Привратник открыл ей дверь в квартиру. Зайдя внутрь, Энни включила свет и осмотрелась.
— Неплохо, — пробормотала она.
Интересно, почему Пит никогда не приглашал ее сюда? Удобная кожаная мебель стоила немалых денег. Декоратор использовал нейтральные тона, чтобы подчеркнуть размеры комнаты. В квартире было две спальни, кухня, небольшая столовая и гостиная, целую стену которой занимал камин. У противоположной стены стоял громадный телевизор. И как только Пит находил время смотреть телевизор и разводить огонь в камине? На первый взгляд казалось, что в квартире давно никто не бывал. Но войдя в кухню, Энни нахмурилась. На столе стояли две кофейные чашки и кофейник с остатками кофе. Кровать в одной из спален была не застелена, а рядом с ней на тумбочке стояла бутылка из-под ликера и пара рюмок. Энни наклонилась и понюхала подушки. Разные запахи. Один она определила безошибочно, так пахли знакомые ей духи, а вот второй… Что-то легкое, цветочное, причем не лосьон и не шампунь, Возможно, совсем недавно здесь побывали Мэдди и Дженни. Весьма вероятно.
Энни набрала номер Пита, он снял трубку после второго звонка.
— Это Энни, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал беззаботно.
— Узнала что-нибудь?
Она выложила ему все скудные сведения.
— Нет, у Мэдди нет родственников, — растерянно проговорил Пит. — Если, конечно, не считать мачеху, с которой она не поддерживает никаких отношений. По-моему, у той есть еще и сын. Дженни, как и Мэдди, одна, поэтому они и подружились еще в детстве.
— В каком виде ты оставил свою квартиру?
— Возможно, небольшой беспорядок, но дважды в неделю приходит Леона и все убирает. А что?
— Кто-то сюда заходил. Постель разобрана, и подушки выглядят так, будто на них кто-то спал. В кухне и на тумбочке возле кровати немытые чашки и пустая бутылка из-под ликера.
— Ого. Ночь перед отъездом я провел у Мэдди. По-моему, у себя дома я оставил в углу кое-какую одежду и постельное белье, чтобы Леона сдала их в стирку. На буфете в столовой лежит чек?
— Там нет ничего, кроме пыли.
— Значит, Леона заходила после моего отъезда.
— Может, она приводила сюда мужчину? — помедлив, спросила Энни.
Пит фыркнул.
— Леоне шестьдесят пять, и ее допекает артрит в коленях. К тому же у нее неудачный брак и нет времени на вечеринки. А самое главное, у Леоны нет ключа, ее впускает привратник, который и закрывает дверь, когда она уходит. За эту маленькую услугу я делаю ему подарки к Рождеству. Что-то стряслось, Энни?
— У меня такое предчувствие, что да. Вполне возможно, что-то вынудило Мэдди и Дженни уехать из города, и они… — Она почувствовала, что не может внятно объяснить свои опасения. — У тебя есть возможность вернуться пораньше?
— Нет. Если я сорвусь, то сделка не состоится. Я — связующее звено. Этим людям, похоже, нравится работать со мной, потому что они просят вести свои дела только меня. Я буду работать день и ночь, чтобы поскорее закончить. Знаешь что, поезжай к «Волшебной сказке» утром и посмотри, не откроется ли она. Потом позвони мне. Не знаю, как отблагодарить тебя за все. Ладно, поговорим завтра.
Она почему-то не сказала ему, что уже заходила в магазин, возможно, потому, что не хотела его волновать. Проще съездить туда еще раз.
— Я знаю, что для меня ты сделал бы то же самое. Спокойной ночи, Пит.
Энни перенесла телефон на тумбочку около кровати и поставила его рядом с фотографией Пита и Мэдди. Она взяла ее в руки. Оба выглядели очень счастливыми.
— Сделай его счастливым, — прошептала Энни, смахнув слезу. — Не заставляй его страдать.
Спать не хотелось, поэтому Энни отнесла в кухню чашки и бутылку, помыла их и сварила себе кофе. Она поняла, что голодна, но ничего не нашла в холодильнике, зато морозильник был набит битком. Она достала оттуда кое-что и положила в микроволновую печь размораживаться.
Сбросив туфли и расстегнув жакет, Энни вошла в спальню. За дверью на крючке висел махровый халат Пита, она узнала его по запаху одеколона. Энни просунула руки в рукава халата и завернулась в него, вдыхая знакомый запах, потом вернулась в кухню. Налила себе кофе, достала из кейса купленную в аэропорту газету и прилегла на диван. Сама мысль о том, чтобы лечь сегодня в постель Пита, казалась ей пыткой. Она опять задумалась, почему он никогда не приглашал ее сюда. Когда ей доводилось приезжать в Нью-Йорк, он оплачивал счет в отеле, но ни разу не пригласил сюда.
Да, Деннис абсолютно прав, она по уши влюблена в Пита. Безответная любовь, черт бы ее побрал.
— Тебе не мешало бы любить его так, как люблю я, — сквозь слезы пробормотала Энни, разворачивая газету.
Она пробежала глазами статью об иске, предъявленном «Дженерал Моторс» за продажу автомобиля с заведомым браком. Потом подумала, знает ли Пит, что Джек Никлаус выиграл соревнования по гольфу. Надо не забыть сказать ему об этом. В колонке криминальных новостей ее внимание привлекла заметка об убийстве двух человек в воскресенье утром.
— Вот это и есть Нью-Йорк, — буркнула она. — Женщина, ставшая случайным очевидцем преступления, собиралась давать показания в суде, после чего ее с мужем нашли мертвыми.
Энни с досадой бросила газету на кофейный столик и включила в телевизор. Шел какой-то боевик, но она никак не могла сосредоточиться на том, что происходило на экране.
В конце концов Энни заснула, уткнувшись лицом в мягкий рукав халата. Перед тем как отключиться, она подумала о том, что настоящая любовь — это когда ты делаешь все, чтобы подарить счастье любимому человеку даже ценой своего собственного.
* * *
Ровно в десять утра Энни подъехала к «Волшебной сказке». Двойная белая дверь понравилась ей еще вчера. Мэдди, похоже, знала толк в оформлении. Как она поняла со слов Пита, в «Волшебной сказке» продавалась одежда, сшитая в единственном экземпляре. Пит всегда питал слабость к такого рода бизнесу. Его банковский счет не пострадает, потому что владелица магазина — жена. Все для семьи — принцип Пита.
Чувствуя, как тревожно забилось сердце, и не понимая почему, Энни вошла в магазин и осмотрелась. Здесь царила необычная приятная атмосфера, очень подходившая к экзотическому ассортименту. К ней подошли две женщины.
— Я могу поговорить с Мэдди Штерн?
— Мисс Штерн уехала по семейным делам несколько дней назад, — ответила одна из женщин. — Мы ничем не сможем вам помочь?
Энни пожала плечами.
— А кто вы?
— Мы — ее кузины, — сказала вторая женщина пристально разглядывая Энни. — Как вас зовут?
— Рут Энн Габриэль. Я из Бостона. Жених Мэдди пытался дозвониться до нее, но ему ответили, что телефон отключен. Я поехала к ней домой и нашла только записку. Мне необходимо как можно скорее встретиться с ней. Раз вы родственники Мэдди, вы должны знать, где ее найти. Похоже, случилось что-то по-настоящему серьезное, я имею в виду ее семейные дела, если она оставила магазин сразу после открытия. — Она улыбнулась женщинам и по их каменным лицам неожиданно догадалась, что они из полиции.
