Проталкиваясь к выходу через толпу вновь прибывших полуночников, Дарк был слишком сильно занят своими мыслями, чтобы заметить несколько посетителей, внимательно следивших за его действиями. Как только он вышел, хлопнув на прощание дверью, из-за крайнего к проходу стола поднялся обычный, ничем не приметный мужчина, закутанный в потрепанный плащ, и неторопливо направился к выходу.
Ночь была прекрасна. Луна сверкала на небе в окружении ярких звезд, отбрасывала мягкий и нежный свет на стены и крыши кирпичных домов, играла своими лучами в струях фонтана и уныло отражалась в глади бассейна. Загадочный блеск фонарей и пламя уличных факелов делали ночной город таинственным и настраивали редких прохожих на романтический лад.
Любуясь пейзажами ночного города, Дарк не заметил, как свернул с площади в узкий проулок. Сейчас его мысли всецело занимала Ильза, которой незаметно удалось в течение последних нескольких дней глубоко запасть в сердце солдата.
Возможно, Дарк и был романтиком, но мыслил всегда трезво, порою чересчур трезво, по-другому как-то не получалось. Он не мечтал о дальнейшем развитии отношений, прекрасно понимая, что она амазонка и этим сказано все. Но сейчас хотелось расслабиться и наедине с самим собою вспомнить прекрасные, может быть, немного идеализированные моменты общения с нею, хотя бы на минуту погрузиться в заманчивый и иллюзорный мир любовных грез.
Забыв о реальности и потеряв бдительность, он все дальше и дальше брел по узким улочкам города, удаляясь от площади и прилегающих к ней хорошо охраняемых ночью кварталов.
Внезапно в голове капитана прозвенел зуммер опасности, отодвигая полуночные несбыточные мечты в самый дальний угол сознания. Он услышал шаги. Кто-то шел за ним, точнее, крался, стараясь ступать как можно тише по булыжной мостовой.
Рука быстро легла на рукоять меча, он резко развернулся, выхватывая нордер из ножен. Всего шагах в пяти от него стоял мужчина в длинном плаще, лица которого не было видно из-за низко опущенного капюшона. Голос незнакомца прозвучал отчетливо и совершенно спокойно:
– Кошелек на землю – и пошел к черту! Мне ничего больше не нужно.
Не вступая в излишние разговоры с нахальным ночным грабителем, Дарк приступил к действиям, кинулся на него с занесенным для удара мечом. Рука незнакомца мгновенно выпорхнула из-под полы длинного плаща, и Дарк почувствовал, как горло сжала тонкая леска с металлическим шариком на конце. Инерции броска было достаточно, чтобы леска несколько раз обвилась вокруг шеи. Едва заметный рывок руки вора, и жертва бессильно упала на мостовую, потеряв и меч, и сознание.
Он очнулся от холодных капель дождя, безжалостно барабанящих по лицу. Откашлявшись и растерев ноющую от резкой боли шею, ему удалось сесть. Уже было раннее утро, часа четыре, не больше. Полночи он провалялся на холодной и мокрой мостовой, на том самом месте, где его ограбили. Кошелька, конечно же, не было. К счастью, он вчера забыл переложить бумаги Уильфорда в новую куртку. Иногда забывчивость спасает. С трудом опершись руками о брусчатку, Дарк встал сначала на четвереньки, затем рывком на ноги. Его колотило от холода, ноги не слушались, а голова кружилась. Осторожно размяв затекшую шею, он побрел, шатаясь из стороны в сторону, обратно в гостиницу. Вчерашний грабитель бессовестно наврал – кроме кошелька, он забрал и меч.
Открыв дверь номера, Дарк обреченно прислонился к дверному косяку и бессильно сполз на пол. Его ожидало новое разочарование – Ильзы в комнате не было. На аккуратно застеленной кровати лежал исписанный клочок бумаги. Собравшись с силами, он поднялся, закрыл дверь и подошел ближе к пустому ложу, чтобы прочесть записку.
«Прощай, Дарк! Я должна уйти. Долги надо отдавать. Быть может, еще увидимся».
«Скудные отрывистые фразы и ничего более, даже подписи нет», – печально констатировал Дарк.
