— Я сама поговорю с леди Бимиш! — просветлев, воскликнула мисс Эффингем. — Она отпустит вас, если я ее об этом попрошу.
— Спасибо, но не стоит, — твердо сказал Рэнналф. — Сегодня я просто не могу уехать. Позвольте мне проводить вас обратно в карету, мисс Эффингем.
Джулиана выглядела настолько удрученной, что Рэнналф на мгновение почувствовал угрызения совести. Ясно, что он испортил ей день.
Тем временем Джулиана взяла его под руку и бросила на него взгляд, смысл которого Рэнналф не сразу понял.
В ту же секунду она весело закричала на весь двор:
— Лорд Брейтуэйт, вы можете занять место в моей карете! С моей стороны было бы невежливо не оставить для лорда Рэнналфа места, но он все равно не сможет поехать с нами.
Подсадив мисс Эффингем в экипаж и глядя вслед удаляющейся веренице карет, Рэнналф чуть не рассмеялся: Джулиана ни разу не оглянулась, а обратила сияющий взгляд на Брейтуэйта. Они о чем-то оживленно беседовали.
Глупая уловка, чтобы вызвать его ревность, подумал Рэнналф, поднимаясь по ступенькам в дом. Бабушка как раз вышла из утренней гостиной.
— Рэнналф? — удивилась она. — Они уехали без тебя?
— У них запланирована поездка на целый день, — начал Бедвин, подбегая к пожилой леди и беря ее под руку. Она не признавала трости, но внук знал, что иногда старушке необходима опора при ходьбе, — а мне не хочется оставлять тебя надолго одну.
— Что за глупости, мальчик мой! — возмутилась леди Бимиш. — Как я, по-твоему, справляюсь, когда тебя нет рядом, то есть большую часть времени?
Рэнналф повел бабушку к лестнице, справедливо полагая, что она собиралась отдохнуть в своей спальне. Ему пришлось замедлить шаг, чтобы приспособиться к ее походке.
— Ты разочаровалась во мне, бабушка? — неожиданно поинтересовался он. — Из-за того, что я не выбрал церковную карьеру? Из-за того, что я нечасто навещал тебя, хотя ты уже много лет назад объявила меня своим наследником? Из-за того, что я не проявлял должного интереса к будущему наследству?
Продолжая медленно подниматься по лестнице, леди Бимиш метнула на внука быстрый взгляд. От внимания Рэнналфа не укрылось, что она преодолевала каждую ступеньку по очереди, каждый раз с левой ноги.
— Что такого произошло, что у тебя вдруг проснулась совесть? — осведомилась она.
Рэнналф и сам не знал. Возможно, всему виной вчерашний разговор с Джудит Лоу. Ее слова о праздности богатых джентльменов и его собственное признание в том, что он не выполнил свой долг в отличие от Вулфрика и Эйдана. Он отказался от сутаны священника, но не сделал ничего взамен. Он ничем не лучше этого бездельника Брануэлла Лоу, с той только разницей, что у него были средства на праздную жизнь. В свои двадцать восемь лет он не имел цели в жизни, а вся его жизненная мудрость сводилась к циничным замечаниям по поводу бессмысленности существования.
Попытался ли он хоть раз придать своей жизни некий смысл?
Вместо ответа Рэнналф задал бабушке один из мучивших его вопросов:
— Тебе никогда не хотелось, чтобы я чаще приезжал сюда, проявлял интерес к делам дома и поместья, изучал управление хозяйством, а может быть, даже взял бы на себя ведение дел и снял с тебя часть ответственности? Познакомился бы с твоими соседями? Стал активным членом местного общества?
Когда они преодолели последнюю ступеньку, леди Бимиш почти задыхалась. Рэнналф остановился, чтобы дать ей возможность перевести дух.
— На все твои вопросы я отвечаю «да», Рэнналф, — сказала она. — А теперь скажи мне, чем они вызваны?
— Разве ты не знаешь, что я подумываю о женитьбе?
— Да, конечно. — Леди Бимиш пригласила внука в свои апартаменты и, после того как он помог ей устроиться в кресле, жестом указала на свободный стул. — Значит, перспектива брака пробудила в тебе запоздалое чувство ответственности, на что я в общем-то и надеялась. Она очаровательная штучка, не правда ли? Она более ветреная и фривольная, чем я предполагала, но в ней нет ничего такого, чего бы не исправили время и зрелость. Ты чувствуешь привязанность к ней, Рэнналф?
Бедвин решил не лгать. Тем более что этот брак изначально не задумывался, как союз по любви.
— Это придет со временем, бабушка, — ответил он. — Ты все правильно сказала о Джулиане.
— И несмотря на это, — нахмурилась леди Бимиш, — ты только что отказался от возможности провести целый день в ее компании.
— Я просто подумал, — начал было Рэнналф, — что неплохо бы разыскать твоего дворецкого, бабушка, чтобы он показал мне домашнюю ферму и ввел в курс дела. Признаюсь, что в вопросах ведения хозяйства я абсолютно несведущ.
— Чую, грядет конец света, — съязвила леди Бимиш. — Я и не думала, что наступит день, когда ты произнесешь эти слова.
— Надеюсь, ты не считаешь меня слишком самонадеянным?
— Дорогой мой мальчик, я надеялась увидеть тебя при жизни не только женатым человеком и отцом семейства, но и взрослым, зрелым, счастливым мужчиной. Все то время, что я тебя знаю, ты продолжаешь быть очаровательным мальчишкой, но не забывай, что тебе уже двадцать восемь.
— Тогда немедленно начну исправляться, — с улыбкой проговорил он, вставая, — а тебе дам возможность, отдохнуть.
Что-то новое появилось в его походке, когда он спускался вниз по лестнице. Он поразился, что никогда раньше не задумывался о делах, довольствуясь беззаботной жизнью в Линдсей-Холле, который, кстати, был домом Бьюкасла, а не его, и в других местах, где он мог позволить себе выкроить несколько недель сплошных развлечений.
Тем не менее все эти годы он понимал, что рано или поздно станет помещиком. Необходимо было многое сделать, многому научиться для того, чтобы, когда придет время, суметь вернуть земле то, что взял от нее.
Теперь ему предстоит осуществить все это рука об руку с мисс Эффингем. Мысли Рэнналфа против его воли уходили от этого предмета. «Так и быть, — решил он, — подумаю об этом после».
* * *
Джудит очень хотелось прокатиться в город за покупками, особенно когда Брануэлл лично пригласил ее. Но тетушка Эффингем заявила, что племянница нужна ей дома, и Джудит не стала возражать. В любом случае у нее не было денег, а прогулка по магазинам, как известно, не доставляет удовольствия, если не можешь купить даже самую простую безделушку. Кроме того, Хорэс поспешил присоединиться к приглашению Брануэлла. К тому же, если она поедет, ей весь день придется наблюдать, как лорд Рэнналф Бедвин и Джулиана щебечут и смеются.
Она не любила лорда Рэнналфа Бедвина в полном смысле слова. Но она чувствовала себя одинокой и покинутой, потому что по собственной глупости осмелилась вкусить иной жизни, близости с мужчиной... с ним. Воспоминания рождались у нее в голове помимо ее воли. Ее тело помнило все, особенно в моменты, когда моральная защита ослабевала. Она начала просыпаться по ночам, и тело ее тосковало по тому, чего не суждено пережить снова.
