компьютерной стрелялке. Егор Левонович, есть будете?
– Кофеёчку бы, – слабо улыбнулся Карапетян.
– Сделай профессору кофе, – посмотрел Редошкин на Мерадзе. – В НЗ были пакетики растворимого.
– Нашёл крайнего? – рассмеялся лейтенант.
– Сегодня ты дежурный.
– Не знал. Ладно, сделаю.
Через несколько минут они все втроём пили кофе, совершенно не представляя, что будут делать, если десант чёрного леса пойдёт в атаку…
Глава 20
Предать, не колеблясь
Он всегда завидовал сверстникам, рост которых превышал его собственный. Девушки во все времена предпочитали рослых пацанов, и скабеевские сто семьдесят были не видны лишь при езде на велосипеде. Поэтому и в лётное училище он пошёл не в последнюю очередь из-за малого роста, чтобы компенсировать недостатки природы высотой полёта и голубизной погон.
Если бы ему в те годы сказали, что он не только будет летать на боевых вертолётах, но и попадёт на одном из них в другую вселенную, Скабеев счёл бы это неумным розыгрышем. Однако судьба распорядилась таким образом, что он получил погоны лейтенанта, стал стрелком вертолёта Ми-171 и в результате обстоятельств оказался в другом мире, заросшем бесконечным лесом с гигантскими деревьями.
Всё было бы ничего, не попади он вместе с другими лётчиками под удар гипноиндукционного излучения, которым владели насекомые этого леса – огромные шмели, находящиеся на службе леса-завоевателя. Лейтенант не был по натуре злобным или агрессивным, хотя кое-какие амбиции имел. Но психотронная атака заблокировала в мозгу пилота всё человеческое, и, даже оставшись один, Скабеев не перестал выполнять приказы чёрного леса, внушаемые роями шмелей.
Изредка накатывала тоска – когда психика вдруг вспоминала моральные принципы, всосанные с молоком матери и бередящие душу. Однако как только лейтенант начинал задумываться о том, что делает, и переставал заниматься коррекцией «демонской» техники, на голову сваливался рой адских кусачих созданий (шмели имели и жала, и зубы!), сознание темнело, и Скабеев возвращался к терминалам базы Демонов, по привычке называемой центром обороны, продолжая активировать его роботов.
Последнее задание – реанимировать главный стрелковый комплекс центра обороны – оказалось нелёгким. Несмотря на воздействие шмелей на компьютеры и системы управления роботами, «демонская» техника расставалась со своей независимостью неохотно, и подчинить её, научиться понимать ментальный язык компьютеров, удалось далеко не сразу. Если отдельные механизмы не сопротивлялись командам человека, то системные центры сначала запрашивали коды доступа, пароли и условные формулы, прежде чем выполнить приказ, поэтому Скабееву приходилось подолгу искать к ним подходы, обманывать, отключать системы безопасности и обходить блокировку, что отнимало много времени и сил.
И тем не менее он наконец-то вплотную подошёл к решению проблемы, разобравшись в принципе действия стратегического комплекса, названного им Потрясателем Мира.
Как оказалось, это был излучатель энергии, разрушающий атомарные и электронные связи материи. Излучалась она порциями – солитонами, представлявшими своеобразные невидимые снаряды. Один удар такого «снаряда» мог превратить в пыль земной мегаполис, и Скабеев не раз вспоминал разговоры спутников о кратере возле базы противника, сотворённом разрядом Потрясателя. В тот раз (а произошло это тысячи лет назад во время войны Демонов) хозяева центра обороны промахнулись, не сумев поразить Крепость, где обосновались нынешние обитатели – земные попаданцы, теперь же Скабееву была поставлена задача не допустить ошибки и уничтожить Крепость, что он и намеревался сделать.
Каково же было удивление оператора, когда он узнал, что целиться надо не по месту расположения Крепости, а по верхнему полю обзора, то есть по небу, где над равниной Большого Леса нависала точно такая же равнина с точно таким же Лесом! Сначала лейтенант подумал, что он просто неправильно понял речь компьютера, высветившего ему карту поля былых сражений. Потребовал уточнить координаты удара. И убедился, что стрелять действительно надо вверх, в небесный купол, служащий своеобразным зеркалом, в котором отражался реально существующий Большой Лес.
Впрочем, удивлялся открытию пилот недолго. Сфера эмоций в настоящий момент ему была практически недоступна. Задания чёрного леса он выполнял автоматически, лишь изредка вырываясь из тесного мирка «психического концлагеря» на свободу и не понимая, чем занимается. Потом включалась программа подавления воли, и лейтенант погружался в болото чужих команд с головой, переставая думать о чём-либо кроме выполнения приказа.
Последние роботы центра обороны ушли колонной «на юг», собираясь нанести по Крепости отвлекающий удар, и Скабеев послал гонцов – шмелей и летучих мышей в нижний лес, чтобы те подключили к атаке на Крепость роботов из бункеров выживания, а сам принялся настраивать прицельную систему Потрясателя Мира, пока не привёл её в рабочее состояние. Теперь он мог наблюдать за кратером, не покидая центра обороны, просто направляя радары в небо, как если бы он сидел в обсерватории на Луне и смотрел на Землю.
Площадь территории, доступной наблюдению, превышала сто тысяч квадратных километров, и Скабеев, глядя в небо, хорошо видел кратер, располагавшийся в трёх тысячах километров от острова. Осталось только уточнить координаты входа в Крепость, чтобы не промахнуться. Эти координаты ему должны были сообщить разведчики десантной колонны, приблизившейся к кратеру, для чего им надо было всего лишь включить передатчик. И Скабеев принялся терпеливо настраивать реактор Потрясателя, всё реже задумываясь о том, что, по сути, предаёт своих товарищей, обрекая их на смерть.
В последний раз он засомневался в правильности своих действий, когда контролирующий его шмелиный рой отвлёкся на непродолжительное время, покинув зал управления базой. Скабеев даже успел очнуться от тёмного полузабытья и начал вспоминать, кто он и что делает в «незнакомом» месте. Однако шмели вернулись, и пилот после недолгой внутренней борьбы с самим собой снова погрузился в привычное болото безволия в ожидании приказа Хозяина.
На Земле в это время наступило утро двадцать второго февраля…
Глава 21
Я хотел её спасти!
Решение сменить транспорт Максим принял, пробегая мимо коридора, ведущего к ангару. Недолго думая, он свернул туда, обшарил кабину самолёта, убедился, что оружия в ней достаточно, и вызвал по рации Редошкина:
– Дом, откройте верхний люк! Я полечу на суперджете!
– Хорошо, – ответил удивлённый сержант. – А как ты спустишься в нижний лес?
– Через шахту возле взорванного звездолёта.
– Понял, открываем.
Через минуту «демонский» истребитель стартовал из глубин Крепости, взяв курс «на север».
До воронки, оставшейся на месте звездолёта, Максим домчался за три минуты. Столько же потратил на ориентацию и поиски «птичьего глаза», нырнув в «зрачок», и ещё через минуту пулей вылетел в сумрак нижнего «слоя бутерброда».
Здесь только-только начиналось утро (интересно, мелькнула мысль, как связаны источники света в разных слоях?), но уже можно было разглядеть светлеющий на глазах
