послышалось громкое рычание и цокот когтей по каменному полу.
— Мы нашли вас, теперь вам не уйти! — на противоположной стороне озера из темной дыры в стене появился отряд красных. Их было много! Возглавлял их Красный Вожак, а следом за ним выходили и выходили варрэны, не меньше пяти десятков.
— Уходим! — рявкнул Шторос, оборачиваясь зверем и, схватив Динку зубами за плечо, закинул ее себе на спину.
— Сюда! Здесь выход! — послышался из темного угла голос Дайма.
— Не-е-ет! — закричала Динка. — Здесь портал! Мы можем уйти в него!
— Нет времени! — крикнул Хоегард, тоже оборачиваясь зверем, хватая зубами с пола сумки с их вещами и бросаясь следом за Шторосом, уносящим Динку на своей спине. — Пещера разрушается, скоро здесь будет обвал!
Динка попыталась спрыгнуть со спины Штороса, но бегущий рядом в зверином облике Тирсвад подхватил ее носом и закинул обратно, сопроводив свое действие угрожающим рыком.
Шторос, Тирсвад и Хоегард летели в сторону Дайма огромными прыжками, и Динка, всхлипывая от разочарования, висела на спине Штороса, вцепившись руками в мягкую шерсть и обхватив ногами его бока. Отряд красных мчался им наперерез, но огненное озеро преграждало им путь, и они не успевали. А в это время по стенам пещеры побежали трещины, и с потолка начали падать камни. Сначала маленькие, как песок, а затем все больше и больше.
— Сюда! — Дайм, оборачиваясь зверем, нырнул в темноту и исчез. Остальные прыгнули за ним следом. Некоторое время Динка ничего не видела, и лежала вжавшись в спину бегущего Штороса. Сзади раздавался топот, рычание, визг и вой, грохот падающих камней. Ей не хотелось, чтобы красные их настигли, но участи погибнуть под завалами камней она красным тоже не желала, искренне надеясь, что они успеют выбраться. Все-таки красные приютили их и были очень добры.
Но портал… они его потеряли, едва найдя. Сейчас он будет разрушен или погребен под завалами! Дверь домой была так близко…
Каменная решетка
Динка сама не заметила того, что думает о мире людей, как о своем доме. Сколько они уже времени провели в мире Варра? Но она так и не ощутила себя дома. И временами с тоской вспоминала мир людей, в котором она выросла. И вот сейчас, увидев себя снова в человеческом обличье и воспользовавшись человеческим оружием, спасшим жизнь ей и ее дорогим мужчинам, она ничего не могла поделать с нахлынувшей тоской. С каждым шагом они удалялись от портала, но Динка цеплялась за свой человеческий облик, страшась обратного обращения.
Постепенно глаза привыкли ко мраку, и она снова стала в слабом свете растущей на стенах плесени различать силуэты варрэнов и развилки, по которым уверенно вел их Шторос, вырвавшийся вперед. Топот ног за спиной и злобное рычание напоминало ей о том, что преследователи все еще идут по пятам. Они были менее уставшие, двигавшиеся по проторенной Динкиной стаей дороге. Они не разгребали завал на входе в пещеру, не сражались с подземным монстром, и были полны сил. То, как скоро они догонят беглецов, было лишь вопросом времени. Динкины варрэны неслись вперед на остаточном возбуждении после битвы, но Динка видела, что Хоегарду тяжело дается каждый прыжок, и он отстает от остальных все больше.
Что сделают с ними красные, когда нагонят? Загрызут? Возьмут в плен и вернут в поселение? После того, как Дайм нарушил все договоренности с Красным Вожаком и вместе со своей стаей сбежал среди ночи, от них не приходилось ждать ничего хорошего.
Внезапно Шторос резко затормозил, приседая на задние лапы и проехавшись когтями по поверхности каменного пола. Дальше бежать было некуда.
Они выскочили из извилистого каменного коридора в очередную каверну. Только в этот раз огромный и гулкий подземный зал был непроходим. От пола до потолка возвышались каменные колонны на таком расстоянии друг от друга, что варрэн не смог бы протиснуться между ними. Зал напоминал пчелиные соты, или сито, или тюремную решетку. Тысячи каменных колонн преграждали путь.
Обиднее всего было то, что на противоположном конце зала виднелся выход, сквозь который сочился свет, достаточно яркий после пещерного освещения. Возможно именно там и есть выход из этого проклятого лабиринта. Но как попасть туда? Если сквозь этот частокол могла прошмыгнуть разве что кошка или…
Варрэны заметались по пещере, в поисках другого выхода. Эхо доносило до них топот ног преследователей, который были уже совсем близко.
Динка спрыгнула со спины Штороса и шагнула к лабиринту столбов. Неизвестно как долго еще протянет портал в обрушивающейся пещере, и как далеко распространяется его сила, однако… Человеческое тело легко проходило в отверстия между колоннами.
— Дайм! — Динка выскочила из «решетки» и схватила за гриву черного варрэна, привлекая к себе внимание. — Вам нужно обернуться в людей!
— В людей? — растерялся Дайм.
— Да, в людей. Динка права, — проговорил Хоегард, делая шаг к колоннам. — Если Динка все еще в человеческом облике, то и мы можем попробовать превратиться.
Говоря это, он коснулся передней лапой каменного столба, и шерсть разом словно опала с него, обнажая хрупкое гибкое человеческое тело.
— Все за Динкой, — рявкнул Шторос, на ходу тоже обращаясь в человека и ныряя боком в узкий проход.
— Как вы это делаете? — растерянно пробормотал Тирсвад, тыкаясь носом между каменными столбами.
— Вспомни, как прошел через портал, — попытался объяснить Шторос.
— Ты должен захотеть стать человеком, — вторила ему Динка, обвивая руками шею большого белого зверя. — Ну же!
Около частокола каменных столбов уже стоял Дайм в облике человека. Но у Тирсвада никак не получалось обернуться. Он тыкался большим мокрым носом в голую Динкину шею.
— Поцелуй меня! — пискнула Динка, хватая в ладони его большую морду и приближая к своему лицу. И тут прямо в ее руках густая белая шерсть растворилась, морда подернулась дымкой, превращаясь в красивое смуглое лицо с тонкими изящными чертами. Из под упавших на лицо белых волос сверкнули алым глаза.
Думать было некогда, из-за поворота вылетел первый красный и бросился в сторону Тирсвада с прижавшейся к нему Динкой.
— Скорее! — Динка потянула Тирсвада и, в последний момент избежав щелкнувшей челюсти красного варрэна, они нырнули в узкий лабиринт вслед за остальными. Позади них раздалось разъяренное рычание.
Но, не побывав ни разу в мире людей, ни разу не превратившись и даже не зная, кто такие
