Читаем без скачивания Роза и червь - Роберт Уралович Ибатуллин

Я чужд политике, но скажу как оратор об ораторе: доктору Янгу далеко до совершенства! Да, приятный, поставленный вокал. Да, умелая интонировка. Но стиль? Но композиция речи? Слабо, мой друг! И слабо весьма! Разве можно обрушить на слушателя столько тезисов и ни один толком не разжевать? Док Янг явно переоценил сообразительность своей аудитории. — Местоблюститель наслаждался каждым звуком собственной речи. — Я сам — говоря без ложной скромности — неглупый человек — и то не понял, зачем док Янг взорвал этот самый «Санторо». Зато понял другое: док Янг оправдывается, оправдывается неубедительно, и очень старается не выглядеть как оправдывающийся человек. Но нет! Боюсь, он не явил ожидаемого эффекта! — Валериан опрокинул в рот бутылку, жадно глотнул. — Хотя вы, конечно, пришли не ради досужей болтовни, о мой деловитый друг?

— Да, — сказал Арлекин, — и даже не для того, чтобы прощупать вашу позицию по войне. Скользкая у вас позиция, это я уже понял. Мне нужен садовник, — перешел он к делу. — Для одного простого, но рискованного задания.

— Садовник? — гейммастер утробно рассмеялся. — Что-то раньше вы не выражались так фигурально, мой друг! Понадобилось кого-нибудь… выполоть? Подрезать? Пустить на компост?

— Для таких садовых работ мне ваша помощь не требуется, — Арлекин был и вправду не в настроении болтать. — Нужен настоящий садовник. Опытный и умелый. Чтобы предельно аккуратно выкопал редкое, дорогое и очень ядовитое растение. Настолько ядовитое, что честно предупреждаю — человек может с задания не вернуться.

Валериан устремил взгляд в потолок, задумчиво надул губы. Сейчас он явно прикидывал, какую бы цену заломить.

— Такая просьба выходит за рамки наших с вами обычных отношений, мой друг, — веско сказал он.

— Конечно. И будет оплачена отдельно.

— Хорошо, я уступлю моего садовника. — Тон Валериана перестал быть расслабленно-благодушным. — Его жалованье — триста редов в день. Отдадите через меня. Вы, наверное, знаете, что нашим людям запрещено брать в руки деньги от казуалов.

— А вам можно? — ухмыльнулся Арлекин.

— Мне можно. Восьмым Читкодом я превращаю ложные деньги в истинные. Неужели для вас это новость?

— Ладно, триста так триста, — оперативник пожал плечами. — Но деньги после работы. И вы не получите ни гроша, если он сломает цветок.

Валериан нахмурился.

— Нет уж, половину попрошу вперед. И если садовник погибнет, с вас — компенсация его семье. Десять тысяч.

— Тоже через вас отдать? — догадался Арлекин. — Просто из любопытства: какой у вас процент за это, как его, превращение?

— Излишнее любопытство — грех, о мой саркастичный друг. — Валериан нажал кнопку на столе. Вошел ангельски красивый мальчик-алтарник и поклонился в пояс, даже не взглянув на Арлекина.

— Позови Игоря, — бросил мальчику гейммастер. — А вас, мой друг, попрошу отсчитать 150 красненьких.

Арлекин порылся в кармане, где всегда носил немного бумажных денег.

— У меня только юни. Но их вы, конечно, не возьмете. Как насчет энерго?

— Нет, — отрезал Валериан. — Только реды или на худой конец ахмади. И только наличные.

Арлекин рассмеялся.

— Вы же не дурак, Валериан — даже если действительно верите в свои волшебные коды. Неужели вы тоже думаете, что энерго рухнет?

Валериан своими водянистыми глазами поглядел на него очень пристально — наверное, прихожане под таким взглядом сразу валились на колени и каялись во всех грехах.

— Энерго, может, и не рухнет, — сказал Истиноучитель, — а вот ваша компания сегодня рухнет с весьма большой вероятностью. Вы-то ладно, сбежите, а вот мне придется отвечать. Мол, скажите-ка, гейммастер, что за деньги перевел на ваш счет бандит Конти в самый день разгрома преступной шайки «Рианнон Биосервис тэ-эм»? За каждую циферку на счету мне придется отвечать, мой опасный друг. Так что наличные — и никак иначе.

— Перед кем отвечать-то?

— Да что ж вы как ребенок. Перед Новой Москвой.

— А, понятно. Значит, вы и на Новую Москву работаете. — Арлекин всегда это подозревал. Валериан когда-то сам напросился к нему в информаторы — и странно было бы думать, что к нему одному. — Знаете что? Заплачу я вам все-таки после. Пусть не триста, а четыреста. А то как бы ваши новомосковские друзья не заявились ко мне посреди операции.

Валериан укоризненно покачал головой. Его полные губы снова сложились в добродушную улыбку сытого хищника.

— Ах, мой друг. Как все циники, вы так наивны в своем цинизме. Поверьте, не стоит мерить всех своей меркой. Не все на свете сводится к доносам и шпионажу, нет!

— Это что, мораль? — Арлекин почувствовал раздражение. — Я хотя бы шпионю на одну контору, а не на две.

— На две? — Валериан расхохотался от всей души. — О мой наивный друг!.. — В дверь постучали. — А вот и наш садовник. Войди, Игорь.

Рианнон. Пытка

— Зара! Зара! Ты заснула? — гудел в голове требовательный голос Либертины. — Быстро на ноги! Здесь через минуту будут «бульдоги» Арауна.

— Сейчас… Сейчас. — Зара кое-как поднялась на ноги, держась за стену, закусив губу от боли в обожженной спине. — Куда, говоришь, идти — направо?

Она сделала шаг и наступила на подол, полоса шелка с треском оторвалась. После катания по световоду драгоценное платье превратилось в лохмотья, но ей сейчас было все равно. Пошатываясь, Зара двинулась по дорожке оранжереи. Сочные разлапистые листья каких-то тропических растений на каждом шагу касались лица, с низкого потолка свисали лианы, журчала вода.

— Быстрее, быстрее! — подгоняла Либи. — Я сделала тебя невидимой для камер, это задержит ботов, но они все равно тебя найдут.

Оцепенение Зары проходило, мысли в голове начинали ворочаться.

— Не поняла. Ты контролируешь этот сектор или нет?

— Камеры и связь — контролирую, а охрану — нет. Тьма и гниль, я не могу поставить по стволу в каждую полость. Вот здесь налево.

Зара взошла по лесенке в следующую полость и оказалась в узком коридоре между водорослевыми аквариумами. За стеклянными стенами пузырилась кислородом зеленая жижа, гудели и стучали невидимые насосы, дрожали проложенные вдоль стен связки труб.

— А где Гвинед? — поинтересовалась Зара. Она начинала чувствовать себя в безопасности, и от этого к ней возвращались бодрость и интерес к жизни.

— В тихой комнате. Работает над проектом, — в голосе Либи послышалась неприязнь. — Он действительно настолько важен?

— Не будем о проекте. Расскажи мне все, что тут творилось после покушения. И дай карту астероида: кто контролирует какие зоны.

— Мне бы самой такую карту! Здесь полный бардак. Никто ничего не знает. Интранетовские сервера лежат, Солнет тормозит. Так! Сейчас по служебной лестнице вниз. Ты сама в порядке?

— Спасибо, что спросила. — Зара шагнула в следующую дверь. Винтовая лестница, навитая на пучок разноцветных труб, спускалась по тесной и