Его опасения, к счастью, оказались напрасными. Конвой шел по центральным улицам, и солдаты обменивались на ходу приветственными выкриками с сослуживцами из городских патрулей. С ним обращались на удивление уважительно. Конвоиры не подходили чересчур близко, не подгоняли древками алебард и даже не оскорбляли ведомого. «Все-таки и у демократии есть свои маленькие, но приятные преимущества», – думал он, легким прогулочным шагом следуя за офицером.
Вскоре сомнения совсем развеялись, его подвели к большому дому, над раскрытой дверью которого красовалась черная табличка в форме рыцарского щита. «Специальная служба Кодвуса по… защите чего-то там от кого-то там», – гласили красиво выточенные, позолоченные буквы.
«Написали бы проще «бригада Рональда», сэкономили бы и деньги, и место», – почему-то пришло ему в голову.
Пройдя громадный холл и пару заурядных, ничем не привлекательных коридоров, его повели не в подвал, а к кабинету шефа спецслужбы. «Сразу бить не будут, это радует», – промелькнуло в сознании.
Офицер удалился в раскрытую дверь кабинета, дав указание своим подчиненным и Дарку ждать в коридоре.
Несмотря на ранний час, работа в заведении уже началась: из открытых дверей кабинетов слышался скрип гусиных перьев, по коридору то и дело сновали служащие канцелярии, ничем не отличающиеся от обычных мелких чиновников, красочно называемых настоящими бойцами, такими как Гаврий и Профессор, «служками».
Дверь неожиданно распахнулась, и вновь появившийся командир приказал Дарку и двум иным конвоя зайти внутрь. Кабинет Диверто поражал не только малыми размерами, но и простотой, если не сказать убогостью обстановки. Даже Богорт и Агнета, вожди из глухого леса, старались создать атмосферу величия и мужественности вокруг своих персон, развешивая по стенам охотничьи трофеи и огромное количество оружия, Диверто же, несмотря на признанную далеко за пределами Кодвуса значимость своего положения, не пытался подчеркнуть его внешними атрибутами.
Пара стульев, скамья, книжный шкаф и огромный дубовый стол, заваленный грудой книг, черновиков и официальных бумаг – вот и все убранство обители великого человека, которого многие политические противники и короли соседних держав считали истинным правителем этих земель. У Дарка было достаточно времени присмотреться не только к обстановке, но и к сидевшему за столом хозяину кабинета, занятому прочтением каких-то срочных бумаг.
Рональд Диверто был бароном в классическом смысле слова: высок, жилист и мускулист. В фигуре чувствовалась неимоверная физическая сила и грация. Ниспадающие на плечи длинные белые волосы гармонично дополняли острые скулы и ястребиные черты лица. Дарк видел барона впервые в жизни, еще и не разговаривал с ним, но сразу понял, что «мышонок попал в лапы хищника». Пытаться обмануть или перехитрить этого человека бесполезно. Можно было только молиться, чтобы Диверто поверил ему и не посчитал бы своим врагом.
Впечатление усилилось, когда Рональд наконец-то оторвался от прочтения бумаг и посмотрел на него холодными, пронизывающими насквозь глазами. В этот момент Дарк благодарил всех известных ему богов, что он в маске и Диверто не заметил смущения и страха, исказивших его лицо.
– Милостивый государь, вы можете снять маску, она вам пока не нужна, – таким же ледяным, как и взгляд, голосом произнес Рональд. – Вчера, ближе к вечеру, пришел отчет от моих служащих, посмотрите, не о вас ли там идет речь?
Барон положил на край стола исписанный крупным, неуверенным почерком лист бумаги.
Слегка дрожащей рукой Дарк взял документ и быстро пробежался по строчкам. Отчет был составлен действительно о нем, о том, что они с Фламером и Ильзой вышли из Леса и натолкнулись на «теней».
Еще тогда он предполагал, что солдаты «бригады» поставят в известность начальство, но думал, что произойдет это не так скоро. «В конце концов, нет худа без добра, – подумал Дарк, – если бы не донос, то кто его знает, сколько бы пришлось обивать пороги приемных, чтобы встретиться с самим Рональдом».
