меня этот день был похож на постимпрессионистскую картину Жоржа Сёра[24]. Я сидела на одеяле с нашей едой, наблюдая, как Жан-Клод и девочки бегают по траве, пока он учил их запускать воздушных змеев, и думала о том, каким замечательным отцом он станет. Он поймал мой взгляд и подмигнул, как будто давая понять, что знает, о чем я думаю. Я так сильно покраснела, что боялась потерять сознание. Вот. Вот оно, то самое чувство, которое я хотела бы испытать снова.
Я соскочила с поезда RER[25] на станции «Шатле – Ле-Аль» и пересела на другую линию метро, которая должна была доставить меня в так называемый Золотой треугольник, богатый район Парижа, образованный улицами Елисейские Поля, авеню Монтень и авеню Георга V, куда стекались все, кто приезжал в Париж на шопинг. Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз ездила здесь на общественном транспорте, но я все равно довольно быстро сориентировалась.
Когда я вышла из туннеля на станции «Альма – Марсо» и поднялась по лестнице на улицу, я сразу же глубоко вдохнула. Меня всегда поражал сладкий и такой отчетливый запах Парижа. Аромат свежеиспеченного хлеба переплетался с запахами букетов цветов, а тонкие нотки табачного дыма смешивались с едкими парами метро и запахом высоких каштанов. Это был уникальный Париж, и, вдыхая его сладость так же, как я вдыхала аромат морской соли и торфа в Ирландии, я стремительно возвращалась в свое прошлое, на семь лет назад.
Я прошла три квартала до улицы, где у меня была забронирована крошечная однокомнатная квартирка. Тротуары были забиты, но я ничего против этого не имела. Было что-то волшебное в том, чтобы оказаться в Городе огней. Несмотря на пропажу багажа и телефона, я просто не могла хмуриться.
Мой путь пролегал мимо магазина Franprix[26], булочной, табачной лавки и аптеки. Я обращала внимание на все витрины, так как подозревала, что мне придется вернуться сюда, чтобы купить все необходимое, ведь у меня даже не было с собой дезодоранта. Наконец на углу показалось Café Zoe. Из инструкции, содержащейся в договоре аренды квартиры, я помнила, что должна забрать ключи в этом кафе, потому что Зои Фаброн была владелицей не только кафе, но и квартир, расположенных сверху.
Круглые столики этой небольшой закусочной заполонили тротуар, выстроившись рядами, как будто бы глядя, как мир проносится мимо, вы получали дополнительное удовольствие от еды. Я нырнула в сторону, когда официант с полным подносом на плече вышел из широкой двери кафе. Он был одет в черные брюки и белую рубашку, бордовый фартук был повязан вокруг талии. Тот же цвет использовали для отделки окон. Все это очень сочеталось друг с другом.
Пожилой джентльмен с седыми волосами и тростью, висевшей у него на предплечье, открыл мне дверь. Я поблагодарила его по-французски, сказав “merci” (это я помнила!), а затем вошла внутрь. Хотя в Париже было немного теплее, чем в Ирландии, но днем здесь все равно было довольно свежо, поэтому я по достоинству оценила отопление в кафе.
Интерьер здесь был довольно традиционным, с черно-белым кафельным полом, бордовыми полупрозрачными занавесками на окнах, маленькими серебряными столиками и стульями с закругленными спинками, заполняющими все свободное пространство. Стены были оклеены красивыми черно-белыми обоями с повторяющимися сценами: дамы в длинных платьях и джентльмены в укороченных до колен брюках, прогуливающиеся под высокими деревьями, скачущие на лошадях или играющие со щенками. По стене без видимой закономерности были развешаны зеркала в витиеватых рамах и старинные афиши Парижа. В дальнем конце зала располагалась буфетная стойка. Справа и слева от нее – два больших кондитерских шкафа, один из которых был заполнен круассанами и хлебом, а другой – огромными безе, кремовыми пирожными со свежей малиной, а также вазочками с шоколадным муссом, украшенным шоколадной стружкой.
Я почувствовала, как у меня заурчало в желудке, и положила руку на живот, надеясь, что никто этого не услышал. Я вспомнила, что не ела с тех пор, как покинула западные графства Ирландии этим утром. Мой завтрак состоял из сыроватого сэндвича, которым я перекусила, остановившись на заправке по пути в Дублин.
Девушка, принимавшая заказы за стойкой, была высокая и стройная. Ее смуглую кожу подчеркивала бледно-голубая блузка с поднятым воротником и закатанными до локтей рукавами. Косы, спускавшиеся до плеч, были завязаны сзади широкой белой кружевной лентой, красиво обрамлявшей ее лицо сердечком. Она с улыбкой дала покупательнице сдачу и обернулась, чтобы передать на кухню следующий заказ. Улыбка была искренней. Шеф-повар в белой униформе и поварском колпаке махнул рукой, давая понять, что услышал, и опять исчез по ту сторону маленького окошка.
Подойдя ближе, я увидела, как девушка с уверенным и властным видом беглым взглядом оценивает происходящее в кафе, и заметила, что ей подчинялись остальные сотрудники. Может быть, это и есть Зои?
– Bonjour, vous désirez[27]? – спросила девушка.
– Bonjour, – ответила я и тут же добавила по-английски: – Я Челси Мартин. Вы Зои Фаброн?
Девушка захлопала в ладоши и радостно улыбнулась. С очень красивым акцентом она произнесла по-английски:
– Да, это я. А вы мой гость в квартире под номером два, oui[28]?
– Да, – ответила я. – Извините, у меня есть небольшая проблема. Потерялся мой чемодан, в котором находился мой телефон. Кстати, не звонили ли из аэропорта с известием, что багаж нашелся? Я просила их позвонить сюда.
– Oh, non non[29], – Зои сочувственно прищелкнула языком. – Они не звонили, но я уверена, что позвонят. – Она повернулась к девушке, стоявшей рядом с ней, и быстро заговорила по-французски. Было ясно, что она инструктирует ее насчет аэропорта и моего багажа. Затем она повернулась ко мне и сказала: – Следуйте за мной, s’il vous plaît[30]. Мы устроим вас поудобнее.
Зои открыла ящик стола и взяла ключ на маленькой цепочке, затем обошла стойку и жестом пригласила меня следовать за ней. Мы прошли – ну, точнее, я шла, а Зои скользила – обратно через кафе и вышли на тротуар. В своих сшитых на заказ брюках капри и черных кожаных туфлях на плоской подошве с вышитыми на носках бледно-голубыми незабудками Зои выглядела безупречно элегантной, что заставляло меня чувствовать себя по сравнению с ней еще более неуклюжей и грубой, если это вообще было возможно.
Рядом с кафе была ярко-синяя дверь. Зои отперла ее, и мы вошли в небольшой вестибюль с почтовыми ящиками. Зои жестом пригласила меня следовать за ней, мы поднялись по ступенькам и
