спиной и наклонился к своей громадной бочке.
[Дыон: Вот, вызьмите… Тока… Ны прыходыти больша сюды…]
Дыон протянул Сергею самую обычную бутылку спиртного и, тяжело вздохнув, обернулся в сторону, давая понять, что его не совершенно не привлекала идея и дальше вести с юношей диалог.
«Чё с ним такое?»
[Сергей: Слушай, я не знаю, делал ли ты мне скидку, но вот тебе 8 монет — это всё, что у меня есть.]
[Дыон: …]
Корчмарь даже не посмотрел на медные кругляшки, упавшие на стойку. Сергей, не знающий, что с ними делать, немного замешкался, а после просто махнул рукой и вышел на улицу, вдохнув ещё слегка прохладный утренний воздух.
«Что же такого я мог сделать в этой вселенной, что Дыон выгнал меня из своей корчмы?.. Очевидно, он меня знает, обращается ко мне таким же «судырь», да и мои предпочтения в выпивке ему известны… Хотя я не уверен, что у него вообще есть что-то кроме того пойла…»
Уже начинающий привыкать к презрительному, несправедливому и равнодушному отношению к себе, юноша без лишних истерик и депрессий направился в монастырь, сжав руки за спиной и погрузившись в свои мысли.
«Что вообще может не понравиться Дыону? Нищие, геи и аптапаро… Да, пожалуй, на этом всё… Здесь я очевидно имею пропитание, ориентация у меня вроде не менялась, а вот аптапаро… Очевидно, я обычный человек, но может… Я слишком много с ними общался, пренебрегая обществом Дыона? Но с кем? Я, конечно, слышал об этом разогнанном посольстве, но из них мне встретилась только Пьяко, да и то… Она либо убивала меня, либо просто уходила, оставляя меня на верную смерть…»
Сергей осматривался по сторонам, но, к сожалению, ни одна пьяная рожа, ни одна кучка навоза, запасённая для пахоты, ни один кустик общипанных ягод не наталкивал его на какую-либо мысль.
«Так… Нет, это бесполезно… Сначала Ияков, потом его букварь, а теперь ещё и Дыон… Как же много ненужных расхождений…»
На горизонте показались белокаменные стены монастыря.
«Может Филька и Зет мне что-то расскажут? Филимон, конечно, редко в чём-то осведомлён, всё-таки только от кладбища до корчмы и обратно бегает… Зет… Почему я раньше до этого не додумался?»
Сергей стремительно вошёл в монастырь и тут же забежал в каждую из келий, надеясь встретить хоть кого-нибудь знакомого. Тем не менее, среди зелёного дворика и ослепительных снежных сводов священного здания не было ни души за исключением самого попаданца, суетливо бегающего из комнаты в комнату.
«Ага… Теперь, пожалуй, и правда, ничего другого не остаётся…»
Последней кельей, которую посетил юноша, была его собственная комната. Внутри, на удивление, ничего не изменилось: всё та же тумба, та же пустая кровать, табурет, стол и букварь с многочисленными картинками и иероглифами.
С тяжёлым вздохом присев на своё место, юноша закинул ноги на стол и, слегка поправив спину с прикреплённой лопатой, произнёс:
[Сергей: Зет!]
Перед ним, как и ожидалось, совершенно внезапно появился высокий юноша с растрёпанными рыжими волосами, небольшой щетиной и матово-чёрными глазами. С некой странной смесью уважения и страха клон взглянул на своего хозяина, ожидая приказов.
[Сергей: Так, для начала… Отныне тебя зовут Зет, понял?]
[Зет: Понял…]
[Сергей: А теперь, видишь ли, у меня аутизм и…]
[Зет: Я понял, чего вы хотите. Вы уже говорили мне, что делать, если у вас проявится аутизм или амнезия.]
[Сергей: Чего?]
Без лишних эмоций или телодвижений Зет просунул юноше какую-ту бумажку в руки и растворился в воздухе, оставив попаданца наедине.
[Сергей: Я? Просил себе что-то передать?.. Неужели, это что-то типо дневника или памятки, но…]
Сергей раскрыл жёлтый пергамент, видимо вырванный из одного из документов, и перед его глазами предстало довольно большое письмо, написанное… Русскими буквами. Пусть и корявыми, с множеством исправлений, но это было написано именно привычными ему символами, что не могло его не обрадовать.
Уже совсем позабыв о том, как изменилось поведение духа, попаданец откинулся на табурете, оперевшись о белокаменную стену, и принялся медленно читать своё же письмо, предвкушая целый склад полезной информации.
На пергаменте было написано:
«Привет. Это Сергей И.
Да, я-то не могу не знать о твоей фамилии, всё-таки у меня она такая же… Понимаю, что ты, наверно, сейчас растеряешься и что-то поменяется в твоём мировоззрении, но это, и правда, важно… Недавно я встретился с кое-каким человеком… Не буду тебе объяснять, ты в любом случае никогда его не увидишь… Так вот, я узнал, что я… Что ты…
Я узнал, что вскоре ты умрёшь и переместишься в моё тело. Да, у меня нет такой же способности, как у тебя, я не могу возвращаться во времени или что-то типо того… Я просто Сергей И, паренёк, оказавшийся в совершенно другом мире без шанса на нормальное существование… Тем не менее, я принимаю свою судьбу. Ты, наверно, сильнее, умнее и способнее меня, так что… Я доверяю свою вселенную тебе. Не то, чтобы у меня вообще был какой-нибудь выбор, но так умирать гораздо спокойней.
Тебе, наверно, интересно, что же здесь произошло. Ну что ж: я попал в другой мир, встретил Сюзанну, а после… Слушай, так не вместится на лист. В общем, принцесса меня недолюбливает, Макс — мой друг, Филька — мой друг, Шарик (я так назвал его в честь одной из тех собак, помнишь, она дольше всех прожила на той заброшке) — мой друг, Конраду я должен денег (миллион) и Марфе я должен деньги (100), Ияков исчез, Бернадет — с ней всё сложно, с Кацо — всё нормально. Насчёт Дыона… Понимаю, что я не должен был этого делать, но я всё рассказал ему о тебе и том, что я вскоре умру… Надеюсь, он смирится с тем, что я исчезну, и примет тебя…
Вот и всё. Даже не знаю, что ещё написать… Как думаешь, куда я попаду? Ты после смерти окажешься в моём теле, обычные люди — в Раю или Аду… А я? Меня же не пристрелят, не прирежут, не собьёт машина… Может я снова попаду в какой-то альтернативный мир… А там уже будут и драконы, и богини… Да… Было бы неплохо попасть во вселенную «Наруто» или «Игры престолов»… Как раз я их не досмотрел до конца…
В любом случае, удачи тебе, Сергей И».
[Сергей: ………………………………………]
Схватившись за голову, юноша с безжизненным взглядом уставился в потолок. Его дыхание будто совсем замерло, в ушах заложило, а все мысли слились в один огромный смердящий ком. Сейчас
