Маг даже представить себе не мог, что способен так злиться. А, казалось бы, причина пустяк. Ну подарил Де Уинн цветок его горничной, ну и что в этом особенного? Пошутил, можно сказать, неудачно. И ведь никто их гостей и адептов не обратил на это особого внимания. Де Уинна знали, как человека с непростым характером. И от него можно было ожидать всего, чего угодно. И только Марго зацепила выходка синеволосого мага. Она не задумываясь высказалась в своем колком силе. Хотя, Сибер был не из тех, кто считался с чужим мнением. Да и не мог он интересоваться Клэр в каком-то ином смысле.
Шутка. Это все простая шутка и, возможно, попытка задеть его за живое через голема. Вот если бы Сибер подарил синий лотос его невесте, тогда это можно было бы счесть оскорблением. Но голем…
— Трис! — Маргарет потянула его за рукав и маг очнулся, бросив на невесту быстрый взгляд. Только после этого он понял, что успел вместе с девушкой подняться до дверей, за которыми начинались ее покои.
- Что с тобой, дорогой? — промурлыкала Маргарет сладким до приторности, голосом. — Переживаешь из-за предстоящих состязаний?
— Да, — солгал он, ощутив горечь на губах от сорвавшейся лжи.
— Не переживай, — она встала, тесно прижавшись к нему. Обняла за талию, заглядывая в глаза. — Самый опасный противник, как говорят, это Сибер. Но ты видел, что он вытворял сегодня на приеме?
Тристан видел.
Слова Марго всколыхнули было притихшую злость.
— Он подарил цветок этой твоей кукле, — она надула обиженно губы. — А еще и сказал такие глупости, что глиняные истуканы могут быть умнее живых девушек.
— Он дурак, Марго, — отрезал Де Вирр, не желая, чтобы невеста распространялась на данную тему. Но Маргарет было непросто остановить. И мужчина понимал, как ее задел тот факт, что Сибер подарил цветок не ей, признанной королеве Академии, а какому-то голему.
— Марго. Уже поздно. — Он сделал попытку отодвинуть от себя девушку, но она хитро улыбнулась и закинув руки ему на шею, привстала на носочки и потянулась к его губам, надеясь получить свою порцию внимания и ласки.
— Мне завтра рано вставать на тренировки, — легко коснувшись губами губ невесты, Тристан убрал ее руки со своей шеи и отошел на шаг назад, понимая, что совсем не желает продолжения поцелуя.
— Конечно, — она кивнула, но гримаса недовольства тронула красивые тонкие черты. — Я понимаю. Победа превыше всего. Тем более, что Его Величество прибудет для того, чтобы присутствовать на соревновании. И ты не можешь опозорить его проиграв.
— Не могу, — согласился маг.
— И не опозоришь, — она улыбнулась. — Как же я рада, что являюсь твоей невестой! — ее глаза заискрились. — Подумать только, я — будущая королева!
— Если бы у Его Величества был наследник, или наследница, — произнес Тристан, — я был бы только рад. Подобная ноша для меня как камень на душе.
— Глупости! — возразила девушка. — Ты, как никто другой, должен понимать, что власть — это все! И если бы сынок короля не умер в младенчестве, я бы не стояла сейчас рядом с тем, кто будет не только моим мужем и повелителем, но и правителем над всеми нами.
Тристан сдвинул брови, глядя на невесту. Он и прежде знал, что больше всего Марго в его персоне нравилось ощущать себя будущей королевой, монаршей особой. И ее родители вовремя подсуетились, организовав этот союз, который мечтали скрепить в будущем браком. Но отчего-то именно сегодня ему стало тошно от слов Маргарет. И как никогда прежде, захотелось уйти к себе и не видеть девушку с ее алчными глазами, предвкушавшими долгожданную власть.
— Иди к себе, — он настойчиво, но мягко, подтолкнул невесту к двери. — Полагаю, тебе стоит отдохнуть, как и мне.
Маргарет подняла руку, положила ее на грудь Тристана, выразительно глядя ему в глаза.
— Я была бы не против, если бы ты зашел. Обещаю, что надолго тебя не задержу. Я ведь правильная невеста и прекрасно понимаю, что завтра у тебя напряженный день.
