отравление. Случалось, что собаки и кошки ели отраву для крыс или сусликов, и Кристен хотел узнать, было ли это намеренно. Может быть, у Рансиблов есть кошка, подумал он. В округе было много кошек; все фермеры держали их, чтобы защитить зерно.
«Я мог бы получить за это пять долларов», – подумал он. Пока что он ничего не заработал; лекарства и бензин обошлись дороже трех долларов.
В доме Рансиблов его встретили румяный шериф Кристен, перетянутый «ремнем Сэма Брауна» и Лео Рансибл в кепке, теннисных туфлях с дырками на носках, брюках с пятнами краски и толстом хлопковом свитере. Он впервые видел агента по недвижимости в чем-то, кроме строгого костюма и галстука, и сначала даже его не узнал. С ними был третий человек, которого ветеринар никогда раньше не видел. Перед домом стояло несколько машин.
– Вы ведь не видели доктора Теренса? – спросил шериф. – Ждем его.
– Что тут происходит? – спросил ветеринар.
– Мы хотим, чтобы вы взглянули на старые кости, – сказал шериф и спросил у Рансибла: – Вы же знаете доктора Хейеса?
– Да. – Рансибл протянул ветеринару руку. – Рад вас видеть, доктор.
Незнакомец тоже поздоровался, и Рансибл сказал:
– А это… как его? Билл? Билл Бэрон из «Сан-Рафаэль Джорнал».
Лицо Рансибла казалось остекленевшим, глаза блестели. Голос звучал очень резко, как будто он нервничал или на него давили.
– Я не видел доктора Теренса, – сказал он, пожимая руку Бэрону, – что за старые кости?
Его провели на задний двор. Часть забора сняли, и все четверо вышли на поле за ним. Среди валунов и куч земли ветеринар увидел яму. Она обнажала основания двух больших скал. Земля осела и сама, как он невольно отметил, но тут недавно копали. Везде лежали лопаты и коробки с какими-то осколками гранита.
Под большим эвкалиптом лежали кости. Шериф Кристен подвел его к костям, опустился на колени и потыкал в них пальцем.
– Похоже на медведя, – сказал ветеринар, – или оленя.
– Как давно он мертв? – спросил репортер.
Ветеринар поднял кость. Она была сухой и легкой, совсем пожелтела, а края зазубрились. Достав свой складной нож, он чуть поскреб ее. Кость была полой, костный мозг давно высох. В ней не осталось ни капли влаги.
– Сложно сказать. Она полностью высохла.
– А эта? – сказал Рансибл.
Ветеринар взял кость и увидел, что она частично окаменела. Он видел окаменевшие кости китов. Им тысячи или, может, миллионы лет.
– Рискну сказать, что эта довольно старая.
– А откуда она? – спросил репортер.
Кость показалась ему крупным суставом, возможно коровьей бедренной костью. Но для коровы она казалась необычайно массивной.
– Зачем вам Теренс? – спросил ветеринар.
Трое мужчин переглянулись. Затем шериф Кристен спустился в яму. Ветеринар последовал за ним, и вместе они подошли к основанию скалы. Он увидел какую-то выемку и следы воды. Камень был вытерт до полной гладкости. Когда-то, решил он, это было устье ручья.
В глубине выемки лежал череп. Кто-то подпер земляную крышу брусьями два на четыре дюйма. Вокруг черепа он увидел другие кости и раковины, в основном устричные. И еще какой-то конический гранитный инструмент.
– Боже мой, – сказал ветеринар, – кого-то убили?
Его собеседники заухмылялись.
– Возможно, – сказал шериф Кристен.
– Очень давно, – добавил репортер.
– О, – ветеринар понял и наклонился к черепу, – можно его взять? Или он слишком хрупкий?
– Подведите под него ладонь, – важным голосом сказал Рансибл, – чтобы он не был на весу. Давайте.
Ветеринар осторожно подсунул обе ладони по обе стороны черепа. Они уже определенно вытаскивали его на воздух. Вынимали и положили обратно. Он взял череп в руки.
Он сразу увидел, что с ним что-то не так.
– Ого, – сказал он, – он деформирован или…
– Или, – ответил Рансибл.
Позади них послышался голос. Они обернулись, и ветеринар увидел человека, бегущего к ним через эвкалипты с охапкой книг. На бегу он кричал:
– Я был прав! Вот здесь! По зубам все видно!
Одна из книг выпала у него из рук и упала на землю, раскрывшись. Человек обернулся, помедлил, но все же побежал дальше. Теперь ветеринар узнал его. Учитель четвертого класса. Лицо его пылало от волнения.
– Коронка и корень едины, – кричал Уортон.
Шериф тихо посмеивался. Рансибл напряженно наблюдал за приближающимся учителем. Репортер вел себя так же, как и прежде, проявляя сдержанный интерес.
– Зубы срослись! – крикнул Уортон, тяжело дыша и протягивая им какую-то книгу. – У него совершенно одинаковые зубы!
Ветеринар узнал учебник с библиотечным штампом на корешке. Уортон показывал им фотографию. Череп, сначала в профиль, а затем анфас. Уортон поднес фотографию к черепу, который держал ветеринар; руки у него тряслись, и он повторял одно и то же.
– Но это невозможно, – сказал репортер.
– Почему нет? – спросил Рансибл.
– Здесь никогда не находили ничего подобного раньше, – ответил репортер.
– И это что, аргумент? – громко сказал Рансибл. – Причина какая-то? Вы так думаете? Залупа это конская, а не аргумент, вот что я вам скажу, – хриплый голос дрожал, – ясно вам?
Он зло уставился на репортера, который только пожал плечами.
– А еще самолеты не летают, а русские не были на Луне, – продолжил Рансибл.
Череп на фотографии был подписан как череп неандертальца.
Ветеринар подумал: верно, это невозможно. Такие останки никогда не находили в Новом Свете, ни одного первобытного человека, или вымерших людей, или как их там называют. Рансибл стоял весь красный и кричал на репортера. Уортон продолжал тараторить о книгах и пытался что-то показать шерифу Кристену, но тот только ухмылялся.
Наверное, это одна из рекламных штучек Рансибла, подумал ветеринар в нарастающем шуме. Как тот дорожный знак или случай, когда он покрасил все здания. Это наверняка подделка.
12
В субботу утром Уолт Домброзио вышел за почтой пораньше, потому что в двенадцать окошечко закрывалось, и если письма клали в ящик, то журналы и посылки забрать не получилось бы. В ящике могла бы лежать красная карточка, сообщающая, что отправление слишком велико, и ему пришлось бы провести остаток субботы и все воскресенье, гадая, что это такое.
В эту субботу, открыв ящик, он обнаружил тонкий темно-коричневый маленький конверт с прозрачным окошком – из банка. Его имя и адрес были написаны ручкой, а не напечатаны. Он сразу понял, что это. Он получал такие несколько раз за последний год. Это было уведомление о том, что денег на чековом счету не хватает, но банк все равно обработал чек по специальной ставке.
Выйдя из почтового отделения, он сразу разорвал конверт. Он был прав. Чек, помеченный как «недостаточно средств», был всего на десять долларов, и это означало, что
