же без этого, профессионал я или нет?
— Ну что же, вы почти сумели провести меня, Евгений! — сказал я и увидел, как у мужчины удивленно поднялись брови. — Ведь на самом деле вы загадали другой цветок и это «роза», верно я говорю?
Евгений кивнул и тоже улыбнулся, но я продолжал добивать его:
— Ну, теперь вы думаете, что я ошибся и сначала не угадал цветок, но что вы скажете на то, что нужный вариант сейчас написан на бумажке, которая находится в кармане своих штанов!
И я указал на его карман.
— Пожалуйста, посмотрите, что у вас там в кармане? — спросил я с улыбкой. — Вы получите подтверждение моим словам.
Евгений удивленно полез в штаны и тоже достал оттуда сложенный лист. Публика в зале зашумела. Машинист развернул бумагу и громко прочитал:
— Роза!
Зрители ахнули и захлопали в ладони. Я скромно улыбался и кланялся, хотя сам до этого сунул бумажку с запасным словом в карман Евгения, когда приобнял его при встрече. Вот так всегда приходится на всякий случай подстраховаться, чтобы не попасть впросак.
По плану выступление должно было продолжаться еще в течение часа, но в это время в зал вошел Аксаков. Встал у дверей с самым невозмутимым выражением лица, какое только можно придумать, сложил руки на груди и уставился на меня.
Ну, ясно. Белокрылова прислала. Чтобы, значит, поторопить меня. Вот чего я так и не любил, так это давления на себя. Поэтому я не обратил внимания на застывшего у двери сыщика и продолжил выступление.
Закончил через минут сорок, отменив два номера, потому что Аксаков недвусмысленно показал на запястье и махнул рукой, призывая уходить. Что у них там стряслось такое? Наверное, опять что-то неладное с этими автоматчиками.
Но даже после окончания номера уйти сразу не удалось. Ну как тут убежишь со сцены, когда зал награждает тебя продолжительными аплодисментами. А едва я все-таки спустился, как давешняя Катя вцепилась мне в локоть.
— Послушайте, возьмите меня в ученицы. Я тоже хочу научиться таким трюкам.
Я заглянул в ее блестящие черные глаза, оценил сочные пухлые губки и точеный носик. И славную фигурку, притягивающую мужские взгляды, как магнит. Сразу представил, как накручиваю на кулак эти длинные светлые волосы, когда нахожусь позади нее в постели…
— Ну, раз вы так хотите. Отчего же и не поучить разным трюкам. Мне как раз требуется ассистентка, — я поглядел на Аксакова, неотрывно вонзающего в меня свой взор. — Какой у вас телефон, я вам позвоню и мы обсудим детали сотрудничества?
— Отлично, звоните по вечерам, а то я на работе, — просияла Катя. — А куда вы запишите?
Я снисходительно улыбнулся.
— Диктуйте, я запомню.
Девушка продиктовала номер и я смог наконец от нее избавиться. Пожал на ходу руки еще нескольким рабочим, которые хотели лично поблагодарить меня за выступления и подошел было к Аксакову.
Но добраться до него было все равно трудно. Путь преградил Колосков, хмурый и удивленный.
— Что это за номера такие, Ян? В первый раз вижу. Ты обновил программу, а мне ничего не сказал?
Я похлопал толстячка по плечу.
— Дима, дружище, это была чистая импровизация. Я просто совсем не мог сегодня гипнотизировать, поэтому заменил выступление на эти простые, но эффективные трюки.
— Но все равно надо было…
Тут уже Аксаков не стал ждать и пробился ко мне, оттеснив Колоскова.
— Мне долго тебя ждать? С самого утра руководство планирует начать операцию по внедрению, его все ждут, а он здесь красуется на сцене. С девушками воркует. Пойдем скорее.
Мой агент недоуменно поглядел на незваного гостя.
— Эй, Ян, кто это? Что за руководство тебя ждет? Стоило тебя оставить на пару дней, как тут появились всякие прохиндеи.
Аксаков показал ему удостоверение и Колосков сразу заткнулся. Потом сыщик указал мне на выход.
— Пошли скорее. Если еще не передумал. Ты же хочешь принять участие в операции по Пиковому королю? Вот помоги нам своим даром гипнотизера и мы подумаем, как помочь тебе.
Я на мгновение застыл в размышления и этим тут же воспользовался мой приятель.
— Э, минуточку, — вмешался Колосков, который всегда отличался быстротой мышления. — Я представляю интересы этого человека, в том числе в контактах с государственными органами. И если вы хотите воспользоваться его услугами, как гипнотизера, вы обязаны заключить с ним контракт и выплатить соответствующее вознаграждение. В том числе, и включая мои услуги.
Аксаков с презрением посмотрел на ловкого дельца. В советское время жажда к наживе осуждалась и считалась постыдной. А в случае спекуляции и сурово каралась.
— Не бойтесь, мы его не обидим. А теперь пойдем, Ян, у нас совсем нет времени.
И мы пошли к выходу. Колосков остался в актовом зале, потому что ему надо было переговорить с секретарем профкома.
Когда мы сели в машину с неизменным Михалычем за рулем, я спросил:
— Ну, и для чего я понадобился вам с этими автоматчиками? Как вы собрались их гипнотизировать?
Машина стремительно сорвалась с места и помчалась по улице. Да, мы и в самом деле куда-то сильно торопились.
— Коротко говоря, мы по оперативным каналам вышли на след этих людей, — сказал Аксаков. — Одного зовут Зеленка, а второго Балановский. Главарь явно второй. Они планируют сегодня напасть на сберкассу, с применением автоматов. Мы взяли одного свидетеля из криминальной среды, который и слил нам эту информацию. Но когда и где это произойдет, он не признается. Вот мы и хотим, чтобы ты допросил его и вытащил из него все сведения.
— А, ну так бы сразу и сказал, — я пожал плечами. — Конечно, помогу. Давай, где он там, этот ваш упрямец. Будем вскрывать его мозги, как банку с консервами. И не забывайте, что сегодня Пиковый король нанесет удар.
***
Тот, кого Климов считал Пиковым королем, в это самое время готовился к ритуалу.
В сущности, все уже было готово. Этот человек жил двойной жизнью. В дневное время это был тихий сантехник, работник ЖЭКа. Скромный, улыбчивый, малоразговорчивый. Ему было за сорок лет. Начальство не могло на него нахвалиться. Среднего роста, почти без особых примет, если не считать шрамы на спине, которых, впрочем, никто не видел.
В ночное время он спал мало. Это было связано с давно приобретенным психическим расстройством, в результате которого ему было достаточно
