с сочувствием спросила:
– Ты как? Сильно устал?
Андрей отрицательно мотнул головой, хотя, на самом деле, чувствовал себя полностью измотанным. Вероятно, его самочувствие хорошо бросалось в глаза, потому что Оля скептически покачала головой, и произнесла:
– Долго ты так не протянешь. Я не хочу, чтобы ты загнал себя. Вот что: накидай у стены газет, ложись и отдыхай. Я посторожу.
– А ты?
– Ну, в следующий раз я отдохну, а ты посторожишь.
Андрей не стал протестовать. Он чувствовал себя слишком погано, чтобы играть в героя.
Еще этажей тридцать спустя бдительность девушки была вознаграждена. На ступени, под ворохом газет, Оля обнаружила дощечку с набитыми в нее гвоздями. Андрей, измученный подъемом, тупо уставился на ловушку.
– Похоже, спокойная жизнь закончилась, – заметил он, приседая у стены.
Даже несмотря на частые остановки, мышцы ног нещадно болели, а по легким словно прокатился пожар. Все время хотелось пить, но Андрей заставлял себя терпеть столько, сколько возможно. Весь их запас воды составляли три полные баклажки. И не было известно, когда им выпадет возможность пополнить его, да и выпадет ли вообще.
Отупев от усталости и боли, Андрей уже начал скучать по уютному людоедскому логову и по относительно спокойным нижним этажам. Теперь они казались ему вполне пригодным для жизни местом. Там была вода, пища, Оля в качестве компании. В конце концов, что еще надо человеку?
Андрей усмехнулся собственным пораженческим мыслям. Как будто это не он сам рвался искать выход, и готов был пойти на все, что угодно, лишь бы выбраться из лабиринта. Неужели он сдастся из-за какой-то усталости? Пожалуй, он бы мог. Будь он один, чего доброго уже повернул бы назад. Но Оля не позволяла ему раскисать. Девушка была настроена решительно, она явно не планировала возвращаться обратно.
– Ловушка ни о чем не говорит, – произнесла Оля, опуская рюкзак на пол. Щадя спутника, она тащила на себе большую часть их совместного груза, и Андрей прекрасно видел, что ей это дается нелегко.
– Говорит, – возразил он. – Хотя бы о том, что ее здесь кто-то поставил.
– Поставить могли давно. Возможно, тот, кто это сделал, уже мертв. Или это работа какого-нибудь одиночки в расчете на неопытного новичка. Я просто хочу сказать, что это необязательно Племя.
– Племя, Племя, – проворчал Андрей, устало прикрыв глаза. – Ты ведь даже не видела это Племя. Откуда ты знаешь, что оно вообще существует?
– Мне рассказывали, – сухо ответила Оля.
– Мне тоже. Только чем дальше, тем больше думается, что это какая-то байка. И вообще….
Андрей замолчал, стараясь унять раздражение, рожденное усталостью и болью. Чувствовал, что еще немного, и он сорвется. Чего, конечно же, точно не следовало делать. Оля не обязана выслушивать его истерики. Ей самой тоже тяжело.
– Извини, – произнес он уже спокойным тоном. – Я просто зверски вымотался. Ноги не идут, голова не варит. Мне просто нужно немного отдохнуть. Буквально пару часиков.
– Ладно, – неожиданно легко согласилась Оля. – Давай поднимемся на следующий этаж и поищем там какое-нибудь укромное место, где можно нормально поспать.
Мысль о сне, как об универсальном средстве от накопившейся усталости, подстегнула Андрея. Он самостоятельно поднялся на ноги, подхватил свой рюкзак и копье, и бодро зашагал вверх по ступеням. Оля, однако же, тут же обогнала его и пошла впереди, продолжая зорко высматривать ловушки.
Вскоре они покинули лестницу. Избранный ими этаж был совершенно типичным, разве что очень темным. Большая часть лампочек была разбита. Скудного освещения хватало лишь на то, чтобы не врезаться носом в стены.
Андрей предложил смастерить и зажечь факел, но Оля категорически отвергла эту идею. Девушка объяснила, что запах дыма может легко выдать их присутствие. Андрей вынужден был с ней согласиться. На самом деле, он настолько устал, что вообще не мог соображать здраво. Его хватало лишь на то, чтобы покорно плестись за девушкой, которая на этаже утроила бдительность, двигалась медленно, часто останавливаясь и прислушиваясь к гробовой тишине, окутавшей лабиринт. Еще более тщательно, чем на лестнице, она проверяла пол под ногами. Андрей пару раз предлагал бросить якорь в ближайшей комнате, но Оля заявила, что устраивать привал вблизи от лестницы неразумно.
– Потерпи, – чуть слышно прошептала она. – Давай еще немного отойдем.
Андрей терпел. Какой еще у него был выбор? Но терпеть с каждой секундой становилось все труднее. А тут еще ожог на ноге разболелся так, что из глаз полились слезы. В голову вновь полезли пораженческие мысли о возвращении, об уютном логове каннибалов, где есть все условия для спокойного и безмятежного существования. Но Оля упрямо тащила его вперед, а на все жалобы с его стороны советовала только одно – терпеть.
Конец мучениям был положен внезапно. Оля вдруг остановилась, зашла в ближайшую комнату, обшарила ее всю, и, вернувшись, сказала:
– Отдохнем здесь.
Услыхав это, Андрей едва не зарыдал от счастья. Кое-как вполз внутрь и тут же без сил повалился на бетонный пол. Не хотелось ни есть, ни пить, ни даже жить. А когда Оля попросила его подняться, он едва не обругал спутницу, которая все никак не желала оставить его в покое.
– Нельзя лежать на голом полу, – пояснила девушка. – Встань на минуту, я набросаю газет.
Бумажный матрац оказался пыльным и не слишком мягким, но Андрея не волновали подобные мелочи. Наконец-то он лежал, а не шел. И это было восхитительно.
Оля присела рядом, устроившись лицом к двери. Она положила на колени лук и стрелы, а рядом с собой топор-лопату. Лампочка в комнате не горела, в коридоре тоже было довольно темно. Но проходящий мимо человек все же мог заметить устроившуюся на привал парочку.
– Еще не жалеешь, что пошла со мной? – спросил Андрей, стараясь замаскировать чувство вины ироничным тоном. Это ведь он рвался в путешествие, готовился лететь вверх, как на крыльях. А в итоге сдулся прежде, чем они успели толком начать подъем.
– Как только пожалею, ты узнаешь об этом первым, – сухо ответила Оля.
Затем добавила уже мягче:
– С учетом твоих ран, я не думала, что ты отшагаешь и десять этажей. А мы проскочили штук пятьдесят или больше. Вполне неплохо.
Андрей не знал наверняка, говорила ли Оля что думает, или просто пыталась пролить каплю бальзама на его самолюбие, но решил не доискиваться истины. В конце концов, это было неважно. Они все же начали подъем, и это главное. Ему просто нужен небольшой отдых. Пару часов сна. После этого он сможет продолжить путь.
– Поспи, – предложила Оля. – Сон – лучшее лекарство.
– Лучшее ли? – усомнился Андрей.
– Здесь – да. Других лекарств тут все
