слове вырывались язычки пламени, похожие на плевки разъярённой кобры.
— Предатель… — прорычала она, и от её голоса треснули колонны. — Полукровка! Ни человек, ни джинн. Отродье любовной связи, которая осквернила наш род. Для тебя мы придумаем особую казнь! Ты будешь умирать тысячу раз, чувствуя, как разрываются сами основы твоего существа!
— Я ваш брат, — Фазиль выпрямился во весь рост, его фигура засияла с такой интенсивностью, что на него стало больно смотреть. — Сын Шамса из рода Небесного Пламени. Я веками искал способ освободить вас, но теперь вижу, что от моих братьев и сестер осталась лишь искажённая тень.
— Тень? — внезапно расхохотался первый джинн, и его смех был как лавина, обрушивающаяся на горную деревню. — Мы стали ИСТИНОЙ! Боль очистила нас от всего слабого, всего человеческого! Мы теперь чище огня, древнее камня, безжалостнее времени!
С этими словами он метнул вперёд руку, сплетённую из острых костяных лезвий, и стена храма рухнула, рассыпавшись будто песочная конструкция. Каменные глыбы размером с лошадь полетели во все стороны. Один из обломков задел Филю, который едва успел отпрыгнуть. Кровь хлынула из рассеченной брови, заливая лицо рыжего, но он только оскалился, вытирая её рукавом.
Британские солдаты, оправившись от первого шока, построились в боевую формацию. Маги с Покровами Волка и Лисы встали впереди, их сине-серые и оранжево-красные ауры смешались, образуя защитный барьер. Они скоординировали усилия, направив поток энергетических снарядов в сторону джиннов, но атаки отскакивали от их тел, как горох от стены.
Женщина-джинн с шестью руками лишь раздраженно дёрнула плечом и взмахнула ладонью. Невидимая сила снесла троих солдат, размазав их по стене храма как насекомых. От удара их кости хрустнули, превращаясь в кашу, а внутренности вывалились наружу кровавыми лентами.
Воины клана Золотых Копыт продержались чуть дольше. Их Покров Антилопы, усиленный поколениями тренировок, позволил нанести несколько ударов, от которых джинны даже поморщились. Но затем тощий джинн с кожей, напоминающей потрескавшуюся глину, просто раскрыл рот шире, чем казалось возможным, и выдохнул облако чёрного дыма. Дым окутал четверых воинов, и когда он рассеялся, от них остались лишь почерневшие скелеты, всё ещё стоящие на ногах, пока не рассыпались в прах.
Я осмотрелся, пытаясь найти способ спасти ситуацию. Джиннов становилось все больше — они поднимались из бассейна один за другим, каждый уродливее и страшнее предыдущего. Скоро храм заполнится ими до отказа, и тогда даже наши способности не помогут.
— Сеня! — окликнула меня Рита. — Скипетр Хартингтона!
Я проследил за ее взглядом. Действительно, скипетр контроля, который выпал из рук умирающего британца, лежал в нескольких метрах от нас, поблескивая в тусклом свете храма. Но чтобы добраться до него, пришлось бы пересечь открытое пространство, полное освобожденных джиннов.
— Я его достану, — прошептал Филя, его глаза горели золотистым огнем. — Сейчас активирую Покров на полную и…
— Нет! — я схватил его за руку. — Они тебя поймают раньше, чем ты преодолеешь половину пути.
— Есть другой способ, — неожиданно сказал Фазиль, подходя ближе. Его лицо выглядело осунувшимся, как будто он постарел на тысячу лет за последние минуты. — Объединенный артефакт все еще в бассейне. Если его достать и активировать правильным образом, можно изменить печать и снова заключить их.
— Как? — спросил я, глядя на бассейн, кишащий джиннами, которые продолжали появляться из его глубин. — И как, черт возьми, я до него доберусь?
— Ты можешь использовать мою силу, — Фазиль положил руку мне на плечо. — Я — джинн. Точнее, наполовину. Ты можешь синхронизироваться со мной, как с другими Покровами.
Я уставился на него в шоке:
— Что? Синхронизироваться с магией джинна? Это вообще возможно?
— Да откуда же я знаю⁈ Но сейчас не время для осторожности! — его глаза сверкнули. — Если у тебя получится, ты сможешь ненадолго задержать появившихся джиннов. Этого времени хватит, чтобы добраться до артефакта!
— А что потом? — спросил я, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.
— Затем ты должен будешь активировать его правильным образом, чтобы изменить структуру печати, — Фазиль говорил быстро, постоянно оглядываясь на джиннов, которые, похоже, были заняты разрушением храма, не обращая на нас внимания. — Но для этого нужно знать древние символы и…
— Кажется, я что-то знаю об этом, — неожиданно произнесла Зара. Ее лицо было покрыто пылью и кровью, но глаза лихорадочно блестели. — В библиотеке нашего клана хранятся древние манускрипты, которые меня заставляли зазубривать с самого детства. Один из них описывал ритуал изменения печати в Храме. Там не было описано, какой именно печати это касалось.
— Проклятые Хранители, — Фазиль покачал головой. — Вы умудрились забыть, что именно защищали все эти века.
— Мы знали, что храним что-то древнее и опасное, но никто не говорил про джиннов! — огрызнулась Зара. — С каждым поколением информация терялась, превращаясь в ритуалы и символы без объяснения их истинного значения.
— Неважно, — я прервал их спор. — Что конкретно ты помнишь о ритуале?
— В манускрипте говорилось, что печать создавалась исключительно силой магов со звериной природой, — сказала Зара, сосредоточенно хмурясь. — Сотни чародеев объединили свою магию, чтобы создать тюрьму для джиннов.
— Но одной моей силы недостаточно, — заметил я. — Иначе ты бы уже давно всё сделал.
— Верно, — кивнул джинн. — Тогда было множество магов твоего типа, объединивших свою мощь. Сейчас ты один, и тебе понадобится поддержка других чародеев, чтобы напитать твою собственную магию. Они должны влить свою энергию в твою, усилив её до необходимого уровня.
— У нас есть пять дополнительных источников, — я оглядел друзей. — Рита, Филя, Серый, Зара и её отец. Правда, шейх сейчас ранен и вряд ли сможет выделить достаточное количество энергии.
— Этого должно хватить, — Фазиль выглядел обнадёженным. — Если все объединят свои силы и направят их через тебя и медальон.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда давайте начнем. Фазиль, как мне синхронизироваться с тобой?
Джинн положил ладони мне на плечи, и я почувствовал странную вибрацию, прошедшую через всё тело, словно камертон, настраивающийся на неведомую частоту. Его глаза, похожие на расплавленное золото с вкраплениями рубинов, встретились с моими, и на мгновение мир вокруг перестал существовать.
— Это будет больно, Арсений, — голос Фазиля звучал одновременно снаружи и внутри моей головы, отдаваясь эхом в костях черепа. — Не просто боль, а агония, какую ты никогда не испытывал. Твои магические каналы будут гореть, словно в них залили расплавленный металл. Твой разум будет кричать, умоляя прекратить. И есть риск, что ты не сможешь разорвать связь вовремя. Застрянешь между мирами и потеряешься в безумии.
От его слов по спине пробежал холодок, но я не позволил страху взять верх. Сын Мурада, мои друзья, все эти люди — их жизни зависели от моего
