Читаем без скачивания Ни за какие сокровища - Фальски Вера

Тадеуш смутился.

– Эвуля, ну извини, пару пива выпил для куража. Не злись, мы справимся. Смотри, дочка, все нормально.

Отец встал и, пытаясь доказать, что не пьян, принялся демонстрировать свою способность передвигаться по прямой. Эва отправила его под кран умыться. Через несколько минут, похоже, он кое-как привел себя в порядок. Даже надел белую рубашку. Зато Марыся в флуоресцентном платьице, настолько обтягивающем, что выглядела как пасхальный окорок, вызвала в Эве некоторую панику. Однако предложение сменить наряд встретило сопротивление.

– Ну что ты, это мое лучшее платье! – фыркнула Маня, благоухая конфетным ароматом дешевых духов.

Эва беспомощно посмотрела вслед исчезнувшей в кухне сестре. Но следовало признать, что стол она накрыла красиво, в центре поставила вазу с недавно срезанными в саду и сильно пахнущими флоксами, и пришлось простить ей выбор наряда. Ханка же не удосужилась даже сменить штаны, испачканные пятнами жира, и надеть чистую одежду. Эва тяжело вздохнула. «Все будет непросто», – подумала она, однако надеялась, что, когда скажет семье о том, что Александр собирается для них сделать, атмосфера сразу изменится к лучшему. Пока же она держала все в тайне – предложение Александра должно стать сюрпризом.

Эва поднялась к герою сегодняшнего дня, еще не знающему, что он виновник происходящего. Домочадцы были так взволнованы встречей с гостем, что совсем забыли о Бартеке. Эва заранее помогла ему нарядно одеться, но после нескольких часов ожидания белая рубашка была покрыта цветными узорами, выполненными с помощью фломастеров, которыми сейчас Бартек старательно рисовал космический корабль на стене над кроватью. Эва только вздохнула.

– Бартусь, идем вниз. К нам приехал Алекс.

Мальчик сразу бросил фломастеры и подпрыгнул, радуясь встрече с полюбившимся ему человеком.

Александр уже вышел из машины, и Эва, умирая от страха, направилась ему навстречу.

Началось знакомство. Александр, как и ожидалось, был на высоте: он каждому нашел что сказать при приветствии, и это получилось совершенно естественно. Пожалуй, за исключением Ханки, которая удостоила его только своим «Бог в помощь». Предупрежденный Эвой Александр принял это с пониманием, после чего Ханка, надутая и обиженная, замолчала окончательно и только бурчала что-то себе под нос, когда к ней обращались. Она демонстративно царапала что-то в разложенной на столе тетради, опустив голову так, что длинные волосы почти закрывали лицо.

Эва закатила глаза. Александр поймал ее взгляд и улыбнулся, как бы говоря: «Не переживай, мы справимся». Все уселись за стол. Эва и Марыся занялись приготовлением оладий, чтобы подать свежие и пышные. Ситуацию спас Бартек, который без церемоний забрался Алексу на колени.

– Когда мы поедем к лошадке? – спросил он.

– Когда хочешь. Можем даже завтра.

– Завтра мы с Бартеком едем на реабилитацию в город, – неожиданно подала голос Ханка с другой стороны стола. Ее красивое тонкое лицо наконец показалось между светлыми прядями. – А перед этим мне надо быть в костеле, я обещала сделать ксерокопии песенников.

– Мы можем поехать все вместе. Потом заедем на конезавод.

– Поедем, поедем! – Намазанное автозагаром лицо Марыси словно посветлело от радости.

– Не будет времени, Маня, – остудила сестру Ханка.

Эве хотелось убить ее взглядом. «Что за противная девчонка!» – подумала она и отрицательно покачала головой Алексу, который все поглядывал на нее, ожидая знака, что уже пора объявить новость. Она чувствовала, что подходящий момент еще не наступил, все время было что-то не так. Эва и сама не могла избавиться от напряжения, испытываемого с самого утра.

Наконец оладьи были разложены по тарелкам, и все принялись есть.

– Великолепно! – восхищался Александр.

Неожиданно отец встал из-за стола. Подошел к буфету и достал из ящика бутылку.

– Так что, пан Александр, по рюмочке?

– О нет, только не это!

Эва вскочила с места. Из-за всей этой суматохи она даже не подумала проверить, не принес ли отец с собой выпивку. Она попробовала отобрать бутылку, но отец неожиданно ловко уклонился. Девушка сообразила, что Александр на них смотрит, и ее залила волна стыда.

– Может, одна не навредит?

