Я опустил взгляд вниз и увидел причину удивления Матвея.
Страшные раны, что ещё вчера красовались у меня на груди, не исчезли, но стали значительно меньше. Такое ощущение, что я получил их не вчера, а седмицу назад!
— Ого! — присвистнул подошедший Макс. — Неплохо! Раньше, вроде, не так быстро заживало?
— Угу, — подтвердил я, ощупывая пальцами края ран. — Ещё одна причина усиливать связь с духом!
— Это у тебя из-за духа?
— А что он тебе вообще даёт?
— Эх, вот бы и мне так! — каждый из отряда счёл необходимым подойти и посмотреть на мои затянувшиеся «царапины».
Даже Макар подошёл и с завистью поцокал языком.
Я смыл тёплым отваром вчерашнюю кашу и сам нанёс свежую, забрав миску у Матвея. Потом дождался, когда он меня перебинтует и уселся в сторонке, намереваясь уделить пару минут на то, чтобы прояснить момент с моим чудесным исцелением у Иня.
«Говорил же тебе, главное, чтобы тебе голову не оторвали. А с остальным я справлюсь, — раздался усталый голос моего духа. — Вот только шрамы останутся. У меня просто пока нет сил на то, чтобы их убрать».
— Не ожидал, что будет такой результат! Это же удивительно!
«Говорил же, что я живучий, — довольно ответил мой дух. — То ли ещё будет!»
Я довольно улыбнулся, прикидывая у себя в голове, что с таким феноменальным восстановлением, мне стоит усилить нагрузки на организм и ужесточить тренировки.
Я пробежался взглядом по нашему лагерю, успев заметить отвернувшегося и уходящего куда-то Тихомира.
Показалось или нет, что он как-то слишком внимательно меня разглядывал?
Глава 26
Полное восстановление заняло три дня. Но это у меня.
Макс уже на следующий день вовсю раздавал указания нашему отряду, увеличив количество тренировок и выпросив у Тихомира дополнительные техники по развитию духовной энергии и её контролю.
Забавно, но никто больше не стонал и не возмущался. А когда кто-то начинал ныть, то Макс советовал сходить проведать Кузьму. Все сразу же начинали тренироваться с удвоенным рвением. Видимо, никто не хотел лишиться глаза из-за своей лени.
Макар присоединился к тренировкам только через неделю, хотя изначально речь шла о двух. Из лазарета его выпустили уже на второй день, зашив рану и посоветовав продолжать делать целебные примочки из лечебных трав. А их у нас было в достатке.
Несколько раз нас, в составе других групп, отправляли на разведку. Пару раз даже пришлось поучаствовать в стычках с такими же отрядами рязанских, которых с каждым днём становилось всё больше и больше.
С нами особо планами не делились, но Макс умудрился узнать, что армия, в состав которой мы влились ещё через две недели, была отправлена на захват одного из крупнейших городов Рязанского княжества.
Довольно странно, но на этих землях аномалий было намного больше чем там, откуда мы пришли. Я ещё довольно плохо разбирался в местной географии, с трудом пытаясь запомнить названия городов и княжеств. Макс пытался мне в этом помочь, но шло у меня откровенно туго.
Чем сильнее мы углублялись на территорию противника, тем больше потерь несли. Довольно часто, причиной многочисленных ранений и смертей были зачистки аномальных зон.
Я откровенно не понимал, почему в подобные вылазки не отправляли исключительно тех, кто уже обладал духом-спутником. Ведь даже все члены нашего немногочисленного отряда неплохо справлялись с изменёнными.
Да, не обходилось без травм, но пока ничего серьёзного. Зато добытые камни помогали укрепить связь с духами, за счёт чего увеличивалась крепость тела и скорость реакции.
Я старался попасть в как можно большее количество таких вылазок. Часто мы отправлялись с Максом. Нас уже знали и с охотой брали с собой.
Причиной подобного отношения стала ситуация, когда мы, исследуя и зачищая очередную аномалию, попали на территорию духов. Причём осознали, куда мы попали, далеко не сразу.