– Так точно, обо мне, Ваше Высочество, – по-армейски бойко отрапортовал Дарк и встал навытяжку.
– Во-первых, я не Высочество, а во-вторых, – бумаги на стол!
Дарк утвердительно кивнул и положил на край стола перевязанный бечевкой пакет. Барон разорвал веревку и начал быстро перелистывать документы, затем отложил их в сторону и занялся пристальным изучением Дарка.
– Надо же, действительно они, притом все, – произнес с ухмылкой Диверто и отдал приказание страже удалиться, затем, вызывающе глядя прямо в глаза Дарка, продолжил: – У вас, молодой человек, всего пять минут, чтобы доказать, что вы не шпион. Начинайте, время пошло!
Уже в …надцатый раз Дарку приходилось рассказывать историю своих злоключений. «Надо было еще в Лесу не полениться и изложить все на бумаге, чтобы потом просто раздавать всем заинтересованным лицам в письменном виде», – думал он, подробно докладывая барону о лесных похождениях. Лицо Рональда ничего не выражало, как, впрочем, и лица всех тех, кому Дарк озвучивал эту историю ранее.
– Ну что ж, молодой человек, поздравляю! Вы меня почти убедили, и ваша жизнь теперь почти в безопасности, – сказал по окончании увлекательного повествования барон. – Ответьте на мои вопросы, и это «почти» превратится в «полностью».
– Слушаю, Ваше Высочество!
– Я уже говорил, что так ко мне не обращаются, юноша. Если хотите отдать дань уважения моим заслугам, то называйте меня «господин барон» и сядьте, мы не на плацу.
Присев на стоящий поблизости стул, Дарк позволил себе немного расслабиться. Причина тому заключалась не в предложении сесть, а в том, что лицо барона изменилось. Оно не стало мягче или добрее, ушло лишь напряжение мышц. Рональд стал походить на хищника, который не на охоте, а Дарк, соответственно, перестал чувствовать себя дичью.
– Итак, вопрос первый, – снова заговорил после недолгой паузы Рональд, – почему не пришли ко мне сразу, еще вчера?
– Захотелось отдохнуть и отоспаться, господин барон, – честно признался Дарк.
– Вы что же, не отдавали себе отчет, что с такими бумагами надо являться как можно скорее?
– Конечно же, отдавал, господин барон, я также предполагал, что у вас будет много вопросов, на которые весьма затруднительно отвечать сразу после прогулки от «Великих низин» до Кодвуса, во время которой постоянно получаешь по голове…
– Допустим, – ухмыльнулся барон, откидываясь на спинку кресла, – а кто те двое, ваши попутчики?
– Фламер – тоже имперский офицер, мой сослуживец. Встретились в лесу и пробивались вместе…
– И где же он теперь? – перебил Рональд.
– Не знаю, наверное, сразу к границе направился.
– Как же так? Шли вместе, Норика вместе убили, а тут разошлись…
Кажется, барон поймал его. Умолчать о Фламере было нельзя, о нем писалось в рапорте, сказать правду – нарушить договоренность с ним, и, возможно, подведешь не только старого друга, но и его брата Мартина. Мозг судорожно работал, прокручивая различные варианты, пока не нашел единственно верный.
– Мы повздорили, господин барон, из-за женщины… чуть было не дошло до поединка. При таких обстоятельствах посчитали разумным расстаться.
– Убедительно, весьма убедительно, – кивая головой, сказал барон, хотя, судя по его ухмылке и двусмысленной интонации, показалось, что не очень-то он и поверил. – Прежде чем перейти к персоне очаровательной амазонки, ответьте, сударь, вы читали бумаги?
Вопрос был задан неожиданно, специально в алогичной последовательности. Рональд внимательно наблюдал за изменением мимики Дарка, стараясь определить, соврет ли ему имперский офицер или скажет правду. Врать Дарк и не собирался.
– Конечно, читал, господин барон.
– И вы не боитесь признаться, что ознакомились с секретными документами?!
– У меня не было выхода. После драки с Нориком переписка была разбросана по всему залу, как, впрочем, и остальной архив маркиза. Нужно было собрать все листы. Гаврий же к тому времени… был не в состоянии.
