заменяет реальные данные фейковыми, а так пришлось верить на слово. Китти и Флешка прошли через процедуру замены, и их спокойствие окончательно убедило Джея, что посадка на рейс пройдет успешно.
...Подобные программы считались террористическими.
С неудовольствием начиная понимать слишком много, Джей спросил, откуда они взялись. Флиппер ожидаемо промолчал.
Айна. Она... везде.
Нервное напряжение уже не захватывало Джея так крепко. В конце концов, они были на финишной прямой к ней, и очень скоро Джей сможет схватить сестру за плечи и долго орать... А, черт, он не мог врать себе даже в мыслях — для начала он просто очень хотел ее обнять.
— Тапки, — повторила Милена, дергая его за рукав. Флиппер смотрел на эту картину с неодобрением, явно понимая, что спутнице просто нужен разговор с Джеем наедине. — Я не могу больше ковылять на одном каблуке!
Милена притащила его в один из киосков с сувенирами — обувных в здании аэропорта не обнаружилось. Джей честно выскреб из карманов всю наличку и вручил ей банные тапки с изображением Кремля и надписью «Из России с любовью» на английском. Важно покивав, Милена осмотрела их и примерила, будто бы не в лавке для туристов, а в модном салоне. Потом вновь потащила его за рукав, но уже к выходу, по пути небрежно запихав туфли в урну для мусора.
— Сигареты? — требовательно спросила она.
Джей нащупал в кармане мятую пачку.
— Ну что? — спросил он, в свою очередь затянувшись. — Что там еще с моими мозгами?
Милена помолчала немного, презрительным взглядом окидывая шумную толпу иностранцев, выбирающихся из такси, а потом косо улыбнулась.
— Что если я повторю, что эти рефлексы, пугающие тебя до последнего дендрита, на самом деле принадлежат тебе?
— Я не поверю, — честно ответил Джей. — Да и сейчас, с этой программой в моей башке, разве ты можешь быть уверена?
— А ты — можешь быть уверен в обратном? — парировала Милена. — Отбивайся сколько хочешь, но здесь мне не надо оборудования — привычка заметна и так, а то, что ты творил, было именно привычкой. И дай угадаю... Как и абсолютное большинство наших с Флиппером пациентов, ты не утруждал себя походами к врачам, так ведь?
— «Как и абсолютное большинство».
— Спасибо, котенок, я отлично помню свои слова, сказанные две секунды назад. Апгрейдом ты, поклонник «сколов» десятилетней давности — ах, прости, «выдержки»! — тоже не озаботился. Я не виню — почти все наши пациенты это конченые нищеброды. Но мало кто так упрямо отрицает этот факт.
— К чему ты ведешь?
— К тому, что пора перестать открещиваться от собственной амнезии. — Только сейчас Милена отвлеклась от созерцания туристов и подарила ему взгляд, полный жалости. — Это нормально для таких как ты, разве нет?
Джей промолчал. Да, ему частенько приходилось ковыряться в логах памяти, чтобы вспомнить события недельной, к примеру, давности, но разве это не привычно и для обычных людей, никак не связанных с взломами? В конце концов, разве не именно для этого и существуют логи и автосейвы? Все его знакомые регулярно забывали что-то важное и не очень! Он не так уж и отличался от них.
— Ты хорошо помнишь свою жизнь несколько лет назад?
— Отлично! — Джей ответил без промедления. — Помню установку импланта, например, а мне тогда было всего восемнадцать. По логике вещей, разве не тогда и должны были начаться провалы в памяти?
Именно тогда его жизнь стала в разы сложнее — привыкнуть к руке, привыкнуть к репликатору, сформировать новые стратегии в путешествиях к чужим данным... Его мозг горел, и сестрина болезнь не добавила спокойствия. Но Милену это не остановило.
— Раньше восемнадцати, Джей.
Он замолчал, безропотно позволяя Милене прикрепить вынутую из сумки дерму к его виску. Такой объем данных он не сохранял. Но все равно в памяти оставались обрывки воспоминаний о детстве, родителях... Самые яркие образы — вот сестра показывает ему на стареньком планшете коды, звучат незнакомые еще слова, она водит пальцем по бликующему экрану; вот она ведет его за руку по замызганному тротуару, и родители улыбаются им поодаль; Джей почти не помнит лиц, но улыбки навсегда в его памяти, как и пронзительное ощущение тепла и счастья.
Милена смотрела в смартфон.
— Это действительно тяжело, — пробормотала она. — Фальшивые воспоминания хранятся в том же отделе мозга, что и настоящие. Рассортировать это практически нереально, тем более специалисту со стороны. В будущем я бы посоветовала тебе проанализировать собственные энграммы — просто смоделировать их в киберпространстве максимально точно и посмотреть, станет ли мозг достраивать отсутствующие связи. Судя по твоему лицу, сделать это самостоятельно ты явно не в состоянии.
Это также было нормально для людей, у которых мозги забиты тоннами другой информации.
— Здесь и будет ответ, Джей. По логике вещей, твоя башка давно превратилась в мусорку, в которой просто нет места для старых воспоминаний. Однако если оно вдруг появится — продолжение того, что ты сейчас с трудом вспоминаешь, — то будь уверен, это ты сам выстраиваешь собственное прошлое. В пространстве по типу клетки Флиппера, без отвлечения на среду и лишнюю информацию, реальная память обычно капитулирует под натиском желаний. В общем-то, процесс сродни мечтаниям, с той только разницей, что тебе будет невероятно легко поверить в эти мечты. Понимаешь? Ты хочешь этих воспоминаний, и мозг тебя очень любит и дарит их, только чтобы ты, дорогой, не чувствовал дискомфорта. Но не сомневайся — это разум пытается тебя запутать
— Это ты меня сейчас пытаешься запутать.
— Почему это тебя так пугает? — Милена пожала плечами. — Вот, я даже могу показать реакцию твоей мозжечковой миндалины — реально пугает.
Помедлив немного, она продолжила:
— Если энграммы начнут выстраиваться легко и свободно, то это... девяносто процентов на то, что они являются искусственными. Искусственно созданными, точнее. Фальшивым воспоминаниями даже не нужно будет подстраиваться к реальным, мозг просто использует готовый фейковый шаблон, чтобы сконструировать твою фейковую жизнь.
— Словом, чем труднее это будет — тем больше вероятности, что воспоминания окажутся настоящими?
— Ты же сам знаешь, какое старье стоит у тебя в черепе. Исходя из простой логики — на такой рухляди любая работа с собственным мозгом должна проходить со скрипом. Просто помни об этом.
— Есть ли гарантированный способ отделить реальные воспоминания от ложных?
— Долгая операция с заменой всех
