Легионер напряг вздувшиеся мускулы. Со звоном лопнули, раскатились звеньями сковывавшие его цепи. Тумидус-2 шагнул с колесницы, взмахивая сетью ретиария: образом личного клейма. Меч, зажатый в другой руке, нацелился в горло ближайшему человеку-костру.
Безнадежная, отчаянная попытка.
Дотянуться сразу до шестерых противников. Связать, заклеймить, обратить в рабство. Авантюра, заранее обреченная на неудачу. Клеймить можно лишь по одному, на массовое клеймение не хватит самого могучего ресурса. Но пока вехдены борются с помпилианцем, Борготта получит шанс закончить начатое.
«Давай, мерзавец! Жги, прах тебя побери!»
Галлюцинативный комплекс: Башня Молчания«Не отвлекайся!..» – громыхнул дуэт альтер-эго.
Выполнить приказ, отданный маэстро и экзекутором, оказалось трудно. Как сосредоточиться на коррекции, если легионер единым махом вылетел из колесницы, обнажая меч? Вихрем ворвавшись в гущу людей-костров, воин превратился в машину для убийства – один против всех. Короткий меч успевал нырнуть в малейшую лазейку. Левая рука легионера вместо щита была вооружена сетью – пронзительно-голубой, как если бы ее сплели из родниковой воды.
Там, где сеть касалась огня, пламя шипело и гасло.
Место битвы заволокло паром. Нечленораздельные выкрики, звон, пассажи гитары, рваные и нервные, хрип задыхающейся трубы – какофония боя сотрясла башню до основания. Даже зубастые птицы отпрянули, скрывшись в облаках. Раньше Лючано полагал, что птицы – образ голодных фагов, окруживших «Нейрам». Сейчас он в этом засомневался, но быстро отбросил сомнения.
Не потому что нашел истинный ответ.
Просто надо было работать.
Пробужденные искрами, сокращаясь от вливаемой боли, мышцы антиса мало-помалу приводили тело в движение. Пульчинелло садился. Вот он оперся ладонью о плиты башни, вот выпрямил могучий торс, наклонился вперед…
По мере движения исполина воздух вокруг него раскалялся. Загорелись дрова. Лючано умом понимал, что тоже горит, но боли не испытывал. Наверное, вся боль без остатка уходила в Пульчинелло. Кукла оживала; скоро она встанет, башня вспыхнет гигантским костром, для многих – погребальным, для одного – воскрешающим, и тогда можно будет отдохнуть…
«Давай, маэстро…»
«Кого вы так назвали, маэстро?»
Ответ утонул в гуле пламени.
На полпути от «я» к «ты»Положительные моменты использования марионетки в психотерапии (психосоматические расстройства, работа горя, экзистенциальные и возрастные кризисы):
– непривычность способа позволяет ломать стереотипы поведения;
– доступ к детским ресурсам клиента, связанным с игрой и удовольствием;
– процесс не осознается клиентом, давая свободу поиска;
– выход на глубинные уровни;
– делание чего-то своими руками, с интересом и без страха, включает механизм травестирования: «Я сильнее тебя, я тобой управляю!» Такая мощная терапевтическая метафора может действовать на бессознательном уровне очень долго…
Галлюцинативный комплекс: Башня Молчания…в огне хлестала сеть легионера.
Пожар был тому причиной, или еще что, но складывалось впечатление, что сеть растет прямо из бойца. Превратясь в измочаленное рванье, она напоминала захлебывающийся фонтан. На концах струй, в местах разрывов, из голубых веревок прорастали крючья – знакомые тройчатки, какие ранее украшали волосы женщины-воина.
Несколько лиан двинулись от пылающего кукольника к легионеру. Ладошки флуктуации ловко подхватывали обрывки и набрасывали на добычу, выбранную по принципу узнавания, стараясь, чтобы крючья намертво вцепились в плоть. Двое людей-костров подчинились без сопротивления; третий отбивался с яростью безумца – и пенетратор уступил.
Третьим был Фаруд.
Михр, на краю воронкиБольше не думая о вехдене с лучевиком, Тумидус вывалился из горящего вездехода. И, падая на землю, вспыхивая факелом, успел увидеть, как главарь боевиков прицелился и хладнокровно выстрелил в затылок Лючано Борготте.
ГЛАВА ПЯТАЯ
ГНЕВ НА ПРИВЯЗИ
I
– Контрольный позывной. Повторяю: контрольный позывной. Всем доложить завершение РПТ-маневра. Порядок очередности – стандартный.
– Ноль-второй РПТ-маневр завершил успешно. Происшествий нет. Скорость и траектория расчетные. Приступил к торможению.
– Ноль-третий РПТ-маневр завершил…
Обер-манипулярий Лициний Катон, офицер-координатор 2-й эскадры Первого Квинтилианского галерного флота, слушал доклады в пол-уха. Если бы имело место ЧП, сообщение поступило бы вне очереди, как положено по Уставу. Доклады по выходу из РПТ – простая формальность, дань традиции. Индикаторы связи со 18-ю основными и 10-ю вспомогательными кораблями эскадры горели зеленым.
Аварийные датчики молчали.
На обзорниках разворачивалась панорама звездной системы Йездана-Дасты. В систему со стороны Конской Головы входили две эскадры помпилианских миротворцев, сопровождая дюжину громоздких транспорт-пентер. В их трюмах на Михр летел VI легион планетарных штурмовиков «Скутум».
– Ноль-четвертый РПТ-маневр завершил…
– Ноль-пятый…
Командиры эскадр и военный консуляр-трибун Марцелл, возглавлявший миротворческий контингент, в управление полетом не вмешивались. Ситуация штатная, все идет по плану. Экипажи полностью укомплектованы, полуторный боезапас загружен; в ходовых отсеках – свежие рабы. Накопители заряжены под завязку, об энергообеспечении можно не волноваться. Да и боевых действий, честно говоря, не предвидится: эскадры явились по приглашению правительства новопровозглашенной Михрянской республики.
Вот штурмовикам после высадки и впрямь придется слегка побегать. Помочь местным растяпам подавить остаточные очаги сопротивления фундаменталистов.
Но это – уже не в космосе.
Лициний Катон позволил себе улыбнуться. После длительного противостояния двух империй, обмена нотами протеста, политических интриг, экономических диверсий, войны разведок, пограничных стычек, неудачных попыток вторжения – помпилианцы наконец получили возможность проникнуть в самое сердце державы Хозяев Огня. То, чего четверть века назад не удалось достичь силой оружия, теперь им поднесли на блюдечке. И кто, подумать только? – сами вехдены!
Имперцы, республиканцы – какая, по большому счету, разница? Раскол в стане давнего противника – лучше не бывает…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