Мы занимались сбором довольно редких цветков, удивляясь отсутствию агрессивных зверей, когда один из воинов внезапно упал. Он слишком сильно удалился от остальных, поэтому среагировали мы не сразу.
Лидером отряда, в этот раз, был незнакомый нам вой по имени Клим. В целом, он создавал впечатление опытного, уверенного командира. Отряд вёл быстро, но при этом с соблюдением максимальной осторожности. Старался брать только самое ценное, остальное складывая в небольшие кучки, чтобы можно было потом вернуться и забрать.
Он же первым и заметил произошедшее, моментально подняв тревогу.
Мы с Максом в это время занимались тем, что пытались выкопать толстые корни каких-то растений, которые мало того, что были вполне себе съедобными и даже вкусными, если правильно их приготовить, так ещё в них была столь необходимая нам для развития энергия.
Нездоровое движение мы заметили, оценили обстановку, не заметили никаких опасностей и продолжили заниматься своим делом. А спустя десяток секунд поднялся крик.
— Духи! Это духи! Командир, что делать?
— Собраться! Уходим! Быстрее, быстрее! Да брось ты это сено, надо убираться с их территории!
Поднялась суета. Я впервые увидел, как уверенные в себе воины мечутся со страхом в глазах.
Мы с Максом бросили уже добытые корни и поспешили к остальным. Там уже во всю шла битва.
Отряд отбивался от пары десятков мелких духов. И они продолжали прибывать. Полупрозрачные змейки, с метр в длину, кружили вокруг воинов, изредка нападая и отскакивая назад. Но, несмотря на малый размер, духи оказались не так просты.
Трех укусов хватало, чтобы здорового мужа начало шатать. Движения замедлялись, как и реакция. После семи-десяти атак, «покусанный» просто терял сознание.
Удары мечами лишь ненадолго отпугивали духов, не нанося им каких-то особых повреждений. Нет, раны появлялись, но змейки отползали в сторону, и повреждения затягивались, после чего они снова вступали в бой.
К тому моменту, как мы добрались до сбившихся в круг воинов, уже двое были без сознания, а ещё пятерых покусали до такой степени, что они с трудом могли поднять меч.
Самое печальное, что духи оказались необычайно умны. Они каким-то образом вычислили командира и на него бросилось сразу восемь змей.
Трёх из них, командир, у которого был дух лошади, разорвал на части. Ещё четырёх быстро порубили на части стоящие рядом с ним бойцы. Одна умудрилась спастись.
Однако своё дело они сделали. Командир простоял на ногах ещё несколько секунд, после чего просипел: «Отступаем», и упал сначала на колени, а потом распластался на земле.
Я окутал руки энергией и бросился на духов. Призрачные когти рвали полупрозрачные тела, вырывая целые куски. Змеи обвивали руки и пытались кусаться, но пока не могли прокусить мою защиту.
С падением командира начала разрастаться паника. Воины ещё держали круг, но всё чаще оглядывались на лежащие тела и на своих соседей.
— Макс, надо что-то делать! — произнёс я, отрывая голову очередному духу, который сжимал кольца вокруг моей левой руки.
— Да что тут сделаешь? — прорычал он, перехватывая бросившегося ему в лицо духа прямо в воздухе. — Надо валить отсюда!
— Сбейтесь плотнее! — прокричал я, сдирая змею с бессознательного тела воина. — Убирайте свои железки! Помогите раненым. Хватайте тех, кто не может идти. Мы вас прикроем!
— Вдвоём? — произнёс кто-то нервно.
— Втроём! — ответил ему худой, невысокий воин, с острыми чертами лица. — Только надо поторопиться, я долго не протяну.
— Понял! — кивнул я. — Пошли! Пошли! Ну!
Бойцы, подстёгнутые моим криком, в котором можно было услышать рычащие нотки, схватили раненых и побежали вслед за Максом. Я прикрывал правый бок и тыл, неизвестный мне мужик взял на себя левую сторону.
Как бы мы ни старались, но то один, то другой дух умудрялся проскочить мимо нас и цапнуть кого-то из бойцов. Мы их тут же уничтожали, но укусы копились, раненых становилось всё больше, а скорость нашего передвижения замедлялась.
