но его губы помнили обманчивую мягкость губ Клэр, а руки — нежность кожи девушки. И, черт подери, он мог поклясться, что в жизни не видел более не похожего голема.
Де Вирр почти не удивился, когда ноги вынесли его на верхний этаж. Туда, где располагались комнаты, отведенные для преподавателей. Он опомнился только, когда оказался перед дверью, за которой располагались комнаты Бломфильда.
Решительно постучав к профессору, он мысленно отругал себя. Дрейг ждет хозяина, чтобы совершить утренний полет, а он торчит тут, полный нелепых надежд. Хотя, стоит ли обманывать самого себя? Даже будь Клэр сто раз живой девушкой, он, как наследник престола, не сможет жениться на ней, любить ее и дать ей то, что хотел бы дать.
«Кажется, я запутался, — подумал молодой маг. — Я думаю о своем големе невероятные вещи!».
— Кто там? — прозвучал голос Бломфильда, нарушая ход мыслей Де Вирра.
— Сэр, это Тристан Де Вирр, — громко ответил адепт. — Прошу прощения за столь ранний визит, но нам надо поговорить.
Дверь открылась. Лицо хромого профессора, появившееся в проеме, казалось помятым и сонным. Тристан понял, что мужчина еще спал до его прихода. И повторно извинившись, застыл, ожидая ответа Бломфильда.
Профессор смерил гостя уставшим взглядом, затем отступил назад и пригласил мага войти, собственноручно закрыв за ним дверь.
— Доброе утро, господин профессор, — Тристан оглядел бегло бедную обстановку внутри и повернулся к хозяину комнат.
— Такое ли уж оно доброе? — вздохнул Бломфильд, после чего прохромал вперед, не утруждая себя приглашением для молодого мага.
— Присаживайтесь, — он указал рукой на кресло. Столик перед ним был завален какими-то бумагами. Стопка древних учебников покосившись, грозила свергнуться вниз, придавив кому-то ноги. И Тристан покачал головой, отказываясь присесть.
— Ну как знаете, молодой человек, — грузно осел в кресло профессор. Он поднял руку и провел ладонью над поверхностью стола. Появившаяся словно из неоткуда белая фарфоровая чашка дышала ароматом свежезаваренного кофе.
— Будете кофе? — вежливо поинтересовался Бломфильд.
— Нет, — покачал головой Тристан. — У меня есть к вам небольшой разговор…
— Настолько важный, что вы не утерпели и пришли ко мне на заре? — усмехнулся профессор и взяв чашку в руку поднес к лицу. Втянул аромат и зажмурился от удовольствия. — Право слово, вчерашний прием был подготовлен на славу. И вино подавали отменное. А вы, — взгляд переместился на лицо адепта, — я полагаю, что знаю причину вашего появления в моих комнатах, лорд Де Вирр. Эту причину зовут — Клэр?
Тристан не удивился. Просто понял, что голем ему не врала. Впрочем, он и без этого знал, что Клэр не обманывала его.
— Да. Вчера она рассказала мне нечто необычное о себе.
— А вы не поверили? Или поверили, раз оказались здесь, милорд?
Взгляды магов встретились. Профессор сделал глоток и снова улыбнулся.
— Я предполагаю, что голем говорит правду. И думаю, что вы сами это понимаете, Де Вирр.
— То есть, она — живая?
— Заключить душу в голема, — задумчиво произнес профессор. — Почему это невозможно? А что, если это так? Клэр не похожа на других подобных ей существ. Внутри у нее есть жизнь. То, что я называю душой. Я почувствовал это. Голем и та, что живет в глиняном теле, чужие друг другу существа. Не знаю, кто и для чего перенес душу в голема, но подозреваю, что во всем этот есть какой-то смысл. Или, возможно, чья-то ошибка.
— То есть, она действительно, живая? — Тристан даже покачнулся, услышав слова Бломфильда.
— Почти уверен в этом, — кивнул тот. — Мне нужно провести эксперимент, чтобы знать точнее. А для этого будет нужно ваше согласие, как хозяина голема.
Де Вирр опустил голову, размышляя над услышанным. Все же, не зря он зашел к старику. Но что-то внутри него по-прежнему отказывалось верить в подобные чудеса. Еще никогда на памяти Де Вирра ни один голем на обладал душой. Все они жили за счет магов. Подпитывались их магией, а в конце рассыпались песком, когда становились не нужны.
— Главное, понять, почему душа Клэр оказалась в теле голема и есть ли возможность вернуть ее назад в ее мир и в ее тело, — сказал Бломфильд в ответ на молчание молодого лорда.
— Не Клэр, — поправил мужчину адепт. — Алина. Ее зовут, Алина.
Это имя он повторял следующие несколько минут после того, как покинул профессора, пообещав подумать обо всем. И ее имя он повторял, когда заходил в ангар, погрузившись в другой мир, полный обманчивого магического простора. Дрейг не любил летать в загоне, предпочитая ему чистое небо и свежий воздух.
— Хррр, — услышал Тристан, едва прошел заслон из мрака, и черная громада опустилась перед ним, склонив крыло и приглашая совершить полет.
По крылу взбежал, усевшись привычно между высоких наростов. Дрейг повернул голову, дыхнул облаком дыма, от которого маг заслонился рукой, будто отмахиваясь. Затем Тристан поднял руку и нарисовал в воздухе руну открытия купола. Искусственное небо пошло рябью, поплыло, открывая безбрежную синеву простора, испещренного длинными облаками, предвещавшими ветер. Де Вирр положил руки на нарост Дрейга и чуть нажал, влив магии под грубую черную чешую. Отдавая приказ взмыть вверх. Но Дрейга не стоило просить о том, чего он и так ждал в нетерпении.
Не разбегаясь, раскинув широкие крылья, дракон поднялся вверх. Пара взмахов, и загон остался внизу, где-то там, под ногами и брюхом Дрейга.
В лицо Тристану ударил ветер. Разметал волосы, рванул тяжелый плащ. Он опустил руку и бросил вниз рунное заклинание, закрывая купол. Дрейг взревел и тяжело рухнул вниз, только для того, чтобы почти у самой земли снова начать стремительный подъем к небесам.
В такие мгновения, Тристан забывал обо всем на свете. Оставались лишь он и его дракон, да небо, что казалось опрокинутым озером, плескавшимся над головой с волнами белоснежных длинных облаков. Где-то, совсем рядом, пролетела птица. Ее снесло порывом ветра, который поднимали крылья дракона. Дрейг издал странный клекот и донельзя довольный собой, снова рухнул вниз. Ему явно нравилась эта игра. Де Вирр был вынужден вцепиться в нарост на спине дракона, хотя совсем не боялся упасть вниз. Для такого случая у него было припасено заклинание. Вернуть упавшего назад на спину дракона, оно не могло, зато вполне смягчало приземление на твердую землю. И падающий, использовав подобное заклинание, мог отделаться синяками и ссадинами, с какой бы огромной высоты не падал.
Единственно, подобная руна вытягивала из мага много силы. Только у Тристана ее хватало вдоволь.
Он смотрел прямо перед собой. Академия и здание загона остались далеко позади. И впереди, насколько хватало глаз, теперь простирались поля и лес. А внизу, между вершинами деревьев, словно сверкающая дорога, петляла река, отражавшая пролетавшего дракона и небо, яркое, как никогда.