— И не только завтра. Так что, вынужден отказаться, — он поклонился, сделал шаг назад, отступая. Маргрет сверкнула недовольно глазами, но более ничем не выразила свое разочарование.
— Спокойной ночи, Марго! — он развернулся к ней спиной и поспешил через коридор, разрезанный светом светильников, прочь от покоев невесты. Сердце в груди отчего-то забилось быстрее. Странный жар предвкушения разлился под кожей, стоило ему вспомнить о своем големе. Клэр наверняка ждет его в покоях, как и положено верной служанке. Так что он быстро отпустит камердинера и исполнит то, что обещал — почитает ей в кабинете. А заодно присмотрится к странной глиняной девушке к которой его непонятным и невероятным образом, тянуло.
Словно она была настоящей и живой.
Впрочем, ее эмоции, ее поведение никак не вязалось в голове Де Вирра с поведением големов. В Клэр было столько жизни, столько энергии, что порой он забывался, глядя на нее. А когда осознавал свою ошибку, злился, сам не зная толком на кого. На себя, извращенца, который проявляет ненужный интерес к игрушке, или на нее, которая слишком хороша, чтобы быть големом.
Когда я пришла в покои хозяина, мистер Дженкенс уже хозяйничал внутри. Завидев меня, камердинер коротко кивнул и перебросившись парой ничего не значащих фраз, мы разошлись, выполнять каждый свое дело.
Мне предстояло расстелить постель для милорда, а Дженкенс взял на себя заботу о ванной комнате и одежде господина.
Все приготовления были выполнены задолго до возвращения Тристана и, когда я вышла в гостиную, Джеймс произнес:
— Полагаю, вы устали, мисс Клэр? Думаю, хозяин не будет против, если вы пойдете отдыхать в свою комнату. Ему хватит меня одного.
Я покачала головой, вспомнив про обещание мага. Хотя, прием определенно должен был утомить Тристана. Захочет ли он читать мне учебник, когда на часах уже стрелка подбирается к полночи?
Я не успела мысленно дать себе ответ на свой собственный вопрос, когда Де Вирр вернулся. Громко хлопнула входная дверь и мы с Дженкенсом вытянулись в струнку, ожидая появления милорда в гостиной.
— Доброй ночи, сэр! — почти одновременно проговорили мы.
Тристан вошел, на ходу ослабляя широкий галстук на шее. Бросил взгляд на меня, затем взглянул на камердинера и произнес:
— Ванну и чистую одежду.
— Уже готово, милорд, — ответил спокойным тоном слуга.
— Отлично. — Де Вирр направился в ванную комнату, и я уже было решила, что могу быть свободна, когда услышала его голос:
— Останься, Клэр. Ты мне понадобишься ненадолго.
— Конечно, милорд! — я присела в книксене, которого маг уже не увидел. Они с Дженкенсом исчезли за дверью, а спустя несколько минут слуг вышел, держа в руках костюм хозяина.
— Почищу, — сообщил он мне важно. — Милорд поставил пятно на рукаве.
Я кивнула, оставаясь при этом стоять на месте.
— Хозяин велел тебе подать ему халат через несколько минут.
— Что? — я, наверное, вытаращилась на Джеймса, потому что он покачал головой.
— У милорда нет предрассудков в отношении големов, мисс Клэр. Так что можете спокойно входить, хотя я предпочел бы сам выполнить свою работу. Но приказы господ не обсуждают. — Он кивнул мне, почти добродушно, и добавил: — Спокойных снов, мисс. Халат я оставил в ванной на вешалке.
— Спокойных, — я проводила мужчину взглядом и нервно сглотнула, когда дверь за его спиной захлопнулась. Все несколько минут, которые мне было велено ждать, простояла каменным истуканом. Затем решительно шагнула вперед и постучала в дверь, со страхом ожидая того момента, когда войду в ванную комнату к обнаженному мужчине.
«А ведь ты уже Тристана без одежды!» — напомнил кто-то ехидный внутри. И только в горле пересохло. Сейчас я бы не отказалась от стакана чистой родниковой воды. А еще, от тарелки глины. Любой. Так как сильно захотелось есть, а нас, големов, забыли покормить. Нет, перед приемом мы поели и достаточно плотно. Видимо, это была норма для нормального слуги. Только мне хотелось еще. Или это от нервов?