Устало повалившись на кровать и не считая необходимым снять грязную и мокрую одежду, он попытался ненадолго забыться, чтобы потом, со свежими силами, осмыслить происшедшие с ним события заново.
Из состояния дремотного полусна его вывел громкий, настойчивый стук в дверь. Разозлясь на бесцеремонных посетителей, он быстро вскочил с кровати и ринулся к двери, намереваясь настучать по глупым головам незваных гостей.
Порыв гнева угас, как только дверь распахнулась. Перед ним стоял отряд стражи в полной боевой форме.
– Собирайся, тебя хочет видеть Диверто! – голосом, не допускающим пререканий, заявил командир.
Глава 10
Барон Диверто и компания
Его раньше никогда не арестовывали. Армейская гауптвахта нечто иное, чем гражданская тюрьма, а осужденные за провинности любой степени тяжести солдаты и офицеры чаще всего являлись туда самостоятельно и добровольно, прийти под конвоем считалось позором и клеймом на всю жизнь.
Представления об обычном аресте были смутными и расплывчатыми, сформированными на основе красочных россказней друзей и просто знакомых. Народные байки образовали у него в голове весьма неприглядный штамп процедуры задержания обвиняемого: стража является рано утром, солдаты сразу с порога бьют заключенного и его домочадцев, переворачивают все вверх дном, распарывают подушки и перины, ища вещественные доказательства, возможно, и не совершенного им злодеяния. Затем избитого до полусмерти подозреваемого вытаскивают во двор, связывают руки и привязанным за хвост лошади волокут по дорожной пыли аж до самой тюрьмы.
Процедура его собственного ареста приятно удивила Дарка, она абсолютно не соответствовала имеющемуся стереотипу, за исключением, пожалуй, того, что визит стражи пришелся действительно на очень ранний час.
Командир конвоя проследовал за ним в комнату и сел на стоящий возле кровати табурет, видимо, решив немного отдохнуть, пока его «клиент» собирается. Отряхнув костюм и забрав драгоценные бумаги из старой куртки, Дарк подошел к двери и развел руки, давая знак офицеру, что готов следовать за ним.
Командир поднялся и, подойдя к двери, обратился к задержанному:
– Милостивый государь, мне кажется, вы что-то забыли.
Дарк удивленно пожал плечами, показывая, что не понимает собеседника. Его также крайне насторожило вежливое обращение, нехарактерное для подобной ситуации.
– Вы же дворянин и, кажется, офицер, не соблаговолили бы вы захватить свой меч? – настойчиво попросил офицер, глядя на Дарка в упор.
– К сожалению, не могу. Меня сегодня ночью ограбили на улице вашего гостеприимного города, оружие прихватили вместе с кошельком, так что придется пройтись как простолюдину. Одна надежда, что в ранний час мало кто это заметит, – стараясь выдержать корректный, уважительный тон беседы, ответил Дарк.
– Хорошо, – сказал офицер, утвердительно кивнув, – связывать мы вас не будем, но прошу для вашей же личной безопасности надеть вот это…
В руке офицера появилась черная деревянная маска, предназначенная для того, чтобы полностью закрыть лицо задержанного от взглядов прохожих.
– Предупреждаю, – продолжил стражник, – если вы откажетесь, мне приказано применить силу, связать вас и, все равно надев маску, привести к господину барону.
«Странные обычаи, – думал Дарк, крутя в руках весьма неординарный атрибут ареста, – может, ношение масок здесь считается позором и меня хотят морально сломать еще до начала допроса? Ну ладно, там посмотрим. А пока поиграем в маскарад…»
Он не стал пререкаться и задавать лишние, ничего не значащие вопросы. Зачем расспрашивать обычного стражника, когда через каких-то полчаса у него встреча с самим бароном.
Послушно надев маску, он последовал за конвоирами. Спускаясь с лестницы, подумал: «Почему барон послал за мной стражу, а не своих подручных? Может быть, стражники подосланы одной из разведок, чтобы перехватить документы? Но зачем тогда куда-то вести, почему просто не прибить?» Мучаясь подозрениями, Дарк понимал, что сделать пока все равно ничего не сможет, но решил быть настороже.
