— Билл… Билл, да что с тобой? — толкнул его плечом Том. — Давай, одевайся и пошли. Саки нас уже звал.
— Я одет… — безразлично бросил он.
— Я про маску. Давай, брат, укрась свою морду улыбкой и пошли.
Билл удивился в который раз за утро: Том светился от счастья. И Георг с Густавом какие-то странные, перешептываются, переглядываются. Вроде бы вчера все было нормально, никто не напивался, не крушил номера, и даже про проституток сегодня никто не шутил (да, они иногда позволяли себе заказывать гостиничных девочек, не с фанатками же, честное слово, трахаться…). Он, правда, ушел на ночь глядя на улицу, когда почувствовал, что не в состоянии находиться в душном помещении, но все равно утром брат рассказал бы ему, если бы что-то произошло. А ребята молчат и улыбаются. Том постоянно кому-то пишет смски. Чертыхается. Злится. Но все равно жутко довольный.
— Том, обещай мне одну вещь, — решился Билл в конце концов. Он думал об этом всю ночь и все утро, и очень рассчитывал на помощь брата.
— Нет, свои кепки я тебе не дам и не проси. Вдруг ты их потеряешь! Я тебе в Москве уже одну доверил. И где она спрашивается? — хихикал он.
— Причем тут это? — недовольно перекосился Билл. Веселость Тома начинала раздражать. — У нас через три недели выходные. Шесть дней. Давай на два-три дня в Москву слетаем?
— Давай, — с легкостью согласился Том и засмеялся. Телефон в руке завибрировал и запищал. Он торопливо нажимал на кнопки, открывая сообщение. — Чтоб вы там все сдохли! — выругался зло на кого-то.
— Что-то случилось? — исключительно из вежливости спросил младший брат.
— Да. Погода, сволочь, нелетная, — нахмурился Том.
— Ты кого-то ждешь? — изогнул Билл бровь.
— Девушку. И эта девушка никак не может добраться до моих объятий, — фыркнул Том. — Пошли. Черт! Дерьмо! Дерьмо! Почему вечно все через жопу?!
— Саки! Саки!!! — Билл вылетел со сцены, едва не свалившись с лестницы. Вцепился в руку телохранителя. — Саки!!! Я ведь не спятил?! Скажи, я ведь не спятил?!
— Билл, успокойся, — Саки взял его за плечи и сжал. — Билл…
— Ну скажи мне!!! — истерично заорал он. — Том! Том!!!
Брат подбежал сзади и крепко обнял.
— Том!!! — вырывался Билл. — Я спятил, да? Скажи мне, я спятил?
— Самолет…. Билл… Самолет… — бормотал ему в затылок Том. — Ей надо успеть на самолет в Австралию. Вылет из Москвы.
— Том!!! — практически срывался на визг Билл. — Какая Австралия?! Какой самолет?! Я спятил!!!
— Мы ждали ее утром… Самолет задержался… Она прилетела к тебе в Париж… Всего на один день. Должна была прилететь всего на один день… Самолет задержался…
Близнеца била мелкая дрожь. Том и сам начал трястись.
— Где она? — тихо спросил Билл.
Саки осторожно отступил на шаг, подозрительно наблюдая, свалится или нет. Удостоверившись, что с подопечным все в порядке, посмотрел на часы. Том так и стоял сзади, боясь отпустить брата.
— Самолет взлетает через двадцать минут. Билл, если ты хочешь поехать в аэропорт, то это бесполезно, все равно не успеешь. Ты должен закончить концерт. Вот ее визитка, там телефоны. Она просила тебя позвонить. Поверь, она сделала все, чтобы ваша встреча состоялась. Она ненормальная, мальчик. Она просто сумасшедшая. Давай, закончи этот концерт, не подводи нас всех.
Билл устало кивнул. Аккуратно высвободился из объятий Тома, ему кто-то подал микрофон.
— Работаем, — бросил он друзьям еле слышно. — Я в порядке. — Вернул визитку Саки: — У тебя надежнее.
