сеть стала стягивать её тушу, разрывая крепкую шкуру.
Шипер решил помочь и использовал свои доспехи, но не в виде оружия, а создал специальные кандалы, которыми спеленал лапы нечисти и придавил их к земле. Жидкий металл затвердел, и разорвать его у мантикоры не получится при всём желании. Добить же её осталось делом несложным, особенно зачарованным оружием.
Бой закончился так же быстро, как и начался. С громким ревом Есенеев отрубил своим новым мечом башку мантикоры. Правда, получилось у него это не с первого раза, а только с четвертого. Слишком толстая шкура и крепкий позвоночник.
Себастьян выпотрошил самца, словно мясник. Все поле боя вокруг француза было забрызгано кровью, валяющимися кишками и кусками плоти с шерстью. Оборотень не стал размениваться на мелочи и просто порвал свою добычу, как и подобает зверю. И при этом, опять же, не потерял контроль. Хорошая работа. Дориан тоже поучаствовал. Молодой оборотень оторвал хвост самцу и этим же хвостом его забивал, отчего нижние конечности самца уже представляли из себя отбивную.
Изначально я не планировал заниматься сбором добычи до того как закончится Большая Охота. Нет, определенно какие-то важные части мы бы доставали, но какая-то доля из них была бы потеряна, тут уж ничего не поделаешь. Тащить за собой все трупы убитых тварей было как минимум неразумно и нелогично, да и куда их девать? Команды сборщиков должны были заняться этим вопросом попозже, после того как завершится очистка этого куска Зоны. На это дело уже подрядили людей Долгоруковых, которым было необходимо прибыть вместе с бойцами их рода в указанные сектора, заняться потрошением тварей, а затем доставить всё это в моё поместье. Можно было бы дать эту задачу своим людям, но Егерей у моего рода мало, а дёргать их после охоты будет глупым поступком. Тем более что Михаил сам предложил свою помощь, раз вместе воюем. Но мантикоры — это другой случай. Существа редкие, а ингредиенты внутри них очень дорогие, и я не желал соблазнять людей Долгоруковых, проверяя их порядочность.
Поэтому я уступил желанию Есенеева сразу же заняться добычей трофеев. Тем более что внутри бронетранспортеров были подготовлены на такие моменты специализированные ящики. Во всяком случае, сердца точно необходимо было достать. И если у самки оно было уцелевшее, то вот у самца — практически порванное. Себастьян во время своей схватки разорвал грудную клетку мантикоры, и часть сердца являла собой разрезанные куски горячей плоти. Впрочем, даже в таком виде оно сгодится. Не продам, так использую в артефакторике.
Закончив с разбором добычи, мы быстро погрузились в машины и последовали дальше. Михаил вышел на связь со связистом, человеком из его рода, который был прикреплен к нашей группе, и доложил, что практически прибыл на место вместе с бойцами Дарьи.
Кстати говоря, сама Хозяйка Медной Горы в поход не пошла. Могла, изъявила даже жгучее желание, но дел у нее было слишком много. Всё же она единственный представитель своего рода и поручить определённые задачи кому-нибудь другому просто не могла. Но зато она отправила на Большую Охоту свою элиту. Во всяком случае, перед тем, как выезжать в сторону Зоны, я видел рунного мастера лучника и закованного в бордовые доспехи воина с двумя двуручными мечами за спиной. И это не считая высоко подготовленных и экипированных по высшему разряду других бойцов её рода.
Краем уха слушая разговоры бойцов, делящихся впечатлениями после боя со столь грозным для них противником, я припал к карте Зоны. Составлял её явно какой-то дилетант, которого следовало бы отправить драить нужники, а не чертить карты, но другой не было. И не только у меня, но и у Михаила и Арджуна Чопра, того самого Мастера Лучника, который служил Дарье. Именно он командовал людьми Демидовых в нашем альянсе.
Участок зоны, который мы выбрали для большой охоты, сужался. Изначально, рассредоточившись, мы взяли каждый по своему сектору, а теперь должны были встретиться в центральной точке, именно у рощи, рядом с землями Соколовых, где находились Визжащие Деревья. Вот только стоило нам оказаться там, как я понял, что рощи уже нет как таковой. Ее фотографии и описание были в базе данных Егерей, поэтому я знал, что должен был увидеть, но реальность оказалась другой.
Лесная чаща была полностью изъедена, деревья скручены, большая их часть будто вырвана с корнем и обглодана, а те, что уцелели — истекали какой-то белесой жидкостью, будто гноем. Словно сердцевина этих деревьев прогнила или была пожрана изнутри. Земля пропиталась вонью настолько смердящей, что закладывало нос. Воздух вонял тухлятиной, смертью и разложением.
Оказавшиеся здесь раньше нас бойцы Долгоруковых и Дарьи, вели ожесточённый бой. И сражались они против насекомых. Мелких, будто тараканы или муравьи, и здоровых, чьи тела покрывали затвердевшие хитиновые наросты и шипы. Разорванные, разрезанные, взорванные — куча кусков инсектоидов валялась повсюду, истекая зеленой кровью, словно соплями. Грохотали пулемёты на крышах БТР. Бойцы союзников без устали поливали свинцом прущие волны тварей, истребляя тех пачками. Взрывалась магия, сотрясая землю и вырывая из неё целые куски. Кричали раненные, зовущие на помощь и пытающиеся спастись от острейших жвал и летящих, словно снаряды, ядовитых шипов. Красная, человеческая кровь смешалась с зелёной, тягучей, принадлежавшей тварям. Она была подобна кислоте — разъедала землю, доспехи и тела людей.
Медики оттаскивали таких раненных в тыл, где оказывали помощь, а выбитых из строя бойцов заменяли другие. Одно хорошо — зачарованная сталь брала крепкий, антрацитового цвета, хитин инсектов. Зачарованные доспехи, а не просто дешевая броня, выдерживали натиск кислоты и острейших шипов. Но если подобный враг и удивил кого-то из моих бойцов своим наличием, то вот чего никто не ожидал, так это возвышающегося исполинского холма на месте рощи.
С нашим появлением чаша весов в бою стала неумолимо клониться в сторону людей. Я так же не остался в стороне и принялся выжигать эту заразу Светом, попутно читая молитву. И там, где я ступал, люди приходили в себя, отходили от ран и вновь брались за оружие, чтобы убить как можно больше тварей. Раненным и медикам также помог, воткнув рядом с их местоположением лабрис в землю. Оружие довольно сильно пропиталось Светом, а потому по моей воле вокруг него образовалась Эгида Света. Мне же хватило и голых рук, чтобы рвать инсектов на куски, не забывая щедро посылать в сторону самых здоровых насекомых Копья Света.
Когда всё было кончено, а от насекомых остались лишь агонизирующие туши, которые добивались силами союзников и моих бойцов,
