приблизился к ним и сказал:
«О матери и жены, тяжкая печаль!
Супруга надлежит вам здесь воде предать[288].
Никто из смертных в мире вечно не живет,
И призрачно все то, что мы своим зовем.
Здесь нет отца, нет брата, матери нет, сына.
Рожденье смерть несет всем… Смерть вновь возродила.
Пока с живым живою связаны мы нитью,
Мы призрачным лишь счастьем пользуемся в жизни».
Махарадж! Когда шри Кришначандра успокоил так цариц, тогда они оттуда встали, собрались с мужеством, на берег все пришли и предали воде супругов. И сам господь своей рукой зажег костер у трупа Кансы и погребенье совершил“[289].
Так гласит глава сорок пятая „Смерть Кансы“ в „Прем Сагаре“, сочиненном шри Лаллу Лалом.
Глава 46
Освобождение из темницы Васудева и Деваки и помазание на царство Уграсены
Шри Шукадева муни сказал: „О царь! Супруги Канем и супруги младших братьев Кансы, искупавшись и омывшись, с рыданьями отправились оттуда во дворец. Тогда шри Кришна с Баларамом джи отправилися к Деваки и Васудеву и сняли цепи и оковы с ног и рук их. Простершись перед ними, они пред ними стали, сложивши поднятые руки. Тогда узрели Деваки и Васудев джи образ господа и удостоилися знанья. В своей душе они узнали твердо, что они — творцы вселенной, приняв воплощение, явились в мир, чтоб погубить асуров, чтоб бремя снять с земли. Когда же Васудев и Деваки душой постигли это, то Хари, проникающий в сердца, вновь осенил их майею своей, и майя отняла у них святое откровенье, и после этого они узнали в Кришне джи и Балараме джи своих детей. Тогда шри Кришначандра со смирением великим так сказал:
«Страданья и печали долго принимали,
О нас вы неизменно память сохраняли.
Но в этом нашей нет вины. Ведь с той поры, как вы оставили нас в Гокуле у Нанды, мы жили в подчинении другим, своей не знали воли. Но у меня в душе всегда являлась мысль, что той, в чьем чреве прожил десять месяцев и от которой я рожденье принял, я не дал ни крупицы радости. И сами мы не видели ведь радости глубокой от родных своих. Без пользы проводили жизнь с чужими. Отец и мать за нас великие страданья претерпели, а мы ничем служить им не смогли. А в мире силой обладает только тот, кто почитает сам родителей своих. Мы должниками их остались, служить им не могли».
Владыка земли! Когда шри Кришна джи так высказал свою сердечную печаль, тогдк они, исполненные радости великой, обняли обоих их с любовью, и эта радость уничтожила минувшую их скорбь. Порадовав своих родителей, они оттуда оба удалились и явились к Уграсене и, сложивши поднятые руки, так сказали:
«Почтенный дедушка, ты царством этим правь,
Благие все созвездья, добрый день настал».
Когда с уст Хари джи сошли слова такие, царь Уграсена встал, приблизился к шри Кришначандре и, припав к его ногам, сказал: «Владыка милосердый! Молю тебя, услышь мою мольбу. Коль ты убил великого злодея Кансу и всех асуров истребил, дал радость верным, то сам садись ты на престол теперь и правь матхурским царством, охраняй народ». Господь сказал: «Махарадж! Никто из ядавов не обладает правом царствовать, и всем известно это! Когда царь Яяти состарился, то он, призвавши сына Яду, так сказал: „Дай мне свой юный возраст, а старость от меня возьми“. Услышав это, Яду так подумал про себя в душе: „Коль я отцу отдам свой юный возраст, он сделается юным и будет предаваться наслажденьям, и на меня падут его грехи. Поэтому то лучше так не делать“. Подумав так, он дал отцу ответ: „Отец. Я не могу так сделать“. Услышав это, царь Яяти во гневе проклял Яду и сказал: „В твоем роду никто царем не будет“.
Тогда к нему явился Пуру, младший сын; сложивши поднятые руки, он сказал: „Отец, дай старость мне свою, а юность у меня возьми. Мне это тело бесполезно, и если может быть оно полезно для тебя, то что же лучше этого?“. Когда сказал так Пуру, то царь Яяти, обрадованный, отдал ему старость и, у него взяв юность, молвил: „Пуру, царский трон останется в твоем роду“. Поэтому, почтенный дедушка, не подобает царствовать нам, Ядавам.
Садись ты на престол здесь, царством этим правь,
О всех правах сомненья все свои оставь.
Мы будем выполнять все трудные дела,
Что ни велишь, мы точно будем выполнять.
Кто власть твою не станет в царстве уважать,
Наш первый долг — жестоко всех тех наказать.
Не погружайся царь, ты, в думы и сомненья,
И счастие народу дай своим правлением.
При Кансе ядавы все в страхе перед ним,
Покинув край родной свой, всюду разошлись.
Теперь, наш царь, проси их всех вернуться к нам,
В Матхуре посели всех, радость всем им дай.
Коров, богов, брахманов всем вели здесь чтить,
Прилежно на защиту всех их, царь, трудись»“.
Рассказав это сказанье шри Шукадева муни сказал: „Дхармаватар! Махараджадхирадж! Шри Кришначандра, благодетель верных, познав, что Уграсена джи является его поклонником, так убедил его и, посадив на львиный трон, его помазал он на царство, велел над ним поставить царский зонт[290], и оба брата сами хвостами яка опахали[291] государя.
В то время в радости великой в городе все граждане кричали: «Да здравствует наш государь!». А боги пролили с небес цветочный дождь. Махарадж! Так посадив шри Уграсену на престол, шри Кришна с Баларамом повелели слугам государя за собой нести несметное число одежд и украшений и все отправилися к Нанде раю джи. Там оба брата стали перед ним, сложивши поднятые руки, с смирением сказали: «Как возвеличить нам тебя? Когда б мы обладали целой тысячею языков, то и тогда б мы не смогли прославить добродетели твои. Ты с нежною любовью воспитал обоих нас как сыновей своих. Ты неизменно проявлял любовь и ласку и мать Яшода с нежностью любила нас, всегда дарила ласкою своей и нас родными сыновьями почитала, и даже в мыслях никогда не думала о нас, как о чужих!»
Сказавши так, шри Кришначандра
