тёплой одежде похожие на больших жуков. Всё дышало миром и покоем.
Йоши-Себер активировал Око и посмотрел на юг. Небо почти полностью почернело, по нему ежесекундно пробегали белые молнии: демон был в ярости. Оглядевшись, Йоши-Себер, к своему удивлению, увидел похожую картину и на севере, но там небо выглядело скорее свинцово-серым и наливалось чернотой только на горизонте — судя по всему, со стороны Ами-Цишгун тоже приближался демон. Йоши-Себер не сомневался, что это Кадукэннон. Видимо, Кабаин решил объединить усилия двух своих сикигами. Это было, с одной стороны, лестно, а с другой — по-настоящему жутко. Йоши-Себер почувствовал, как отчаяние накрывает его тяжёлой ледяной волной. Однажды зимой он провалился в пруд императорского парка, так что знал, каково это — оказаться скованным по рукам и ногам могильным холодом, быть не в состоянии вздохнуть и пошевелиться. Тогда ужас длился лишь несколько секунд — пока Куригато не вытащил инфанта — теперь же Йоши-Себеру казалось, будто он медленно опускается на дно северного океана, и толща воды давит на него со всех сторон. Медитации были напрасны: против двух сикигами Кабаина ему не выстоять. Артефакты могли бы помочь, да и то при определённой доле везения, но их он раздобыть не успел.
Глава 42
Йоши-Себер медленно пригладил волосы и взглянул на свои запястья, на которых сверкали тяжёлые золотые браслеты. Какой парадокс: они являлись и проклятьем, и источником силы! Горько усмехнувшись, Йоши-Себер скрестил руки, и его тело начало покрываться костяным панцирем. Никогда не сдаваться — вот чему учил его и других инфантов Куригато. И этот принцип, в отличие от многих других, Йоши-Себер впитал в плоть и кровь.
Он вышёл из дома Варкана, на ходу призывая духов. Требовалось всего несколько минут, чтобы жители деревни превратились в сикигами. Амадеки продолжали заниматься своими делами, не подозревая, что скоро станут орудием в руках Коэнди-Самата. Йоши-Себер остановился в центре площади и встал спиной к храму, чтобы Бусо-Кан и Кадукэннон оказались справа и слева от него. Последний немного запаздывал, так что Бусо-Кан, конечно, прибудет первым. Станет ли он ждать второго демона или сразу ринется в бой?
Находясь в гэнсо, Йоши-Себер мог видеть не только сикигами, но и других существ. И его глаза различили на снежной равнине тощую фигуру, отдалённо похожую на человеческую. Существо с выпученными глазами замерло на секунду и втянуло широкими ноздрями холодный воздух. Это был ко-си, посланник. Он, должно быть, отправился в путь задолго до своего хозяина, раз так значительно обогнал его. В зубах существо держало белый прямоугольник. Йоши-Себер понял, что ко-си несёт письмо для него — должно быть, последний ультиматум милостивого Кабаина.
На миг возникло искушение принять все условия и капитулировать, но Йоши-Себер взял себя в руки: тогда всё будет напрасным, ведь получится, что он напрасно потерял душу, а старший брат остался неотомщённым.
Йоши-Себер поймал несколько удивлённых взглядов, брошенных на него проходившими мимо амадеками. Ещё несколько секунд, и они станут сикигами, чтобы ринуться в бой с демонами Кабаина. Коэнди-Самат запрокинул голову, чтобы не видеть приближающуюся с двух сторон погибель. Есть ли у него хоть один шанс? Йоши-Себер был вынужден признать, что нет. Он может только умереть. Хотя нет, это вряд ли. Кабаин бережно относится к своим Коэнди-Саматам и не допустит напрасной траты человеческого материала. Демоны унесут его в Хирагуру, где Кабаин наложит на него печать. И тогда — всё! Не будет больше ни страха, ни ревности, ни отчаяния, ни радости, ни счастья — только слепое подчинение Повелителю Демонов. А потом, спустя много сотен лет, — смерть и бесконечные муки ада для падшей души!
Куригато учил своих подопечных прямо смотреть в лицо судьбы, и Йоши-Себер не умел строить иллюзий. Он понимал, что его ждёт, и изо всех сил старался смириться с неизбежностью гибели (а как ещё назвать рабство у Кабаина?). Старался, но не мог.
Небо залило тьмой, остался лишь крошечный просвет там, где серое марево Кадукэннона ещё не соединилось с чернотой, предвещавшей появление Бусо-Кана.
Ко-си, легко перепрыгнув через высокий частокол, заковылял узкими улочками к площади Гамарды.
Жители деревни провожали его равнодушными взглядами: Йоши-Себер запретил своим сикигами трогать посланника. Он хотел знать, что пишет Повелитель Демонов, хотя, конечно, о содержании письма догадаться было нетрудно.
Ко-си появился на площади спустя несколько минут. Тощий, похожий на труп умершего от голода уродца, он, не сбавляя шага, направился к Йоши-Себеру.
— Разрешишь ли ты мне приблизиться, чтобы передать письмо от моего господина? — осведомился он тихим скрипучим голосом, демонстрируя белый конверт.
— Давай! — Йоши-Себер протянул руку.
Его вдруг охватило спокойствие, граничащее с безразличием — должно быть, так чувствуют себя люди, осознавшие неизбежность скорой смерти.
Он разорвал конверт и вытащил сложенный вдвое листок с единственной колонкой иероглифов. Кабаин предлагал Коэнди-Самату сдаться, покориться судьбе и исполнить свою часть договора.
Дочитав, Йоши-Себер демонстративно скомкал и выронил листок. Ко-си пронаблюдал за его действиями с подчёркнутым вниманием, затем поклонился, собираясь уйти.
— Постой, — окликнул его Йоши-Себер. — Передай своему господину, что я хочу заключить с ним новый договор.
На физиономии ко-си отразилось удивление.
— Повелитель Демонов не заключает новые договоры, пока не исполнены старые, — проскрипел он. — Все Коэнди-Саматы это знают, — добавил он с укором.
— И всё же передай, — повторил Йоши-Себер.
Ко-си помедлил пару секунд, коротко кивнул и, развернувшись, пошёл прочь. Движения у него были ломаные, дёрганые — словно у марионетки в неумелых руках.
Теперь оставалось только ждать. Демоны рвутся в бой, но Кабаину нужен Коэнди-Самат, так что им придётся потерпеть, пока ко-си мысленно свяжется с их общим господином и получит от него ответ. Йоши-Себер не знал, почему посланник не может сделать это сразу, на месте, но ко-си всегда уходили за ответом. Возможно, это стало традицией: Кабаин был сентиментален и любил театральность.
Йоши-Себер внимательно наблюдал за небом. Шли минуты, тянувшиеся, как часы. Казалось, время остановилось, а вместе с ним — и жизнь в Гамарде. Всё замерло в ожидании битвы.
С тех пор, как ушёл ко-си, минуло больше получаса. Наконец, Йоши-Себер увидел, как к деревне приближается фигура посланника. Это был добрый знак: если бы Кабаин отверг предложение Коэнди-Самата, то просто отдал бы демонам приказ атаковать.
Когда ко-си появился на площади, ни в зубах, ни в руках у него ничего не было.
— Господин приказал передать, что отвергает твоё предложение, Коэнди-Самат, — проскрипел посланник, приблизившись. — Ты сдаёшься?
— Нет, — Йоши-Себер взглянул сначала на правую половину неба, а затем на левую. — Пусть придут демоны!
— Как
