сел за стол, и Волков поставил передо мной кружку с таежным отваром. Я кивнул, сделал глоток. Парень уселся напротив, скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.
– Ну, я слушаю.
– В лесу ты и правда обернулся в волка. Чтобы дотащить меня до сторожки.
Сергей удивленно поднял бровь.
– Так. И на каких основаниях ты решил, что тебе не померещилось?
– Видел, как Лесничий передал Марье полевую куртку. Он утверждал, что форма твоя. Куртка была измазана в крови. А в драке с болотником ты повредил бок.
Сергей усмехнулся:
– Я ведь уже показывал тебе. На мне ни царапины.
Он задрал футболку. На боку и правда виднелся едва заметный старый шрам.
– Ну, судя по легендам, у перевертышей повышенная регенерация, – парировал я. – К тому же если кто-то потерял бы куртку в лесу – в карманах остались бы какие-то вещи. А карманы найденной Лесничим формы были пусты. Даже не так: туда кто-то напихал листьев и иголок. Еще она была изорвана в лохмотья. Будто бы зубами животных. А в Лихолесье живности мало.
Глаза приятеля недобро блеснули:
– Ну, хорошо. Какие еще доказательства у тебя на руках, ищейка?
Его губа дернулась, демонстрируя чуточку длинноватые клыки.
– У тебя не получается призывать оружие. Я заметил это вчера.
– У тебя тоже, – парировал Волков и сделал глоток отвара.
– Только вот ты попробовал несколько раз для вида, а остальное время спокойно стоял в уголке и наблюдал за курсантами. Тогда я удивился этому. А после боя с болотником понимаю: оружие тебе ни к чему. Ты исполосовал ту тварь когтями. Да так, что она бежала в топь. Ну и главное: болотник признал тебя до того, как притравил меня ядом. Что же он тогда сказал…
Я потер ладонью подбородок, словно бы пытаясь вспомнить слова нечисти.
– А, вспомнил. Вроде бы он спрашивал, почему так пахнет псиной.
Волков резко оттолкнул стул и встал из-за стола. В глазах его мелькнул гнев. Лицо словно бы вытянулось. Но я был спокоен. Ладонь засветилась от активируемого Плетения. Но товарищ резко ссутулился, сел на стул.
– Говорили мне родители – не лезь, куда не просят, – устало пробормотал он. – Я не послушался. Вот и результат.
Я ослабил Плетение усмирения и продолжил:
– Если ты боишься того, что я кому-то расскажу – можешь не переживать. Я буду нем как могила. Могу даже поклясться.
Сергей сделал глоток и вздохнул:
– Ты сказал об этом Марье?
– Нет. А надо было?
– Если старые семьи узнают, что я оборотень, – то быть мне изгоем. Многие чтут кровь и происхождение. И не станут общаться с наполовину волком. Мы с тобой похожи, Святогоров. Оба в какой-то степени изгои. Поэтому я тебя и спас. Только ты смог найти друзей.
Я кивнул на картину, и Сергей ответил на немой вопрос:
– Я же говорил, что Васнецов знавал почти все старые семьи. Отсюда и почва для сюжетов картин.
– Кто еще знает, что ты умеешь оборачиваться?
Сергей сделал глоток отвара.
– Кроме тебя? Лесничий. Но он парень не из болтливых. Да и живет особняком от остальных. Так что вряд ли кому-то расскажет.
Некоторое время мы молчали. А затем Сергей спросил:
– Ну? И что тебе от меня нужно? Не просто же так ты рассказал мне все это.
– Мне нужна твоя помощь, – честно ответил я.
Волков склонил голову и с любопытством уставился на меня.
– Один хороший человек попал в беду, – начал я. – Думаю, его хотят подставить.
– И кто же этот хороший человек? – мигом уточнил Сергей. – Уж не Лада ли Иванова?
– С чего взял?
– С того, что ты украл у нее куртку. В которой, судя по всему, был лесной гуляка.
Волков сделал глоток. Склонил голову, о чем-то задумавшись. А затем протянул мне руку.
– Дай посмотрю.
Я протянул полевую форму. Сергей взял ее, помял ткань в руках:
– Ты прав, – протянул он. – Ее подставили. Но кто – я не могу понять. Кто-то отбил запах, оставив только один. Лады. Пусть пока полежит у меня.
– А завтрашний обыск?
Волков задумчиво потер ладонью подбородок.
– Куртка с прорехой вызовет еще больше вопросов. Но есть у меня одна идея.
Он встал из-за стола и направился к выходу. У дверей остановился и поманил меня:
– Идем. Чую, сегодня нас ждет самое веселое.
Я последовал за товарищем. В коридоре было темно. Волков остановился, повел носом, словно принюхиваясь, и прошептал:
– Идем. Все спят.
Стараясь не шуметь, мы прокрались к лестнице. Спустились в холл, и Волков свернул к стойке ресепшен, за которой виднелась дверь.
– Сможешь вскрыть замок? – уточнил товарищ.
Я удивленно посмотрел на него, но Волков невозмутимо парировал:
– Ну, ты же вырос в приюте.
Я осмотрел стойку ресепшен, вытащил две скрепки и разогнул их. Присел напротив двери и принялся осторожно вскрывать замок. Послышался щелчок, и я встал. Затем опустил ручку двери:
– Прошу.
– Жди здесь, – предупредил меня Сергей и скрылся в помещении. Я же прикрыл дверь и спрятался за стойкой.
Интересно, кто подставил Ладу? Он умен и хитер. Смог предусмотреть почти все. Даже отбить запах. Словно бы знал, что Волков обладает некоторыми особенностями. Или…
Мне отчего-то вспомнилась Иванова. Когда она пришла в мою комнату и лежала на кровати. И тогда в ней не было ничего от той неуклюжей, робкой девушки, которую я знал. Образ той же самой Лады нарисовал мне болотник.
Я сунул руку в карман и нащупал там пузырек, в котором перекатывались таблетки. Вытащил его, уставившись на этикетку. Видимо, я сунул его в карман, когда прятался от гостя в комнате Лады.
– Все, – послышался тихий шепот за спиной. – Можем уходить.
Я обернулся. Сергей стоял в паре шагов от меня. В руках товарищ держал новую куртку из полевой формы.
– Только что ты стал соучастником кражи государева имущества, – хитро подмигнул он. – А за такое в Империи грозит дыба.
Я только фыркнул:
– Поговаривают, некоторые семьи миллионами рублей воруют. И ничего.
– Твоя правда, – согласился парень.
– Ты взял только одну куртку? – поинтересовался я. – А себе?
– Мою нашел охотник, – хитро прищурился Волков. – Всю изодранную неизвестным зверьем. Мне это только на руку.
А затем его взгляд упал на пузырек таблеток. И его лицо мигом растеряло былую веселость.
– А я смотрю, ты тоже полон сюрпризов, друже, – тихо прохрипел он. – Откуда они у тебя?
– Знаешь, что это?
– Я перевертыш. Конечно, знаю.
Волков достал из кармана такой же пузырек и показал его мне:
– А теперь колись, какое у тебя тотемное животное? Медведь? И почему ты не перекинулся тогда, во время боя с болотником?
– Не понимаю, о чем ты, – покачал я головой.
– Ага, как же! – хмыкнул Волков. – Это