Она знала, что навредит, но сил протестовать не было, и злилась на себя, что уступает под натиском стыда. Отец налил в две рюмки – на бутылке даже не было этикетки, но цвет выдавал водку.

– За что? – спросил он, глядя на Александра.

Тот встал.

– Прежде всего хочу поблагодарить за приглашение в этот дом. Как вам известно, я имею честь знать вашу дочь.

Отец, не дожидаясь окончания тоста, выпил. И сразу налил следующую рюмку. Эва в отчаянии смотрела на него.

– Я отдаю себе отчет в том, что для всех это неожиданная ситуация, и хотел бы заверить, что искренне уважаю Эву и желаю ей добра. Поэтому предлагаю тост за тебя, любимая, – обратился к ней Алекс.

– Иисус… – послышалась сдавленный стон со стороны, где сидела Ханка, которая, похоже, даже не заметила, что помянула имя Божие всуе.

Александр выпил, отец тоже – и снова потянулся к бутылке. Эва не выдержала.

– Хватит, папа! – И забрала бутылку со стола.

– Оставь! – Отец поднялся, перевернув стул. Было видно, что он плохо держится на ногах. – Выпьем с паном Александром, раз уж встретились.

– Может, действительно хватит? – вмешался Алекс.

Тадеуш попытался вырвать у дочери бутылку, она сопротивлялась. Когда Александр встал с места, у Эвы сдали нервы, и она ударила отца по лицу. Он замер как вкопанный, безумными глазами глядя то на нее, то на Александра. Эва задыхалась, словно только что пробежала длинную дистанцию.

– Если ты можешь с ним гулять, то я могу напиться в собственном доме!

Эва стала белой как стена.

– Как ты можешь такое говорить! – со слезами выкрикнула она. – Ты даже не знаешь, зачем Александр сюда приехал! А ты, ты… – Не закончив, она с плачем выбежала из дома.

Александр вышел следом. Эва бежала вверх по склону, не обращая внимания на сорняки, которые ранили ноги.

– Подожди! – крикнул Алекс.

Но девушка его не слышала. Ей хотелось убежать от всех. Вот идиотка! Разве что-то из этого могло получиться? Она из такой, а не из другой семьи, и ничего не изменится. Теперь Алекс знает, что это означает. Она не сможет посмотреть ему в глаза! Унижение сжигало ее изнутри.

Он догнал ее и схватил за плечи. Эва вырывалась, но он держал крепко и не отпускал, пока она не успокоилась. Только через некоторое время она смогла посмотреть ему в лицо.

– Я не хотела, чтобы ты это увидел.

– Это ничего не меняет. Я люблю тебя, а не твою семью.

Он это сказал? Должно быть, сейчас она потеряет сознание. Он произнес ЭТИ слова вслух?!

Как это возможно? Ведь всего мгновение назад было очень страшно! Как же он сделать так, что теперь вдруг все преобразилось? Эва уткнулась лицом ему в грудь.

Глава 14

Проснувшись, Эва, прежде чем открыть глаза, еще мгновение надеялась, что картины, проносящиеся в ее голове, – просто ночные кошмары, которые можно уничтожить быстрым движением век. Но, к сожалению, это была реальность, а не сны. Эва сжала спрятанные под одеялом кулаки. Почему она появилась на свет в такой безнадежно плохой семье, которая стала еще более безнадежной после смерти мамы? Слезы навернулись ей на глаза. Она вспоминала, как отец ее унизил, и испытывала стыд за дикую сцену.

Это было ужасно несправедливо! Она переживала самые прекрасные мгновения в жизни. Встретила сказочного принца, только в реальном мире. Принц, который, как было уже официально сказано, полюбил ее! А она не могла полностью наслаждаться тем, что с ней случилось. Удар нанесли люди, которые больше всех должны были ее поддерживать.

Она сумела закончить пять факультетов, две аспирантуры и начать писать докторскую, а благодаря обширным знаниям и начитанности без особых проблем могла вести беседу на любую тему на трех языках с представителями иного социального класса. Но все это не имело значения. Что с того, что на самом примитивном уровне она избавилась от комплекса провинциалки? Да, она вложила в это много усилий и тяжелого труда. Но кого она хочет обмануть? Она никогда не сможет скрыть свое происхождение. Узкое мировоззрение, неотесанность и полное отсутствие такта у ближайших родственников полностью обнажили мир, из которого она пришла. Это был и ее мир. И он никак не подходил Александру, который сейчас спал и дышал рядом. Как такой, как он, сможет долго испытывать чувства к ней, представительнице другого мира?