во время съемок на спину верблюда — и похоже, что еще до начала набора людей в съемочную группу «Парадокса» одна из этих соломинок в конце концов сломала верблюду спину. «Я хотел продолжать работу, — говорит он, — но мы с Бобом… давайте скажем, что у нас были „творческие расхождения“ по ряду вопросов во время съемок первого фильма, и поэтому меня не позвали во второй раз». Вместо него работу предложили Рику Картеру, другому ветерану «Удивительных историй». Земекис познакомился с ним, когда снимал в этом сериале часовой эпизод «Иди к старосте класса», в котором играл Кристофер Ллойд и звучала музыка Алана Сильвестри. Они понравились друг другу, и, когда понадобилось заполнить вакансию, освобожденную Поллом, режиссер отправил своему бывшему коллеге экземпляр сценария. «Эта история поджарила мне мозги — в хорошем смысле, — рассказывает Картер, — и мне очень понравилось это чувство. Здесь столько всего надо было продумать, и столько всего представить себе. Было очень здорово воображать, как можно перепрыгнуть в тот мир, особенно после того, как ты посмотрел первый фильм „Назад в будущее“».
Первым заданием, конечно же, была разработка вида Хилл-Вэлли в четырех временных периодах: в 1955-м, в 1985-м, 1985-м-А, альтернативной версии современности, в которой Бифф подчинил себе город, и в 2015-м. Рик Картер начал пересматривать первый фильм в поисках тех моментов, которые помогли бы ему не только воссоздать образы первой картины, но и расширить и углубить эти темы, создав оригинальный, но соответствующий предыдущему, образ для новых фильмов. «Моя работа отличалась от работы в любом другом фильме, где можно было просто поехать и снять реально существующее место, — рассказывает Картер, — в данном случае это место, безусловно, существовало у всех в голове, ведь первый фильм был так хорошо сделан и оказался таким успешным, что эта городская площадь прославилась. Я понимал, что Хилл-Вэлли был с визуальной точки зрения душой и сердцем фильма. Было очень увлекательно воссоздавать вид города в 1955 году, так как нам надо было заново придумать что-то, что, как мы знали, уже всем понравилось. Трудность, конечно, заключалась в том, чтобы не только перенести этот город в будущее, но еще и создать альтернативную версию настоящего во время Biffhorrific, как этот вариант в тот момент называл Боб. В первом „Назад в будущее“ ощущалось теплое отношение к тем периодам, которые они показывали, и я хотел поступить так же. Мы создали потрясающую альтернативную версию 1985 года, в которой „Лас-Вегас объединяется с Бангкоком и с каким-то ободранным Нью-Йорком“, этакого пришедшего в упадок города в начале семидесятых. В этих сценах преобладали секс и загрязнение окружающей среды, и деньги имели раздутую ценность. С этим можно было хорошо поиграть, и о многом сказать с помощью надписей и освещения. Это было здорово».
Джоанне Джонстон тоже очень понравилось преодолевать трудности, продолжая ту работу, которую до нее начали другие. Дебора Линн Скотт внесла не менее значимый вклад в создание первого фильма, чем художник картины Ларри Полл, и пришедшая на ее место Джоанна была настроена сохранить в целом первоначальный дизайн, но добавив собственные детали. «Мне было нелегко работать с костюмами Скотт, — рассказывает она, — мне был интересен их стиль, так как я не американка, и никогда до того момента не жила в Америке, поэтому я изучала культуру американской одежды. Здесь все отличалась от того, как мы в то время одевались в Лондоне, но мне пришлось это сделать. Когда тебе передают эстафетную палочку, уклониться от этого невозможно. К ней нужно относиться с уважением».
С более фантастическими временными пластами, 1985-й-А и 2015-й, работать было проще. «С Biffhorrific все было просто, — рассказывает Джонстон. — Там все было неправильно. Боб хотел, чтобы Лея Томпсон выглядела абсолютно безвкусно и низкопробно, поэтому мы нацепили на нее огромную фальшивую грудь с гигантским декольте. Вся ее одежда, как и одежда Биффа, совершенно омерзительна. Такие вещи делать легко, потому что надо просто все сделать намеренно неправильно. Я думаю, это противоречило всему, что происходило в остальных частях фильма, где было показано счастливое будущее Хилл-Вэлли».
Разрабатывая образ будущего, команда смогла напрячь свои творческие мышцы. Конечно, слова «не „Бегущий по лезвию“» можно использовать только как общие указания, но сценарий Боба Гейла давал драгоценные намеки на то, каким образом Бобы хотели показать на экране двадцать первый век. Везде должна была присутствовать техника, но эффективно помогающая людям, а не подавляющая их. Вместо того, чтобы попытаться предсказать, каким образом будут развиваться технологии в реальном мире, и перенести эти предсказания на экран, Гейл подошел к делу с юмором, развив некоторые шутки из первого фильма, в котором, например, Марти изобретает первый скейтборд, и включив некоторые намеки для своих, содержащие насмешки над поп-культурой восьмидесятых, например над бесконечными продолжениями фильма «Челюсти», и даже короткую аллюзию на «Кролика Роджера» самого Земекиса.
Но все же создатели фильма смогли, сами того не желая, сделать несколько точных прогнозов. Например, у жителей Хилл-Вэлли есть специальные кнопки, нажимая на которые, они могут проводить платежи, как это делает Старый Бифф, выходя из такси. Использование отпечатков пальцев пронизывает все будущее, созданное Земекисом и Гейлом, включая, в частности, возможность отпирать таким образом двери, — в наше время так подталкивают часы, отмечающие рабочее время, и разблокируют телефоны. «Серьезным преступлением в будущем будет отрезать людям пальцы, — сказал режиссер своей команде перед началом съемок, — бандиты будут отрезать пальцы, а потом с тканями с кончиков пальцев бежать в банк, к банкоматам и получать чужие деньги». Много говорилось о пророческом появлении в фильме видеоконференций, многоканального телевидения и плоских экранов. В будущем Хилл-Вэлли косметическая хирургия стала общедоступной и широко распространенной. Лицо Дока Брауна начинает выглядеть моложе после посещения «клиники омоложения», и внимательные наблюдатели смогут заметить «Bottoms Up», компанию, занимающуюся подтягиванием груди, реклама которой видна на телеэкране у Мак-Флаев и на заднем плане в некоторых сценах, происходящих в будущем. Существует моментальная переписка, правда, создатели фильма неправильно предположили, что она будет основываться на развитии факсовой технологии, хотя в реальном мире ее заменили электронная почта и смс. Как в выдуманном, так и в реальном 2015 году реклама присутствует практически везде, как, например, проецируемое над площадью приветствие Голди Уилсона III; есть и реклама, направленная на каждого конкретного человека, которая стала теперь частью нашей повседневной жизни, — впрочем, не всегда в форме большой цифровой акулы, возникающей на рекламном щите кинотеатра.
Быть может, самый хороший, хотя и недооцененный, пример одной из шуток Гейла, реализовавшийся в действительности, можно найти в черновом варианте сценария «Второго номера». Марти неожиданно
