— Например? — опешил мужчина.
— Ну, — Билл сделал вид, что задумался. — Ну, допустим, как ты считаешь, смогла бы она ради тебя прилететь в Париж из Москвы только для того, чтобы встретиться с тобой глазами на несколько секунд? Вот, зная, что самолет обратно в Москву через сорок минут, зная, что не сможет до тебя дотронуться, что не сможет сказать тебе ни слова, но у вас есть всего несколько секунд, чтобы посмотреть друг другу в глаза… Она смогла бы это сделать ради тебя?
Родриго захохотал, когда Джейн закончила переводить. Закатился так, что слезы брызнули из глаз. Билл слегка улыбался, терпеливо ожидая, когда тот отсмеется.
— Придурок! Господи! Какой же ты придурок!!! Машка? Подвиг? Сумасшедший поступок? Да Машка сука каких мало! Она эгоистичная сучка, которая привыкла, что мир крутится вокруг нее. Да-да, ты не знал? Машка полагает, что Солнце крутится вокруг нее, что Луна всходит только потому, что она ей разрешает. А деньги размножаются в тумбочке почкованием! Она не то что поступок ради кого-то не совершит, у нее даже умишка не хватит до этого додуматься! Ты только ей не говори про сумасшедший поступок! А то она от тебя сбежит раньше, чем ты фразу докончишь. Немыслимо! Бывают ли такие идиоты? Машка! Сумасшедший поступок!
Билл гордо вскинул голову и довольным голосом произнес:
— Я не буду с тобой спорить. Ты все равно проиграешь. Я поеду в буш с ней. Хотя, уверен, одно мое слово и ни в какой буш она не поедет. Но я не стану так делать. Ты хочешь ее вернуть? Что ж, я даю тебе возможность это сделать, по крайней мере я не стану тебе мешать и перетягивать одеяло на себя. Мария сама выберет, с кем останется. Да, она рассказывала о тебе с теплотой и любовью, что вы были парой, что ты бросил ее, и она тебя с трудом вернула. Но сейчас для меня ее выбор очевиден. Извини, она ждет меня, — он поднялся. Взгляд холодный, циничный. Мальчика больше нет. Сейчас перед Родриго стоял молодой мужчина, который чувствовал свою силу и превосходство во всем. Более того, он это демонстрировал в открытую.
— Нет, парень, видимо, Джейн тебе не так перевела или ты не правильно понял. Машкино мнение меня мало интересует. Она моя. И я тебе ее не отдам. Именно тебе. Для тебя игра закончилась, не успев начаться. Всё, мальчик, конец игры.
Билл лишь брезгливо усмехнулся и, покачиваясь, вышел из номера Родриго. Это он еще посмотрит, для кого игре конец, а для кого только начало. Черта с два он угадал!
Холодный ветер пробирал до костей. Он понял, что дико замерз. Вот до трясучки замерз. Даже зубы предательски клацают. И темно как-то… И звуки какие-то странные… И голос… знакомый… В нос ударило что-то тошнотворно вонючее, проникая до самого мозга. Билл замычал и махнул рукой, отгоняя источник вони.
— Ну-ну… Очухался? Ромео недобитый… Так… А тут что у нас? Какие все нежные, мрак…
Билл сморщился, открыл глаза и с истеричным воплем шарахнулся в сторону — вся трава вокруг залита кровью, а из котла неподалеку разносится приятный аромат вареного мяса. Он вскочил и прижался спиной к столбу, к которому был привязан раньше, с ужасом вытаращившись на булькающее варево. Губы задрожали… В голове быстро мелькали картинки произошедшего… Они стояли спинами друг к другу. Руки вверх. Он чувствовал, что что-то происходит со стороны Марии, но не мог увидеть. Она сначала отчаянно дергалась, потом затихла, однако была жива — это совершенно точно. А потом к нему подошел тот разукрашенный майри и поднес нож к щеке. Провел по нежной коже с легким, но чувствительным нажимом. Билл замер: конечно, черт с ним с лицом, главное выбраться живым, но как ни крути через три дня у него съемки и это будет… дальше Билл подумал матом. А вот что произошло потом… Майри схватил его за шею и сильно сжал. Тело как будто парализовало… Майри опустил нож через шею к груди, а Билл беспомощно хлопал ресницами, не имея возможности шевельнуть хотя бы мизинцем. Майри улыбнулся, и свет померк окончательно. Сейчас же в глазах Билла мерк не только свет, сейчас в его душе умирала жизнь. Умирала самым что ни на есть натуральным образом. Он понял, что без Мари в Сидней не вернется. Даже если его повезут силой. Они убили ее… убили… Они убили его.