Следующие полчаса длились вечность. Бесконечно-долгие песни. Заунывные. Кошмарные. Он ненавидел их. Ненавидел стоящую у ног толпу. Том рядом. Все время рядом. Он чувствовал его плечо. Если брату надо было отойти и добавить какой-то эффект в звучание, рядом оказывался Георг. Билл походил на раненную птицу, которую друзья пытаются дотащить до земли и мягко посадить, чтобы та не разбилась. Скорей бы… Скорей…
Пальцы только с пятой попытки правильно набрали номер. Руки трясутся так, что несколько раз он просто зажимал ладони между ног, чтобы хоть немного успокоиться. Том принес бутылку воды. Билл сделал большой глоток, приложив трубку к уху.
Два гудка…
— Она в самолете. Может, телефон отключила. Ты же знаешь, там нельзя… — вкрадчиво произнес Том.
Третий…
Билл резким жестом попросил его заткнуться.
Четвертый…
Сердце стучится в ушах, отдается в кончики пальцев на ногах.
— Алло? — тихо-тихо выдохнула она.
Билл задрожал. Закинул голову назад и глубоко вдохнул, словно ловя ее выдох. Закрыл лицо рукой, пряча слезы от чужих глаз. Губы едва заметно целовали трубку.
— Здравствуй… — только и смог он вымолвить, прежде чем связь оборвалась.
А потом он зачем-то поднялся за ним в номер. Точнее это рыжая девушка настояла — ласково взяла под локоток и потащила за собой. Темноволосая подхватила под другую руку. Родриго усмехался. Билл и так уже плохо соображал, поэтому продолжать выпивать «за знакомство» в его планы не входило, но и устоять против двух милых дам он не смог.
Они пили текилу и курили сигариллы. Родриго постоянно что-то болтал. Рыженькая переводила. Джейн, как он узнал чуть позже. И имя-то простое, а вот надо же, забыл! Вторая Татьяна… Джейн австралийка. Татьяна русская… Родриго… Кажется Мария говорила, что он совсем не говорит по-русски. Ладно, проехали. Он еще тогда понял, что она врет — слишком честно в глаза смотрела. Как Том. Он когда врет, тоже глаза делает большими-большими.
— Родриго, а ты зачем сюда приехал? — затягиваясь, спросил Билл.
— Татьяна — директор сети туристических агентств. Сейчас во всем мире модно заказывать себе экстремальные туры, чтобы нервишки пощекотать. Ну вот мы с Татьяной и решили, что можно об этом материал сделать хороший. Машка для своего издания, а я для своего. Так что ты уж не обессудь, но Машка завтра в буш едет, к аборигенам.
— Я тоже, — нагло заявил Билл.
— О! За это надо выпить! — радостно воскликнула Джейн.
— Гусары пьют стоя! — загоготал Родриго.
— Я не буду, — затряс головой Билл.
— Не мужик что ли? — сморщился Родриго. — Вставай! Лимончик возьми. Соль. Соль, как я тебя учил! Вот так. Ну, вздрогнули!
Все остальное он помнил какими-то отрывками.
— Ты пойми, — навис над ним Родриго. — Машка она такая… Она любит настоящих мужчин. Она слабая, ей защита нужна. Плечо крепкое. Она привыкла к роскошной жизни. А что ей можешь дать ты? Да ты гол, как церковная мышь. Черт! Это ты все равно не поймешь. Я говорю, что нет у тебя ничего такого, чтобы Машку зацепило. А Машка она моя! Я ее сто лет знаю! Как облупленную знаю. Она же всегда ко мне приползала. Вот сколько у нее романов не было, она всегда ко мне возвращалась. Я, конечно, могу позволить ей с тобой поиграть, да мне жаль тебя, дурака. Она же тебя бросит. Ты ей вообще ни одним местом не сдался. Машка капризная и своенравная. Ты ее игрушка. Поиграется и выбросит. Понимаешь ли ты меня? Бросит она тебя. А уж знаешь, какая она сука и как она мужиками вертит! Да она растопчет тебя, унизит, опозорит. Она редкая сука, Билли. Ужасная мразь и дрянь. Ей подарки нужны дорогие, украшения. Ты просто не можешь ее себе позволить. Она как дорогая машина требует качественного сервиса и соответствующего ухода. Ей с тобой скучно. Ну может быть ты ей сейчас вставляешь хорошо. Может она с тобой кайф в постели ловит. Но я не думаю, что ты настолько опытный, чтобы переплюнуть меня. Да и дело не в постели…