— Есть хочешь? — как ни в чем не бывало спросил Родриго, протягивая ему свежую булку, от которой только что откусил.
Билл вздрогнул и попятился.
— Мари… — пробормотал он.
— А, — Родриго махнул рукой, словно вспомнилась какая-то мелочь, зевнул, сжался весь, напрягая мышцы, потянулся и добавил: — Нормально все.
— Где она? — чувствуя, что сейчас запинает его ногами, по-английски зарычал Билл.
— Мы тут еще немного побудем, позавтракаем, а потом поедем, ага? Ты ведь не спешишь? — Родриго поежился, растер руками плечи. — Прохладно как-то. Пойду с вождем обсужу детали. Дьявол! Молодцы ребята! Просто молодцы! Такой накал страстей! Так провернули дело.
— Где она?! — зло завопил Билл, бросаясь к Родриго и резко его разворачивая.
— Да вон лежит. На солнце загорает, — брезгливо сморщился мужчина, вырывая руку. — Псих недоделанный.
Билл упал перед бесчувственным телом на колени. Бережно поднял голову девушки и поцеловал в холодные губы. Дыхания почти нет… Губы какие-то синевато-белые… И пульс… Она ледяная… От страха Билл принялся ее тормошить, лупить по щекам, пытаясь привести в чувство.
— Открой глаза, открой глаза, открой глаза, открой глаза, — бормотал он на грани истерики.
— Придурок! — подскочил к нему Родриго и недовольно оттолкнул от Марии. — Идиот! Она в обмороке! Ноги должны быть выше головы! Учи азы первой медицинской помощи, кретин! Не трогай ее! — Он достал пузырек и швырнул его Биллу. — На, виски ей помажь и дай понюхать пробку. Про-б-ку! Понимаешь? Про-б-ку. Виски и пробку.
Билл торопливо кивнул, прижав пузырек к груди. Осторожно помассировал виски и аккуратно поднес пробку к носу.
— Открой глаза, — простонал с мольбой. — Ну, пожалуйста, открой глаза…
— Более того, ты укажешь, что не станешь распространять информацию ни по телевиденью, ни по радио, ни в прессе ни о нем, ни обо мне. И ты отдаешь ему сто баксов. Потому что ты проиграл, Родриго. Билл, забирай диск. Тут и думать нечего. На тебе огромная ответственность за вашу команду, за ребят и за фанатов. Ты не можешь их предать. Будь счастлив, милый, — Маша неожиданно наклонилась и поцеловала Билла в губы. Провела по щеке пальцами. — Будь счастлив… Ты проиграл, Родриго. Ненавижу тебя.
Она сорвалась с места, сшибая стулья, и скрылась за дверью раньше, чем Билл успел понять, что произошло. В груди все заныло, затянуло. Он взял себя в руки и нацепил любимую маску: я — бог, и не волнует. Да, он хорошо научился справляться с эмоциями, прячась за различными масками. Научился не показывать, насколько ему больно и неприятно. И голос давно уже не подводит. Перед ним сидел даже не ненавистный журналист, нет. Перед ним сидел трусливый шантажист, который не умеет проигрывать, а значит он, Билл, сильнее и на его стороне правда. С Мари он поговорит в отеле, все эти недоразумения яйца выеденного не стоят. А для Родриго игра закончилась.
